Татьяна Дьяченко

Мать – это святое! Манипуляции токсичных родительниц и как им противостоять

Психология для жизни

© Дьяченко Т., текст

© ООО «Издательство АСТ»

Глава 1

Святая мать

«Мама – первое слово, главное слово в каждой судьбе»[1]. «Мама жизнь подарила, мир подарила мне и тебе»[2]. «Мамы всякие нужны. Мамы всякие важны»[3]. Это мы слышим с самого раннего детства.

А что, если мать, подарив жизнь, в дальнейшем по капле отнимает ее? А что, если она вредит ребенку, уничтожает морально, убивает его душу и разрушает дух? Тогда как?

Многие думают, что мы должны чтить маму, несмотря ни на что. В этой книге я хочу привести истории, которыми поделились слушатели моего канала и клиенты, пострадавшие от жестких, токсичных матерей. Может быть, тогда вы поймете, что не все матери любят своих детей и не всех надо почитать.

Эта книга – поддержка жертвам токсичных матерей, до сих пор страдающим от последствий насилия. Я хочу вам помочь поверить в себя, освободиться от материнского гипноза, понять, что вы не виноваты в том, что с вами делала или делает мать. Вы достойны счастья и свободы.

Основная моя тема – это повышение осознанности в отношении нарциссов и психопатов. Поэтому чаще всего в этой книге будут упоминаться нарциссические матери. Подробнее нарциссическое расстройство личности описано в серии моих книг «Опасный нарцисс».

Все истории клиентов публикуются с их разрешения.

Мать – это святое

«Я почитала комментарий и чувствую, что вы стольких людей настраиваете против родных матерей. Мать ни в чем не виновата. Вы же не знаете, какую боль она носит в душе, ей тоже не дали любви, иначе было бы по-другому. А так осуждать свою родную мать тоже не следует, так как она не виновата ни в чем, ей тоже в детстве не дали должной любви».

Это один из комментариев на мое видео о нарциссической матери.

Таких обвинений я получаю много. Чаще всего их предъявляют нарциссические матери, которые потеряли контроль над взрослыми детьми. Дети перестали подчиняться и отдавать свою жизнь матери, они начинают выздоравливать и становятся счастливыми. Мать же не может вынести «предательства» и ищет, кого можно в этом обвинить.

И как так получается, что матери не дали в детстве любви, а теперь она имеет право издеваться над своими детьми? Железная логика: «мне не дали, и я тебе не дам». А почему тогда преступников, которые пережили плохое детство, сажают в тюрьму? Им же тоже недодали любви, они ни в чем не виноваты, они же делали только то, что с ними делали.

Мать не виновата? А кто виноват тогда? Дети?

«Я вас всех призываю не судить и не бежать от этой ситуации, выход всегда есть, уж тем более сейчас золотой век, век развития и осознанности. Автор ролика только разжигает ненависть к матерям, но это только усугубляет ситуацию. Автор была бы мудрее, лучше бы посоветовала, как выйти из этой ситуации путем любви и принятия. Мать – это святое, и, если она так себя ведет, она ни в чем не виновата, многие даже не осознают, иначе бы было все по-другому. Желаю всем любви и благ».

Я не пытаюсь понять святость матерей-тиранов, потому что я вижу разрушенные судьбы детей и сочувствую им, а не матерям-тиранам.

Мать – это святая неприкосновенная корова, как в Индии, где почитают это животное настолько, что все разрешают? Она может жестоко обращаться со своими детьми, только потому что она мать? Мать не виновата? А кто виноват тогда? Дети?

Скорее всего, комментарий выше мог быть от матери, чья дочь не захотела больше терпеть ее насилие. Но есть подобные комментарии и от дочерей. Оправдательные – в адрес матери и обвинительные – в мой. Они почитают и прощают матерей. И все бы хорошо, если бы не последствия. Я тоже раньше, как и большинство психологов, думала, что надо простить мать и найти к ней подход, не реагировать на ее издевательства, быть выше, ведь она же мама. До тех пор пока не увидела масштаб ужасных последствий всепрощения. Простившие, не осознавшие, не проработавшие свои детские травмы дочери страдают психическими расстройствами: расстройствами сна, пищевого поведения, тревожными расстройствами, комплексным посттравматическим стрессовым расстройством, депрессией, диссоциацией и расстройствами личности. Они не могут построить отношения с людьми, их браки распадаются. Взрослые дети, оправдывая мать, продолжают жить, следуя той модели, которая сформировалась в детстве. Они становятся либо жертвами, либо агрессорами, разрушая жизни своих собственных детей. Последствия насилия отражаются и на здоровье выросших детей, например, заболевания ЖКТ, гипертония, астма, аллергия, язвы, щитовидка, кожные проблемы, раковые заболевания и многое другое.

С другой стороны, дети, осознавшие, что мама причинила им большой вред, выздоравливают. Они дают адекватную оценку поведению родительницы, сбрасывают с себя вину и страхи, избавляются от болезней, создают здоровые отношения, становятся счастливыми и теплыми, чуткими матерями своим детям. Они осознали, как им навредило насилие, и не хотят этого своим детям.

Так что автор не разжигает ненависть, а повышает уровень осознанности, в век осознанности предлагает прекратить уродовать следующее поколение, принять свою ответственность и долг перед своими детьми, не продолжать цикл насилия.

«Лучше разрешить проблему, нежели бежать или осуждать. Бежать из этой трудной ситуации – не самый верный путь. Лучше бы посоветовали, как разрешить ситуацию, вот это было бы очень круто. Ведь от родной матери все равно никуда не деться, очень тесная карма, да и родное, богом данное. А так бла-бла, но нужен результат».

С нарциссическими и психопатическими матерями разрешить ситуацию невозможно, с ними никакие обсуждения не помогают, а даже вредят. Надо это принять и не строить никаких иллюзий. Дети жестоких матерей – это узники тюрьмы насилия. И часто пожизненной. Вы предлагаете приспособиться к тюрьме и любить своего мучителя? Разрешать маме себя разрушать, принимать ее и прощать? Я предлагаю защищаться от таких «святых» матерей. Это мой самый главный и полезный совет.

На моем YouTube-канале «Кризис как подарок» много видеосоветов по самозащите. Это бесплатный ресурс для жертв матерей-тиранов. И слушатели моего канала каждый день пишут о позитивных результатах. Это действенная помощь.

«Есть для этого специалисты, но нужно знать, к кому идти. желаю всем благ и любви. Я встретила одну женщину – бизнес-тренер, она же и психолог, она многому научила меня. Это такое счастье. Рекомендую всем начать с любви и уверенности в себе».

Действительно, нужно найти знающего специалиста, который понимает, кто такие нарциссы и психопаты, что такое динамика домашнего насилия. Знающий специалист не будет говорить: «Прости мамочку и забудь свое детство», «Сколько можно ныть», «Соберись, тряпка», а поможет проработать травмы. Не думаю, что бизнес-тренер имеет большой опыт в теме домашнего насилия и психопатологии. Выбирая специалиста, поинтересуйтесь этим вопросом.

Насчет любви к себе это тоже правильно. Но, как показывает практика, она начинает появляться тогда, когда вы понимаете, куда она делась и кто ее убил. Если мама была источником вашей нелюбви к себе, то и работать надо с причиной, а не со следствием. Осознание причины – это первый шаг. Осознайте, что ваша ненависть к себе не ваша, а мамина. Как сказал Л. Выготский, любая функция появляется в процессе развития дважды. Один раз вовне, в процессе взаимодействия с более знающим старшим, а во второй раз внутри как интериоризированный результат этого взаимодействия. Мамины слова и чувства интериоризировались в вашу психику. Ее критика, ненависть, презрение, отвержение, нелюбовь отравили вас в детстве, пропитали вас насквозь и стали вашими собственными мыслями и чувствами к себе. Освободитесь от этого яда, выведите его из себя, и любовь к себе придет.

А когда вы пытаетесь любить себя, не понимая причины, то это сизифов труд. Вы себя любите, любите изо всех сил, толкаете камень наверх, но одно мамино слово, и вы опять летите вниз, а камень накрывает сверху. Требуются недели, месяцы, иногда годы, чтобы снова себя поднять.

А вот другой комментарий про святость матери:

«Мать – это святое! И ее святость (почему? откуда она взялась?) перекрывает, видимо, любое дерьмо, вылитое на нас. Если над нами издевается кто-то со стороны, то многие посоветуют перестать это терпеть. Но если то же самое делает мать, то ровно то же самое надо понять и простить. В глазах общества матери позволено издеваться над людьми так, как никому другому».

Понятие «мать – это святое» держит в рабстве людей, переживших насилие в детстве, до конца жизни. Оно не дает им возродиться, поверить в себя, поверить, что можно прожить свою жизнь, выполнить свое предназначение. А мать – это обычный человек со своими проблемами. И не надо делать из нее непогрешимый культ. У нее нет индульгенции на издевательство над детьми.

Простить мать можно, если хочется, но только после того, как вы хорошенько разозлитесь, а потом отпустите гнев. Тогда вы станете свободными, независимыми и здоровыми, а начинать с прощения ни в коем случае нельзя. Это вредно для здоровья, а иногда и жизни, хотя не все видят эту связь.

Внимательно посмотрите серию видео на моем YouTube-канале о домашнем насилии и его последствиях: плейлисты «Токсичные родители» и «Нарциссическое расстройство личности», и вы не будете давать мудрые советы о прощении святой матери. Вы поймете, что несвоевременное прощение может обернуться трагедией.

Есть много мам, которых можно назвать святыми без кавычек. Это мамы любящие, поддерживающие, бескорыстные. Они ставят интересы детей выше своих, даже жертвуют собой, не упрекая и не выставляя счет. Но сам факт, что мать вас родила, еще не означает, что она святая.

Воцерковленная мать

Еще больше «святости» придает себе токсичная мать, которая верит в бога.

«У меня очень святая мать. Она еще очень воцерковлена, верующая. И за неповиновение и непослушание пугает карой Божьей и разными другими страшилками типа “все у тебя плохо будет” и т. п. Моя мать обливала меня святой водой, молилась и била: “Я из тебя выбью бесов!” Это просто лютая жуть и последняя степень садизма».

Свою жесткость мать прикрывает верой или использует веру для садизма. Некоторые матери пугают детей отцом, а другие – богом, потому что сами не могут справиться с воспитанием и прикрываются другими именами, чтобы подчинять детей и беспрепятственно осуществлять насилие. Они используют страх божественного возмездия в качестве инструмента контроля. Ведь бог такой влиятельный, контролирующий и всевидящий. Они цитируют Библию, цитируют слова о почитании родителей и с самого детства этим запугивают детей.

Я заметила, что те клиенты, которые панически боятся кары божьей, боятся в итоге не бога, а тех, кто внушал им этот страх. Страх перед матерью соединился с именем бога. И сама концепция бога стала воплощением ужаса, летящего на крыльях ночи. Люди, пережившие религиозное насилие, сломлены духом, они тревожны, депрессивны и живут в тюрьме предрассудков. У них изменены все понятия о добре и зле. Они не знают, что бог не карает, а любит. Не наказывает, а поддерживает. Карает вас не бог, а мама. И в этой матери нет никакой святости и никакой совести. Отделите, пожалуйста, бога от страха, и вы поймете, что такое свобода.

Родители-тираны объявляют себя правильными, святыми, божественными, воцерковленными. А на деле они творят зло, прикрываясь словами из святого писания. Они используют веру в бога, чтобы подавить сопротивление, убить душу и сломить дух. Хотя вера, наоборот, призвана развивать душу и укреплять дух.

Мать-великомученица

Это комментарий к моему видео «Нарцисс – это голый король», где я рассказываю, как нарцисс способен внушать всем, что он великий. Люди начинают верить или просто не хотят открыто конфликтовать.

«Есть разновидность святых нарциссов – святые великомученики и боги. Таких очень сложно изобличить в том, что они голые. Тем более, что одежды их — “добродетели”. Моя нарциссическая мать вышла замуж за моего мучителя. Это уголовник, который пришел к нам в дом в 90-е после смерти папы. Отчим бил мать, унижал меня, и я должна была ему прислуживать. Мать заставляла подчиняться и слушаться его во всем. Потом мать говорила, что она заботилась о куске хлеба именно для меня. И страдала, подвергаясь избиениям, ради меня, чтобы я была сыта. Сама она заработать не может, ибо женщина. Тут и жертвенность, и жертва, и самоотречение, и великомученичество. Святая, да и только. И я ей должна, должна по гроб жизни».

Мать-великомученица очень ловко манипулирует на чувстве вины ребенка. Она страдала, терпела побои, она добывала кусок хлеба. Но я не думаю, что она вышла замуж из-за куска хлеба. Все, кто пережил 1990-е годы, знают, что криминал был в почете и при деньгах. И, скорее всего, это было стремление нарциссической матери к богатству и статусу. Психологически здоровые люди сторонятся таких, а нарциссов прямо-таки тянет к ним.

Даже если у матери денег не было на кусок хлеба и она вышла за него, чтобы выживать, то выставлять счет детям за свой выбор – это очень низко. Дети не выбирали такого отчима-уголовника.

Мать видела, как отчим издевается над дочкой, но молчала. Она отдала ребенка ему в служанки. То есть за свой статус она расплачивалась дочкиными услугами, ее самооценкой, ее психологическим здоровьем, ее безопасностью. Мать подвергала девочку реальной опасности. Так кто тут мученик?

Мать страдала от побоев уголовника. Но она взрослый человек, она могла уйти. У ребенка выбора не было. Девочка страдала тоже! И страдала гораздо больше, потому что на ребенка насилие действует разрушительнее в силу возраста и несформированности психики. Дочери нельзя было возражать и защищаться. Она была одна против двух взрослых, которые объединились против нее и устроили травлю. Она должна была терпеть и молчать. И мучения дочери не в счет, а мучения матери – это великий подвиг и святость. Плюс дочка теперь еще и должна своей великомученице матери. Это несправедливо.

Почему мать внушает дочери, что она страдалица, а дочь ей должна? Потому что у нарциссов отсутствует эмпатия. Она не сочувствует дочке, а сочувствует себе.

Также она не хочет получить обвинения за то, что связалась с уголовником и подвергала ребенка опасности, подает это совершенно под другим соусом – спасением дочери. Это типичная манипуляция нарциссов: черное называть белым, свои грехи подавать как подвиг, подвиг других превратить в неоплатный долг. Это манипуляция называется газлайтингом.

«Татьяна, спасибо большое. Да, все равно было жалко мамочку. Вот как угнездила она мне в голову свою точку зрения. Сейчас ваши слова как обухом по голове – я жертва, я страдала от ее мужика, от них двоих. Они объединились против меня – он и она – и травили меня (называя травлю воспитанием). Какая она жертва? Мучитель. И еще я никогда не думала, что этот ее муж новый был для нее именно статусом, мечтой вырваться в “люди”. Вот вы сказали, и я поняла, что да, так и есть. Сермяжная правда, которую я всегда знала и никогда о ней не догадывалась. И я в ее замужестве шла в качестве барашка на заклание, дополнительным бонусом. И терпела она этот ад, избиения, измены, запои только ради статуса, ради положения в обществе».

Есть матери-мученицы, которые остаются с мужьями-алкоголиками, дебоширами и точно так же предъявляют претензии детям: «Я из-за вас так страдала, лишь бы у вас был отец. Я так старалась сохранить семью ради вас». А зачем такой отец детям? Если бы женщина развелась и отец приходил бы трезвый раз в неделю, то как отец он был бы гораздо лучше. И дети не разнимали бы родителей, не защищали бы маму от побоев. Кто тут мученик? Кто страдалец?

Это дети – невинные мученики, они не совершили никакого греха. С раннего детства они подвергались насилию, жили в постоянном страхе. Их психика истерзана в клочья, и потом они годами ходят на терапию. И это в лучшем случае. А в худшем – болеют и физически, и психологически, и даже не догадываются о причинах болезни. И в добавок к их страданиям они выходят из этого ада с чувством долга перед великомученицей-матерью.

И поэтому я обращаюсь к детям. Вы ничего не должны матери, это мать не выполнила свой прямой родительский долг. Ее долг – создать вам физически и психологически безопасную среду, возможность высыпаться ночью, спокойно делать уроки, общаться с друзьями, ходить на секции, возвращаться домой без страха. Ребенок имеет право быть беззаботным и беспечным, и о нем должны заботиться родители.

Мать одним подзатыльником снимала негатив

Рукоприкладство для токсичных матерей – это хорошая альтернатива обращения к психологу. А в этом комментарии укор всем психологам.

«Выложила пост о том, что не надо позорить своих детей, о вине и стыде. Одна моя родственница сказала, что “раньше психологи были не нужны. Мать одним подзатыльником снимала негатив, чистила ауру, снимала порчу. А сейчас придумали, чуть что – психолог”. И мне все стало понятно. Насилие продолжается».

Святые матери считают, что побои – это святое дело, подзатыльник матери – это чистка. Есть еще такие пословицы: «Воспитывай ребенка, пока поперек лавки лежит», «За битого двух небитых дают», «Мать и бьет, так гладит». Это все придумано, чтобы оправдать мать, возвести ее в ранг святых и заставить ребенка принимать побои как благо, как воспитание, которое только помогает стать лучше.

Конечно, психологи, рассказывающие об огромном числе исследований о последствиях насилия, для матерей-агрессоров неудобны. Психологи помогают детям выйти из морока материнского гипноза, их боятся матери-тиранки и поэтому нападают.

Это типичная тактика всех домашних абьюзеров – изолировать жертву. Для этого они начинают оговаривать тех, кто потенциально может помочь и спасти вас: друзей, родственников. Например, муж-тиран говорит: «Твоя сестра такая наглая, она тебя не уважает», и вы начинаете подозревать сестру и отстраняться от нее. А мать-тиранка говорит про подругу: «Да она же алкоголичка, ты с ней плохого наберешься». И вы перестаете общаться с подругой, чтобы мама не ругала. А про психологов они говорят: «Психолог тебе промывает мозг и настраивает против меня, сейчас такая мода – разрушать семьи». Потихоньку жертва изолируется, и единственным источником информации становится сам тиран. Он бьет и унижает. Он же говорит, что это полезно для вас, что виноваты во всем вы сами, а без него вы ничто и не сможете жить. Так он создает условия для безраздельного и единоличного контроля.

Психолог для тиранов – это угроза, потому что он может сказать правду и назвать вещи своими именами, сказать, что подзатыльник – это не лечение, а физическое насилие, которое не снимает сглаз и порчу, а наводит на ребенка страх и приводит к головной боли. И эта правда – опасность для матерей-тиранок, ведь ребенок может начать сопротивляться, выйти из повиновения, а еще и обвинить.

Святая воцерковленная мать, с которой дети не хотят общаться, говорит, что психолог – это зло, психология – это грех, противобожеская деятельность. Вместо того чтобы проанализировать себя, покаяться от всей души и прекратить насилие, она продолжает осуждать психолога и предрекает несчастья детям, которые нарушают заповедь «Почитай своих родителей».

Мать думает только о своей репутации, контроле и своем благополучии в старости, чтобы возвести себя в ранг спасительницы от порчи и выставить счет за спасение. Именно поэтому они осуждают психолога.

Таким матерям хочется сказать: «не судите и не судимы будете, найдите бревно в своем глазу и вытащите его». Хотя я понимаю, что мои советы им не помогут. Они всегда правы и никого не слышат.

Кто святой – мать или дети?

Недавно получила такое письмо.

«Что за век, что за нравы? Сегодня вы заработали место в аду, дорогая. Мать – это святое. А вы посягнули на святое. Дьявол доволен вами. Радуйтесь. Я выросла в такой семье. С вами будут обращаться так, как вы позволяете. Но! Вычеркнув родных из своей жизни, счастья не обретете. И не надейтесь. Жертва со временем превратится в нарцисса, если не научится правильно выстраивать отношения». Мать надо уважать хотя бы за то, что она выносила вас. Сам бог так пожелал. Значит, эти страдания нужны были вам, чтобы что-то понять для души».

В этом комментарии прекрасно все: и пафос, и проклятия, и противоречия. Это говорит женщина, которая страдала и осталась верноподанной.

Давайте уточним, о какой матери мы говорим. Не о любой матери, с которой конфликт, обида и непонимание, а о матери-нарциссе, или психопатке, или другой токсичной личности, лишенной сочувствия и раскаяния. О матери, которая издевалась над своими детьми все детство и продолжает разрушать их здоровье и даже жизнь. О матери, которая вооружилась против собственных детей, внуков и всех будущих поколений. Это черная воронка, в которую улетают поколения. Она программирует вас на провал, чтобы вы ей служили и были у нее в рабстве. И если вы отказываетесь служить, то включает программу уничтожения вас – «умри, и не живи». Именно поэтому, возможно, мать и проклинает ребенка. Ей надо оправдать свой выбор. Ведь ее жизнь подчинена нарциссическим иллюзиям, от которых сложно освободиться. А другие смогли стать свободными. Как же это можно допустить? Все в строй!

Если человек продолжает оставаться в такой среде, то он чаще становится нарциссом, черты которого можно увидеть в комментарии выше. Жертва заражается. С волками жить – по-волчьи выть. Отношения наладить с нарциссами невозможно.

Конечно, это ваш выбор – оставаться с матерью или нет. Я одобряю любой выбор. Я помогаю и тем и другим и даю много инструментов, как справляться с тяжелыми состояниями. Знаете, чему я учу? Выживать! Были люди, которые считали, что надо с мамой налаживать отношения, и заболевали смертельными болезнями. Были такие, которые совершали попытки суицида. А я хочу, чтобы вы жили и были здоровы. Чтобы вы не затягивали своих потомков в эту черную дыру. Вот чему я учу.

Не мать святая, а дети, которые пережили такие страдания. Они стояли на гречке, матери их били, обжигали, грабили, убивали, уводили мужей, таскали за волосы, насиловали. Их использовали как прислугу, как щит против ружья мужа. Их лишали личности, достоинства в угоду материнскому тщеславию и контролю. Это истории моих клиентов и слушателей YouTube-канала.

Обращаюсь к вам, читатели, кто пережил подобное обращение. Я считаю, что ваши страдания возводят вас в ранг святых. Потому что вы вынесли это и сохранили человечность, не стали истязать других, сталкивать лбами, унижать, мстить. Вы остались добрыми, чуткими и отзывчивыми. А если вы поддерживаете тех, кто пережил то же самое, – это вам еще и добавляет святости.

Кем доволен дьявол и для кого приготовлено место в аду – это еще вопрос. Я не думаю, что тот, кто проклинает и запугивает карой божьей, попадет в рай.

Глава 2

Физическое насилие

Когда бьет мать, она отбирает у своего ребенка жизненную силу, убивает в нем личность, действуя по принципу «я тебя породил, я тебя и убью». Физическое и сексуальное насилие оставляет самые большие травмы в психике, которые ведут к большим проблемам, лишают жизни как в прямом, так и в переносном смысле. Некоторые дети не помнят побои или чувства и боль, но в любом случае эта рана оставляет след: у кого-то в виде недоверия близким, у кого-то в виде отсутствия эмоций, у других порождает болезни, в том числе психические. Почитайте эти реальные истории людей.

Особо жестокая мать. История Ирины

«Я родилась с белыми волосами и голубыми глазами. Мать мне рвала волосы так, что я ходила до 18 лет с дырами в волосах, проплешинами. А глаза выцарапывала, все брови в шрамах. И все мое детство моя мать меня казнила, она била меня просто зверски и долго. Могла бить целый день с отдыхом. Била с такой ненавистью, что сейчас я ужасаюсь. Как не убила или инвалидом не сделала… Однажды она выломала утром лозину и била меня этой лозиной по спине с утра и пока не стемнело. Было очень больно… я плакала, опухла вся, не соображала уже ничего… После этой экзекуции спина была черная.

Я подходила к зеркалу разглядывала спину и снова плакала. А она сидела напротив и возмущалась: “Что, жалко себя, да, жалко тебе себя????” Да мне до сих пор себя жалко. Мне было 7 лет. Сейчас мне 48, и мне до сих пор себя жалко. И только несколько лет назад я поняла, что она издевалась и получала кайф от этого. Так вот, когда я повзрослела, мать говорила, что этого не было: “Ну, что ты брешешь?! Этого не было!!!” Представляете? А побои были каждый день. Обзывала она меня всегда. Даже когда звала по имени, то только шипя: “И-и-ирка-а-а…”»

Многие дети, когда их бьют в детстве, думают, что они виноваты в этом сами. А осознают, что это было насилие, только гораздо позже. Есть и такие, кто не видит в этом ничего плохого. Хуже всего, когда дети забывают, потому что невыносимо помнить. Они забывают, потому что мама говорит, что этого не было, они все придумали. Хорошо, что Ирина не забыла и не верит маме. У нее больше шансов исцелиться.

«Меня мама била уже в садике, если она брала левый сапог, а я подавала правую ногу. Она меня била по ноге и с ненавистью шипела на меня. Я не понимала, почему мама меня так ненавидит. Я боялась ее страшно. А что она творила дома. Я пряталась от нее под кровать и обматывала живот одеялом, потому что она била меня ногами в живот. Было очень больно. Нечем было дышать. Чувство безысходности и чувство невообразимого горя посещало меня. Я была настолько растеряна и потеряна… Это чувство я испытываю до сих пор. Пустота и безразличие…

Я приходила в детсад вся побитая, моя мать даже хвасталась, что это она меня сама избила и говорила, что это за то, что я ее вывела. В детском саду воспитательница била меня об стену головой и вообще любила бить детей головой об голову так, что темнело в глазах.

В школе у меня спрашивали дети, когда я переодевалась на физ-ру, почему черная спина, я отвечала, что избила меня мать. Все удивлялись: и дети, и учительница, но никто не принимал никаких мер!!! Я радовалась, когда мы находились при людях, так сказать, при свидетелях, тогда меня хотя бы не били… Но дома… дома меня всегда ждала расплата с матами и побоями. У меня был отчим, но недолго… он все это наблюдал. Соседи слышали, но никто и никогда не говорил ни слова…

А училась я в обыкновенной советской школе, ходила в обыкновенный детский сад. Жили мы в обыкновенной квартире с соседями и другими людьми.

Маленькая, я рассказывала бабушке своей по папе. Но она была очень больная и старенькая, только плакала и жалела меня. Называла котиком и умерла, когда мне было мало лет, я ее не помню практически… Я сейчас сама мучаюсь вопросом, почему никто и никогда даже не делал замечание моей матери??? Сейчас я, например, делаю замечание, если вижу, когда обижают детей… я не равнодушна».

Почему девочку никто не защитил? Ведь мать истязала ее каждый день. Избиение никого не волновало? Возможно, мать запугала всех вокруг. А с другой стороны, в те времена и воспитатели, и учителя позволяли себе поднимать руку на детей. Например, в моей школе учительница физкультуры могла пнуть хулигана, и ей ничего не было. Или учительница пения могла ударить линейкой по лбу или по рукам нерадивого ученика. Никто не возмущался. Видимо, это была такая норма и в то же время круговая порука – «вы на нас не жалуйтесь, а мы вас не будем сажать и будем воспитывать детей по одним и тем же принципам». Так сказать, преемственность семьи и школы.

Но и сейчас, при том, что осознанность общества повысилась и права ребенка защищаются, все равно тираны-родители бьют детей, и бьют жестоко. И мало кто в это вмешивается. Дети не могут найти защиты. Некоторые свидетели насилия боятся вмешиваться, чтобы ребенку не было еще хуже: его или дома еще раз изобьют, или ювенальная юстиция заберет из дома.

Другое объяснение этому феномену дает социальная психология. Это эффект прохожего: люди видят, что никто не реагирует на человека, нуждающегося в помощи, и тоже проходят мимо. Таковы правила группы – молчать и не ввязываться, но стоит хотя бы одному человеку нарушить правила и защитить ребенка, как все остальные последуют за ним.

Если вы живете в такой семье, видите, как бьют ребенка и ничего никому не говорите, вы поощряете жестокое обращение с детьми, и тираны распоясываются. С молчаливого согласия окружающих совершаются преступления против детей. Когда вы видите проявление жесткого отношения к детям даже на улице, не молчите, хотя бы что-то скажите матери, поддержите ребенка. Возможно, этот ребенок считает себя виноватым, а ваше участие покажет ему, что есть другие люди, которым он небезразличен, поймет, что он не виноват, а виновата мама. Можно сделать фото или видео такого поведения. Нарциссы больше всего боятся публичной огласки.

После того как я опубликовала на YouTube видео об Ирине, было очень много поддерживающих комментариев героине, например: «Сижу и просто слов не могу подобрать, таких теплых, чтобы героине стало капельку полегче, так ее жалко, эту маленькую девочку! Здоровья ей, сил, возвращения к себе и внутренней гармонии!»

Также из комментариев видно, что насилие над детьми, даже такое жестокое, достаточно распространено. Это не единичный случай, многие из вас были избиты, и довольно жестоко. И я вам очень сочувствую. Такого с детьми быть не должно. Бить беззащитных детей, которые полностью во власти своей матери, – это преступление. И вы были не виноваты в том, что мать вас била. Виновата она, независимо от вашего поведения.

Мать-монстр

«Меня в детстве били. В возрасте 5 лет была такая фантазия, что мои настоящие родители давно умерли, а в их коже сидят какие-то монстры-инопланетяне, и прямо так всерьез думала: “а вдруг правда?” При простукивании это вспомнилось».

Автор этой истории применял технику эмоциональной свободы (простукивание), которая позволяет освободиться от заряда травмы, что, в свою очередь, открывает доступ к более ранним забытым событиям.

Дети от 2 до 6 лет находятся на дооперациональной стадии развития, согласно классификации Пиаже, когда проявляется символическая функция мышления. То, что взрослые анализируют и классифицируют, подвергают логическому анализу, дети запечатлевают в образах. Фантазия дошкольников очень богатая, и иногда они путают реальность и воображение, а иногда воображение символизирует реальность. Например, агрессивные родители выступают в роли монстров, что отражает страх и неопределенность, в котором живет ребенок. Дошкольники очень точно находят образы плохим людям.

Иногда ужасные образы матери приходят в закодированном виде во сне. Например, многие мои клиенты, пережившие побои, с детства видели повторяющиеся сны про паука, который запутывает муху, или про фашистов, истязающих пленных, про бабу Ягу или убийц. Эти сны вызывают страх, ужас, панику и беспомощность и иногда преследуют долгие годы. Не все видят связь отрицательных героев с матерью. И это понятно. Ребенку запрещено злиться на мать, он отключается от реальных чувств и не может их выражать словами. Зато символы прорываются в сны, представляя истинную ситуацию. Я никогда не интерпретирую сны клиентов, глубоко не погружаюсь в психоанализ, вместо этого клиент прорабатывает детские сны по методу многократного проигрывания, как и любую другую травму. Это дает возможность осознавать, что герои снов вызывают те же чувства, что и мать в детстве. Так приходит осознание, что сны зашифровали мать в образе чудовища. Это способ ребенка сказать самому себе правду.

Мать хуже войны

«Когда началась война и взрывались бомбы и снаряды, мы были так напуганы и не знали, что делать. И всей семьей приехали к матери и сестре. Мы выезжали по “зеленому коридору”, взяв только документы и банковские карточки… это было 31 июля 2014-го, приехали ни живые и ни мертвые, никакущие… Мы приехали в деревню в домик, который нам подарили родственники, официально, мне и сестре. Я не претендовала на наследство… Я воспользовалась во время бомбежек… и жить там не собиралась. Хотела прийти в себя, пересидеть, а потом уже решить, куда двигаться дальше…

До войны отношения были сносными, я давала им деньги, мать отпускала колкости, но это было терпимо. Видя меня полностью обессиленной, затравленной, испуганной войной и ужасными обстоятельствами, независимыми от меня… мои мать и сестра показали свое лицо.

Это было что-то. Сначала они любопытствовали, что да как там в городе… потом через пару дней началась экзекуция!!! Маманя и сестра напали на меня, как две ведьмы!!! ненависть их переполняла через край… “Что, БОГАЧКА!!! Теперь ты не БОГАЧКА! Все твое добро там разбомбят!!! Вот иди и купи себе ложку, полотенце!!!” и все такое. Мне было страшно!!!

И тут мне вспомнилось все мое детство. Да, всякий раз, когда я хотела умереть после очередного избиения и проклятий. В детстве я писала письма матери, живя с ней под одной крышей. Да, я помню. Писала и умоляла ее поговорить со мной, не бить меня, понять… писала дневники… ох, и лупила она меня, когда нашла… Орала: “ШО ТЫ ТУТ МЭМУАРЫ СВОИ ПЫШЕШ?!” Да, так и было, удивительно вспоминать. Она рыскала в моих вещах. Ой, все, что она творила… не описать… можно диссертацию защитить по моему детскому здоровью. Как я выдержала все это???

Но я думала, а дулю тебе, дура. Я буду жить, долго-долго бороться и жить, но ведь это ненормально – бороться за жизнь. И тут во время войны я поняла, что никакие бомбы и снаряды не сравнятся с ударами и проклятиями матери.

Страшно осознавать УБОГОСТЬ этих людей… И меня охватывала невообразимая радость, что я выше, намного выше всего этого!!! И война сделала свое дело, через месяц мы вернулись домой и больше уже с матерью не встречались».

«Мать – надсмотрщик в концлагере», «мать-фашист», «мать-маньяк» – многие мои клиенты так говорят о жестокой матери. В данном случае образ матери как войны пришел не в детстве, а позже, при сравнении своего детства с настоящей войной. И как это страшно, что во время самой серьезной угрозы для жизни мама, которая должна быть островом безопасности, наоборот, более опасна, чем реальная война.

Мать бьет сама и бьет руками отца

«Мне 10 лет, и я принесла из школы двойку. Я сижу в комнате ни жива ни мертва и слышу, как мать жалуется на меня отцу. Отец отмахивается: “Ну, подумаешь, потом исправит”, он хочет спокойно поесть, но мать повторяет и повторяет, и ее интонация все выше и выше: “Она совсем отбилась от рук, учителя жалуются. Тебя дома нет, она меня не слушается. Такими темпами она скоро на панель пойдет”. Отец раздражается: “Ты дашь мне поесть? замолчи”. Мать не унимается: “Ну, конечно, тебе все равно, что дочь растет двоечницей, только мне это надо, только я забочусь о ее воспитании. Я с ней вчера уроки делала, она ничего не хочет делать. Она ленивая и упрямая, а тебе все равно. Ты отец или нет?” Отец берет ремень и идет ко мне, бьет меня и кричит: “Сколько ты будешь нервы мотать матери? Почему ты не учишься, будешь еще двойки получать?” Отец закончил и со злостью говорит матери: “Ты довольна? Хорошо я воспитываю?”

Мать врала, что она со мной уроки делала. Она орала на меня, от этого я ничего не понимала. Она кричала: “Почему ты такая тупая?” Когда я ее просила объяснить, она начинала обзывать: “Тупица, дрянь, бестолочь” и давала подзатыльник. Я ничего не соображала и не могла читать, буквы прыгали перед глазами. Когда она успокаивалась, то говорила, что любит меня и делает для моего блага. И я верю маме, я ее люблю. Я должна верить и благодарить. Я верю в любой бред, чтобы выжить. У меня нет выбора, мне деться некуда».

Это история клиентки Ирины, которая демонстрирует, как появляется стокгольмский синдром, то есть теплые чувства к насильнику. Девочка любит жестокую маму, а потом вырастает, вступает в романтические отношения, подвергается насилию и тирании. Так же, как и в детстве, она не видит выхода, верит в любой бред, только чтобы уцелеть. Это инстинкт выживания, заложенный в детстве. Иначе никак, иначе будет еще хуже.

Мать орет, но это не работает, Ира ничего не понимает. Тогда мать настраивает отца, чтобы бить дочку уже не своими руками, а чужими. И это происходит регулярно.

Родители-тираны думают, что чем больше они бьют, тем быстрее ребенок одумается и начнет хорошо учиться, но добиваются противоположного эффекта. Насилие отбивает способность учиться. Согласно исследованиям, у детей, подвергающихся побоям, страдают те области мозга, которые отвечают за внимание, кратковременную и долговременную память, контроль действий, а также за эмоциональную регуляцию и мотивацию. Эти функции нарушаются, ребенок не может учиться. Фоном идут тревога и депрессия. Результатом насилия могут быть симптомы синдрома гиперактивности и дефицита внимания.

В процессе терапии по методу многократного проигрывания, прорабатывая эту ситуацию, Ирина говорит:

«У них есть право на мою жизнь, я себе не принадлежу (слезы). Жизненные силы меня покидают. У меня нет выбора. Меня, как скотину на поводке, ведут на заклание. Я совершенно беспомощна. Я отказываюсь от себя. Я никто. Мне жаль, что они меня не добивают до смерти. Я мечтаю умереть, я отсюда никогда не выберусь. Я могу уйти только на тот свет. Я хочу, чтобы меня добили. Пока жива, я не спасусь. Я молю о смерти».

Ребенок во власти своих мучителей, у него нет выхода, он не может ничего сделать, поэтому он отказывается от себя. Происходит диссоциация – отчуждение от себя, от своих чувств, своей личности, выход из реальности. Диссоциация, наряду со стокгольмским синдромом, – защитный механизм. Поскольку быть внутри себя невыносимо, быть в теле нестерпимо больно, то ребенок спасается путем выхода из своего тела и реальности: хочется уйти в мир иной. И надо ли говорить, что тут высок риск суицида? Дети, переживающие насилие, часто думают о смерти и видят смерть как спасение.

Что в этой ситуации делает мать? Ей надо добиться победы над дочкой любой ценой. Она манипулирует мужем, который не хочет бить девочку, она внушает ему чувство вины. В отношении дочки она использует триангуляцию – воздействие на человека при помощи третьего лица. Натравливает мужа на дочь.

«После порки мать кричит на отца: “Ты что, идиот, делаешь? Прибьешь ребенка!” Она уводит в комнату, обнимает, жалеет и осуждает этого зверя. Она моя спасительница!»

Мать – виртуоз многоходовых манипуляций, она сначала манипулирует отцом, чтобы он побил дочь, а потом обвиняет его в этом. Для дочери она теперь спасительница. Это триангуляция уже против отца: она жалеет ребенка, чтобы показать тирану всю его невероятную жестокость. Отец будет обвинен матерью в любом случае: и если побьет, и если не побьет. Он в крепком капкане манипуляций и, видимо, выбирает избиение, чтобы не слушать упреки жены весь вечер и чтобы это мучение быстрее закончилось. Он предпочитает мучить дочь, чтобы не мучиться самому.

В памяти девушки осталось воспоминание, как мать спасала ее от жестокого отца. Просто святая мать! Но в то же время мать подстрекала отца, жаловалась. У девушки когнитивный диссонанс. У жертв насилия часто события запоминаются как две параллельные истории, часто не связанные. В одной истории мать подстрекала, а в другой – защищала. Эти истории как бы не связаны между собой: вроде бы она помнит их, но не до конца верит. Так работает психика, чтобы решить когнитивный диссонанс. Она хочет оправдать мать и сама себе говорит: «Она моя спасительница».

И в итоге мать провернула хитрую комбинацию: побила дочку чужими руками, удовлетворила свою потребность в доминировании и садизме, а в глазах ребенка осталась спасительницей.

В терапии все детали ситуации четко вспомнились и встали в единый событийный ряд, закрылся гештальт. И теперь уже понятно, что мать действительно хотела избиений и страданий девочки. Мать специально настраивала отца, потом наслаждалась болью дочери, а в итоге все перевернула так, что виноват отец, а она тут ни при чем. Не только вышла сухой из воды, но и предстала в образе святой спасительницы. И девушка долгие годы маму так и воспринимала.

Каковы последствия такого воспитания?

У девушки была диссоциация в течение многих лет, ощущение нереальности, пограничное расстройство личности, зависимость от психоактивных веществ, расстройство пищевого поведения. Она несколько раз была жертвой изнасилования, личная жизнь была и остается неудачной.

Однако все это удалось преодолеть в процессе терапии и работы над собой при помощи техники эмоциональной свободы и других методов самопомощи. Такое сочетание терапии и самостоятельной работы дает самый лучший результат.

А вот еще один комментарий про натравливающую мать.

«Точно такая же история была со мной. Избивал меня отец до полусмерти под воздействием науськивания мамаши. Мы жили в частном доме, и я уходила в самый тихий угол к клеткам с кроликами, а там постоянно сидела и размышляла о своих похоронах. Потом начала убегать из дома, они меня разыскивали, я возвращалась – и снова избиение за побег. Один раз был такой случай: я в куртке уснула за своим письменным столом, мать меня не заметила, но увидела, что нет куртки на вешалке, и они с отцом пошли меня искать, пришли и увидели меня в куртке за столом и избили меня за то, что я убежала без спроса и допоздна где-то “шаталась”. В дальнейшем я старалась долго не приходить домой, бабушка меня называла попитхатныцей (это украинское наречие), то есть по чужим домам прибивалась. Я уже взрослый человек, у меня двое детей, и старшую дочь я несколько раз тоже побила, она мне до сих пор это не может простить. Впоследствии я поняла свою ошибку, с сыном такого уже не было, но с дочерью отношения сложные. А ударила я ее тоже под воздействием своей мамаши. Как я ее ненавижу, вернуть бы все обратно, сбежала бы и не вернулась бы никогда, мужества и сил не хватило на это… А сейчас меня мучает синдром раздраженного кишечника и рвоты на почве стресса. как только какая-то волнительная ситуация или что-то подобное – и начинается рвота или расстройство желудка. Ужас, никакие лекарства не помогают».

Здесь последствие побоев проявляются в таком же отношении к своим детям. Когда вы не осознали, что с вами сделали, вы по умолчанию становитесь тиранами и передаете эстафетную палочку насилия следующим поколениям. Хорошо, что автор этого комментария осознала свою ошибку. Еще одно последствие – это психосоматические болезни. Наиболее часто у жертв насилия в детстве встречаются проблемы с ЖКТ. Однако я хочу напомнить пострадавшим от жесткого насилия в детстве: не отчаивайтесь. Выход есть. Освободиться от груза травмы можно и можно стать счастливыми и здоровыми.

Мальчик на гречке

А если мать не бьет и не подстрекает, а молчит, когда бьют ее ребенка? Как тогда? Несет ли она ответственность за насилие?

Это реальная история, которая случилась в 2019 году в Омске и была освещена во всех медиа. История о Паше Юмашеве, мальчике на гречке. Отчим Паши, Сергей Казаков, ставил его на гречку на несколько часов, при этом бил его, не разрешая держаться даже за стенку. Надо было стоять ровно и прямо, чтобы гречка больнее впивалась в колени. Алина, родная мать Паши, молчала и ничего не говорила. Гречка вросла в кожу, и мальчику делали операцию под общим наркозом, чтобы очистить колени.

Кто такой Сергей Казаков? Программист, довольно состоятельный мужчина, он жил в этой новой семье 2 года. И никто из соседей не догадывался о том, что происходит за закрытыми дверями. Сергей выглядел очень спокойным и презентабельным. Оказалось, что в прошлом браке Сергей бил жену и она ушла от него к родителям. Родители женщины даже не верили своей дочке – настолько он казался им положительным.

Сергей по всем этим описаниям – высокофункциональный психопат, скрывающий свои преступления. Он может контролировать поведение на людях, но издевается над жертвами, пока никто не видит. Пытки над Пашей он записывал на видео, в то время как сам спокойно шел спать. Он объяснял это тем, что ему надо контролировать, не убегал ли мальчик, не держался ли за стену, пока стоял на гречке всю ночь. Психопаты любят сохранять сувениры от жертв своих деяний. Например, насильник делает фотографии изнасилованных женщин, а убийца хранит волосы или какие-то украшения жертв. Сергей сохранял видео пыток. На суде Сергей не выглядел раскаившимся, а, наоборот, говорил, что у него не было выхода: ребенок отбился от рук.

Поведение Сергея идеально подходит под описание антисоциального расстройства личности (психопат), что проявляется в неуважении и нарушении прав других. В Сергее мы видим признаки расстройства: неспособность соответствовать социальным нормам, лицемерие, обман, агрессивность, причинение вреда другим, отсутствие раскаяния, безразличное отношение к причинению вреда другим, отрицание своей ответственности.

А что можно сказать об Алине, маме Паши? Я за ней наблюдала в телепередаче в декабре 2019 года. Девушка выглядела очень странно: совершенно безэмоционально. Когда ее спросили, за что Сергей невзлюбил мальчика, она сказала: «Да это не невзлюбил, это наказание. Мы не знали, как с ним справиться, он воровал и убегал из дома». Неудивительно, что с такими родителями ребенок сбегал из дома. Он хотел спастись от пыток! Он воровал деньги у Сергея, потому что его не кормили, он поступил в больницу крайне истощенным. Алина на допросе утверждала, что мальчик сам не хотел есть.

И за побеги, и за воровство его наказывали стоянием часами на гречке. Родители спокойно спали в соседней комнате, а ноутбук записывал видео, как он стоит на крупе.

У Алины такой отстраненный взгляд, как будто она ни при чем. Она сказала, что сама нашла это наказание в интернете и даже сама попробовала постоять несколько минут, и ей не было больно. Паша же часами стоял на гречке, и она видела, что ему больно, и после таких пыток она сама отмачивала ему колени, а потом забинтовывала. Вот какая святая спасительница. А на следующий день мальчика опять заставляли стоять на гречке на раненых коленях.

На видео, записанном Сергеем, видно, что после пытки мальчик даже не может разогнуть ноги, чтобы встать, а просто отползает. На том же видео слышен ее голос, спокойно уговаривающий мальчика постоять подольше. Он спрашивает: «Сколько еще стоять? Всю ночь?» «Нет, не всю, только до 4 часов», – отвечала «добрая» мама. Трудно себе представить, что мать может так спокойно реагировать на мучения собственного ребенка да еще уговаривать потерпеть и продлить мучения.

Что же за диагноз у Алины? Я не знаю эту девушку лично и могу только предполагать, ориентируясь на свой опыт и критерии психологических расстройств, но очевидно, что есть какие-то серьезные нарушения. Попробую дать несколько возможных объяснений.

Рассмотрим первое. По ее непроницаемому виду можно сказать, что она как будто не в себе. Она ничего не чувствует. Все в зале на передаче плакали, кроме нее. Такое бывает при диссоциации, и это наблюдается у жертв психопатов. Из нее как будто выколотили душу, она уже не управляет собой. Она просто пустая оболочка, марионетка, которой управляет тиран. Чувств нет, желаний нет, только подчинение. Возможно, Сергей Алину тоже бил, хотя она это отрицает. Я не думаю, что такая пассивная и заторможенная женщина могла избежать побоев. Психопат любит обижать слабых, уязвимых и послушных, тех, кто не может сопротивляться.

Когда Алина говорит, ее слова выглядят как выученный текст. Возможно, перед тем как Сергея забрали в тюрьму, они договорились, что она возьмет на себя вину: «Я нашла такое наказание в интернете и попробовала, мы просто не могли справиться с ребенком». Она выучила текст, и теперь повторяет его. Настолько боится наказания, что делает все, что он ей приказал. И родители его предыдущей жены тоже считают, что Алина – это жертва, которую он просто парализовал, как и их дочь.

Второе объяснение – это стокгольмский синдром, или теплые чувства к насильнику. Они сначала возникают как механизм выживания в ситуации насилия, а в дальнейшем теряется понимание реальной ситуации. Жертва думает, что она по-настоящему любит своего тирана. Алина как кролик, загипнотизированный удавом. Сергея посадили в тюрьму, и она мечтает вновь воссоединиться со своим возлюбленным, но к собственному сыну она равнодушна.

Алина сказала, что считает себя виноватой, но ее мировоззрение не перевернулось, то есть о Сергее она думает по-прежнему хорошо. Это при том, что ее собственный сын чуть не умер от пыток. При стокгольмском синдроме рациональное мышление не работает. Жертва не видит никакого вреда, причиненного тираном, даже оправдывает его. Это, конечно, не любовь, а патологическая привязанность, работающая по тому же принципу, что и наркотическая зависимость. Ломка без него, эйфория при виде него, отрицание проблем, нежелание видеть правду.

Третье объяснение – это финансовые проблемы. Алина была ограничена в деньгах, жила в общежитии. Сергей для нее – это решение финансовых проблем. Чтобы удержать источник дохода, она пожертвовала своим сыном и предала его. Конечно, психологически здоровая мать ни при каких обстоятельствах не будет расплачиваться здоровьем ребенка. Такое свойственно в основном нарциссическим или психопатическим матерям, поэтому только финансовые проблемы не могут объяснить ее поведение.

Муж моей клиентки изнасиловал их общую дочь, когда той было 5 лет. Об этом стало известно, когда девочке исполнилось 13. Отец не отрицал, и его посадили. Мама девочки все знала с самого начала, но не спешила защитить дочь, а, наоборот, родила от него еще одного ребенка. Муж избивал женщину, но она была материально зависима от него: она боялась потерять добытчика. После того как мужа посадили, она хотела вызволить его из тюрьмы. Это выглядело как навязчивая идея, она тратила все свое время, обивая пороги разных инстанций. Ей было его очень жаль, она как будто физически чувствовала его непереносимую боль, которую он испытывал в тюрьме. Боль ребенка ее не бепокоила, а боль мужа очень даже волновала и не давала покоя. В конце концов женщина добилась досрочного освобождения. Мужчина пришел домой и через полгода изнасиловал уже взрослую дочь.

У этой женщины был налицо стокгольмский синдром: теплые чувства к тирану и полная гипнотическая парализация. Она объясняла попытку вытащить его из тюрьмы финансовыми проблемами, но основная причина была не в этом, а в сильной патологической зависимости от мужа. И это не единичный случай.

В моей практике были клиентки, которые бросали своих детей на алтарь любви: у одной из женщин в итоге ребенок умер. Мама потом очнулась от этого морока, но было слишком поздно.

У Паши, по оценкам врачей, тоже был серьезный риск здоровью и жизни: у него могло быть заражение крови, он мог лишиться ног или умереть.

Четвертое объяснение: Алина – психопатка с садистическим расстройством, и она сама испытывала удовольствие от наказания мальчика. Возможно, она подстрекала Сергея устраивать такие экзекуции, как это делала мама Ирины из предыдущей истории. Может быть, и вправду Алина сама нашла такое наказание и применила его руками Сергея? У психопатов тоже может быть неживое выражение лица, как будто души там нет, а только ходячая оболочка. Психопату, чтобы чувствовать хоть какую-то радость, нужны острые ощущения, в частности страдания других.

Алина радуется своей славе: ее пригласили на телевидение и сделали знаменитой. Она веселится, когда говорит, что о ней везде пишут и показывают в новостях. И это тоже может быть признаком психопатии. Для преступников-психопатов даже судебный процесс над ними – это достижение и радость, ведь они прославились. Так, Тед Банди, серийный убийца, устроил из своего судебного процесса шоу, где защищал сам себя. Это шоу показывали по телевизору, и он был очень доволен собой.

Алине вменяется 3 серьезные статьи: 117 – «Истязание»; 112 – «Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью»; 156 – «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего». Такие статьи грозят ей тюремным заключением, а она радуется своей славе на всю страну, не испытывая ни стыда, ни страха, ни раскаяния.

В интервью она говорила, что общественность подняла излишний шум, ведь ничего особенного не случилось. Одна проблема – чтобы это мнение общественности не повлияло на суд. Это моральное отстранение, защитный механизм для оправдания своего аморального поведения. Моральное отстранение позволяет приуменьшить вред, нанесенный жертве, обвинять жертву и оправдывать себя.

Самое невообразимое, что органы опеки до решения суда отдали мальчика маме. Паша опять живет со своей мучительницей. Это стресс, это когнитивный диссонанс, это ретравматизация.

Но теперь Алина, конечно, пытается быть хорошей мамой: покупает ему щенка, проводит с ним время. Психопат все понял и перевоспитался? Возможно, она надеется, что Паша даст другие показания и ее не посадят? А сама Алина, видимо, ждет возвращения Сергея и мечтает, что они снова заживут дружно.

А как реагировала полиция? Мальчик убежал 9 мая. Он был голодный, его колени изранены. Случайные прохожие увидели Пашу, накормили и обратились в полицию. Однако никаких мер принято не было. Мальчик вернулся в семью, и его опять поставили на гречку. Получается, государство неохотно защищает детей от насилия. Заявления от граждан не принимает.

11 мая Паша убежал к соседям, которые его передали в больницу. Только после заявления врачей началось расследование.

А когда Сергей вернется из тюрьмы, что-нибудь изменится? Я не думаю. Преступники, конечно, будут осторожнее и будут использовать другие методы наказания, не такие очевидные, возможно, перейдут к моральным пыткам. Так обычно поступают родители, которыми занимаются социальные службы.

Я не уверена, что изменится и Алина. Если у нее диссоциация или стокгольмский синдром, то ей нужна длительная многолетняя терапия, она не способна заботиться о ребенке. Но если она психопат, никакая терапия ей не поможет.

Органы опеки утверждают, что мальчику с мамой лучше и он привязан к маме. Но действительно ли это так? Какой диагноз у Паши?

Психолог, обследовавший его, сказала, что мальчик дезориентирован, не понимает, что происходит, и любит маму настолько, что, по его словам, готов жить с дядей Сережей опять. Это самое страшное последствие насилия – мальчик уже отказался от себя.

Чуть ранее, до «перевоспитания» мамы, соседи говорили, что мальчик не хотел идти домой. После операции Паша спросил медсестру: «Тетя, а теперь меня отдадут в нормальную семью?» Он хотел другую семью. Андрей, который нашел мальчика на улице ночью 9 мая, сказал, что после того, как он привел Пашу домой, Паша обнял его и умолял взять к себе и быть его папой.

Возможно, это является признаком расстройства привязанности, который называется расторможенной социальной вовлеченностью. Расстройство привязанности характеризуется повышенной дружелюбностью, разговорчивостью с незнакомыми людьми. Ребенок может обнимать посторонних взрослых и ласкаться. У него нет страха, когда чужие люди дотрагиваются до него, ведут к себе домой. Он не стесняется людей, которых видит впервые.

Паша пошел с незнакомым мужчиной. Хорошо, что Андрей оказался не преступником, а достойным человеком и захотел помочь мальчику: сначала он остался у мамы Андрея. Она накормила голодного ребенка, угостила сладостями, положила спать – и не надо всю ночь стоять на гречке. Потом Андрей привел Пашу к себе домой, где он жил с сестрой. И Паша просил Андрея и его сестру стать его родителями. Он явно не хотел возвращаться домой к своим мучителям. Возможно, это и не расстройство, а просто крик о помощи, отчаяние, глубокая благодарность за человеческое отношение, которого он не видел уже 2 года.

Паша достоин уважения за свою смелость. У него сильный инстинкт выживания. Он несколько раз пытался сбежать, несмотря на наказания. Он снова и снова убегал из своей тюрьмы и в конце концов добился справедливости – тиранов наказали.

После того как опека до решения суда отдала Пашу маме, которая начала покупать ему сладости, подарила щенка, мальчик все забыл. Он любит маму и не хочет с ней расставаться. А мама, хотя и изменила поведение перед судом, не выглядит осознавшей свое преступление. Она выглядит так, как будто права: какие-то идиоты делают столько шума из ничего. И что-то мне подсказывает, что она убеждает в этом ребенка. И говорит, что он сам виноват, ведь он сбегал из дома и воровал, рассказывает, как ей тяжело одной его растить, как она много для него сделала, убеждает, что Сергей изменился. И у мальчика теперь тот же самый стокгольмский синдром, от которого страдает мама по отношению к Сергею, а мальчик – по отношению к маме. Он готов вернуться в ту же тюрьму, жить вместе с Сергеем.

У ребенка сбиты в голове все настройки, полная неразбериха. Его вернули к матери, которая его мучила, и убедили, что так будет полезнее и лучше. Маленький ребенок видит, что никто ему не помогает: ни полиция, ни соседи, ни социальные службы. И вроде мама стала добрая, водит его на елку, в цирк. Ему нужна какая-то опора. И вот мама уже разучила с ним стихотворение о любви к маме. Он нежно гладит маму по волосам.

Мальчик похож на тюремного беглеца, который возвращен в камеру и старается вести себя лучше, чтобы его не били. Стокгольмский синдром – это механизм выживания. Ребенок боится, что если не будет любить маму, то умрет. Ну и, конечно, надеется, что мама изменилась и теперь все будет по-другому.

Но как можно вернуть ребенка такой матери? Ему нельзя быть с ней, как бы она ни убеждала всех, что любит его. Нет никакой гарантии, что мать не будет издеваться и применять психологическое насилие. Моральные пытки нельзя доказать. Она может внушать ребенку, что ее посадят из-за его побега. А у нее в голове только одна мысль – поскорее воссоединиться с Сергеем.

Несколько семей прямо сейчас готовы усыновить Пашу. Они переживают за него, хотят дать ему тепло и любовь. Они даже пошли на курсы для приемных родителей. Почему нельзя поместить ребенка в безопасную, искренне любящую среду? Почему надо было оставлять мальчика с матерью, которая уговаривала его постоять до 4 часов утра на гречке?

Какие-то странные оправдания придумывали органы опеки, когда возвращали ребенка матери: он любит маму, психологи работают над их отношениями. Он любит маму только потому, что у него нет выбора. Его не защитили, а вернули матери и внушили совершенно ложные ценности: мама-предательница – это нормально, издеваться и унижать – это хорошо, а защиты ждать не от кого.

После того как матери присудили 2 года тюрьмы, он стал жить с бабушкой, восстановил здоровье и набрал вес. Мальчик прекрасно ест, хотя Алина говорила, что он не хочет есть и поэтому такой худой. Корреспонденту «Комсомольской правды», которая брала интервью в 2021 году, Паша ответил, что простил маму и скучает по ней. Есть вероятность, что она вернется и заберет ребенка.

Каким вырастет этот мальчик? Его биологический папа – убийца, мама – или психопат, или страдает от диссоциации, но явно лишена эмпатии. Плюс сильнейшая травма и отсутствие поддержки.

Если Паша не унаследует психопатических генов, то в лучшем случае он будет просто травматиком и жертвой, а в худшем – психопатом и преступником.

Сейчас Паша не проявляет признаков психопатии, а, наоборот, все говорят, что это идеальный ребенок, очень общительный и контактный. Даже психологическую помощь ему отменили, хотя я считаю, что совершенно зря. Ему нужна длительная работа с психологом и проработка травмы. Но, если он будет с матерью, а потом вернется и Сергей, в период полового созревания все может измениться. Во-первых, травма даст о себе знать. Во-вторых, может произойти инициация и вступление в ряды психопатов. В-третьих, психопатические гены могут включиться в процессе пубертатной перестройки.

Паше еще можно помочь, излечив не только его колени, но и его психику. Его нужно защитить от тиранов и рассказать: то, что с ним делали, – плохо. Это преступление, и в этом нет его вины. Он должен почувствовать защищенность и понять, что кому-то не все равно, кто-то на его стороне. Создать стабильную и надежную поддержку, сформировать иммунитет к психопатам и психопатическому поведению, задать моральные ориентиры.

А когда он вырастет и у него будет стабильная психика, он сам решит, встречаться с мамой или нет. Прощение мамы – это показатель великодушия и доброты. Но отсутствие осознания того, что с ним сделали, и несвоевременное прощение могут привести к тяжелым последствиям.

Этот случай показывает, что насилие над детьми, – это не воспитание, а преступление. Кажется очевидным, но не для тех, кто перенес побои в детстве. Я говорю это каждый раз в своих видео. И я пишу это вам, побитые и истерзанные дети. Ваши раны кровоточат до сих пор. Вы выжили и выстояли, вы сильные. Но то, что с вами делали в детстве, – это недопустимо. Так быть не должно! Дети – это отдельные личности, и у них есть право на неприкосновенность и безопасность. И Сергея, и Алину приговорили к тюремному заключению. За насилие сажают в тюрьму, даже если мать не била сама. Она не защищала своего ребенка, а спокойно смотрела и принимала эту ситуацию.

Хорошо, что Сергей сам собрал на себя компромат, записывал на видео пытки, и зрители увидели в деталях, как он бил мальчика и заставлял его стоять на гречке. Но сколько таких преступлений совершается каждый день над другими детьми – никто не знает. Ни соседи, ни учителя Паши понятия не имели, что с ним делают дома, пока он не сбежал.

Сколько таких детей живут и вырастают с чувством вины и огромного долга перед тиранами? Они служат родителям до конца жизни. И чем более жестоко их наказывали в детстве, тем безусловнее они служат потом. Этим детям я хочу донести одну простую мысль: вашей вины не было, вы ничего не должны своим родителям. Все родители, которые применяют физические наказания, – это преступники, даже если их не посадили.

Матери, подстрекающие мужей или молча разрешающие им бить своих детей, помните: вы соучастницы, вы совершаете преступление против своего ребенка. И никакого оправдания этому нет. Не надо потом требовать алиментов от своих детей, выставлять им счет и говорить, что они вам должны. Это вы должны компенсировать ущерб своим детям, как это было в случае с Пашей Юмашевым. С Алины суд взыскал 150 тысяч рублей, с Сергея – 250 тысяч. Это компенсация за моральный ущерб, конечно, не соразмерна с теми физическими и душевными ранами, которые получил ребенок, и с теми страданиями, которые он пережил. Но это показывает, кто кому и что должен.

Очень надеюсь, что у Паши высокая психологическая устойчивость, и его жизнь сложится хорошо, вокруг него будут поддерживающие люди, он останется таким же добрым и открытым, как сейчас. Очень хочу в это верить.

Источники

К стене! Часть 1. Мужское/Женское. Выпуск от 16.12.2019.

К стене! Часть 2. Мужское/Женское. Выпуск от 10.02.2020.

Мать и отчима, истязавших омского «мальчика на гречке», отправили в колонию. URL: https://www.omsk.kp.ru/daily/27095.7/4167932/

«Нежно обнимал маму, гладил по волосам» – омский второклассник, которого родители истязали гречкой, вместе с мамой был замечен на городской елке. URL: https://omsk.bezformata.com/listnews/istyazali-grechkoj-vmeste-s-mamoj/80708090/

Глава 3

Эмоциональный холод

Мать может издеваться над ребенком не только физически, но и морально. Она игнорирует или отвергает, смотрит с ненавистью и отвращением. Это часто не воспринимается как насилие, а жертвы подобного насилия не осознают, что над ними издевались. Последствия такого морального насилия могут быть такими же разрушительными, как и физического. Некоторые дети предпочитают, чтобы их били, лишь бы не отвергали. Вот истории людей, живущих с матерями – снежными королевами.

Когда мама недоступна

Отношения Анны с мужем строятся по типу «всегда есть кто-то важнее меня»: «Муж меня также променял на работу, время проводить вместе не хотел. Работа важнее». Потом была соседка, а потом другие женщины и так далее. Анна говорит: «Я дико злюсь, у меня все горит внутри, пылает как огонь, я чувствую себя обманутой, обесцененной маленькой девочкой».

Это означает, что ситуация началась не с мужа, а глубоко в прошлом. Сценарий пишется в детстве, а потом проигрывается, но с другими людьми. В терапии мы возвращаемся в детство и ищем причины там.

«Мне лет 8. Мама живет со мной, но мамы со мной нет. Она занята уборкой, стиркой, готовкой, но контакта со мной нет, она недоступна. Я хожу за ней как хвост и не знаю, что сделать, чтобы она полюбила меня. Я голову сломала, как привлечь ее внимание, что я ценна, что я дорога ей. Я вижу ее, но она недоступна. У нас нет отношений, эмоциональной связи. Ей не до меня, я ее не чувствую, как будто у нее внутри ничего нет, нет теплоты, один холод. Она как айсберг. Я в постоянном режиме ожидания, как кнопка. Я жду, когда я ей понадоблюсь. Даже когда она говорит, кормит, одевает меня, я чувствую пустоту. Как будто мама – это пустая оболочка. Я в постоянном ожидании, я жду от нее теплоты.

Как будто, если она даст эту любовь, я пойму, что со мной все в порядке, я любима. А раз мама не дает мне любви, что-то со мной не так. Что со мной не так? Что мне нужно добрать? Что мне нужно сделать, чтобы мама меня полюбила?»

Но потом Анна как будто переключается на другой режим. На режим благодарности и вины.

«Я благодарю ее за то, что она выносила, родила, и за тот поток любви, который она смогла дать. Я ее благодарю. Она дала, сколько могла. Я должна даже признать, что была неблагодарной дочерью. Мама, я обесценивала то, что ты мне дала, как эгоистка. Я принимаю ту любовь, какую ты можешь мне дать. Я люблю тебя и благодарю тебя. Спасибо за то, что дала».

Казалось, Анна подошла к пониманию, что это она жертва, и в самом начале она была зла, что ее не замечают. Эта злость предназначена маме. Маме-айсбергу, холодной, недоступной и отстраненной. И этот гнев справедлив, ведь это ее мама морила холодом и отвергала. А потом Анна «опомнилась» и стала благодарить маму и винить себя, заглушила обиду, залила пламя гнева, и ничего не проработалось. Она запретила себе жаловаться. Нельзя обвинять маму, быть неблагодарной, надо ее простить. И не просто простить, а еще и повиниться за свою неблагодарность и обесценивание. Приоткрывшееся окно возможностей полностью захлопнулось.

А чтобы появились изменения, надо не заглушать злость, а осознать, что она направлена на мать, а не на себя, проработать гнев и понять, что вы до сих пор тот маленький ребенок, который жаждет, чтобы мама его заметила. Мало понять, что это обида и гнев, и разрешить себе злиться. И это не значит, что необходимо преследовать, орать, обвинять мать, требовать. Нужно разрешить себе эти чувства, проработать и отпустить.

Наказание молчанием

Некоторые люди не осознают, какой вред принесли им такие методы воспитания, как игнорирование, молчание родителей. Они и сами применяют это к своим детям как ненасильственный метод воспитания. Понимание приходит только при анализе причин своих психологических проблем. Вот что говорит Елена:

«Моя нарциссическая мать наказывала меня длительными периодами молчания и изоляции по несколько раз в году в течение многих лет. Я думала, раз меня в детстве не били и голос повышали редко, то, значит, и детство у меня было счастливое. И, наверное, мама права, когда называет меня неблагодарной. Ведь все же в детстве было хорошо, а вспоминать я его я ненавижу. Наверное, со мной что-то не так… я такая депрессивная».

Подготовка к бойкоту

«Когда мне было лет 5, мама часто и с выражением читала мне стихотворение[4]:

Я маму мою обидел,

Теперь никогда-никогда

Из дому вместе не выйдем,

Не сходим с ней никуда.

Она в окно не помашет,

Я тоже не помашу,

Она ничего не расскажет,

Я тоже не расскажу…

Я слушала это стихотворение, затаив дыхание, и глаза мои наполняли слезы. Мне было так страшно обидеть маму! Как же это будет ужасно, если мама перестанет со мной разговаривать!»

Бойкоты начались

«С 7 лет строки страшного стихотворения начали регулярно претворяться в жизнь. Мать так часто наказывала меня бойкотом, что у меня значительные пробелы в памяти. Ведь в те дни, когда она со мной не разговаривала, в моей жизни ничего не происходило, я просто существовала и надеялась на скорое прощение.

Из своей комнаты я не выходила, потому что боялась напороться на злостный, полный ненависти, материнский взгляд. Если бы взглядом можно было убивать, я бы умерла от самого первого.

Чтобы хоть как-то скоротать время до наступления момента прощения, я много спала. (И недавно я поняла, что до сих пор так делаю. Чуть какая проблема в жизни, и я впадаю в спячку, подсознательно надеясь, что все само собой решится, пока я сплю.)»

Мать заранее подготовила дочку к пыткам молчанием. Она читала стихотворение с выражением, чтобы Елена прочувствовала весь ужас этого наказания и чтобы девочка понимала, какое преступление она совершила, как обидела маму, и мучалась сильнее от осознания, что мама никогда больше не вернется.

Во время игнора жизнь останавливалась, и Лена как бы выходила из этого мира и уходила в другой, где не так больно. И память о страшных событиях тоже исчезала. Впоследствии этот защитный механизм может развиться в диссоциативные расстройства: дереализацию, деперсонализацию, частичную диссоциативную амнезию.

Дети, которых игнорируют, часто много спят, чтобы скоротать время отвержения. Сон спасает их от страданий, но впоследствии такая реакция может стать причиной депрессии: не хочется ничего делать, только спать. С эволюционной точки зрения, депрессия – это механизм выживания, экономия энергии, когда ситуация безвыходная. Замирание, засыпание, бездействие.

В первые годы жизни материнская любовь – это гарантия жизни. Когда мама любит, она находится рядом, кормит и поддерживает. Мама – это источник жизни и защита от опасностей мира. Но, если мама исчезает, это конец жизни. Ребенок чувствует страх смерти, и неважно, как она исчезла – физически или эмоционально. Сначала он громко плачет, зовет маму, когда ответа нет, он понимает, что надо надеяться только на себя: «мама игнорирует, она не защитит меня», «я могу умереть и поэтому засыпаю, чтобы сохранить энергию. Надо слиться со средой и замолчать». Так повелось с древних времен: когда если ребенок был брошен, то выживал, если переставал плакать и не привлекал внимание диких зверей. Брошенные дети, которые могли замереть и замолчать, выживали. Это и передалось по каналам эволюции нам как механизм выживания.

«Кстати сказать, в 8 случаях из 10 я даже понятия не имела, на что она обижалась или почему она злилась, ведь она никогда не объясняла, что можно, а что нельзя. Я словно с завязанными глазами на ощупь шла по жизни и училась быть хорошей девочкой методом проб и ошибок. За мелкие ошибки мать наказывала меня оскорблениями, а за ошибки покрупнее объявляла мне бойкот длиною от одного дня до месяца.

Голос она повышала редко. Хотя в моменты, когда она срывалась на крик, мне становилось очень страшно и я хотела провалиться сквозь землю. Но чаще всего она просто шипела на меня злым голосом: “Ты дефективная”. Еще она любила повторять, что я бестолочь, мерзавка, скотина, эгоистка, неблагодарная дрянь и ее любимое: “Да что-о-о это такое! Зла не хватает!” Эти слова часто были последними, что я слышала перед бойкотом.

Мать почти никогда меня не била, до синяков во всяком случае дело не доходило. В исключительных случаях мне прилетали пощечины. А так из физических наказаний было в основном дерганье за руку и толчки. Еще мать несколько раз швыряла в меня предметы. Например, когда мне было 7 лет, она бросила в меня огромный старый стул, который с грохотом упал в 5 сантиметрах от меня и поверг меня в состояние шока. А еще как-то она бросила в меня сырую котлету так, что та попала мне в лицо. Но больше всего она любила хлопать дверью. Со всей дури, так, что штукатурка с потолка сыпалась. И главное – молча, лишь только яростно сверкнув глазами. Это также был один из излюбленных ею способов объявления бойкота.

Часто перед объявлением бойкота она говорила мне злым голосом: “Иди к себе и подумай о своем плохом поведении!” А я чувствовала себя тупой, потому что никак не могла понять, что такого плохого я сделала. И, даже простив меня, она никогда не объясняла, почему она изначально злилась.

Бойкот предварялся запугиванием – швыряния, хлопанье дверью, сверкание глазами. Это все для того, чтобы внушить вину, показать, что она виновата и не просто так с ней не разговаривают. На это есть веская причина. Мать хочет, чтобы девочка посильнее страдала, поглубже осознала свою никчемность и греховность.

А бойкотила она меня жестко и часто. Моя жизнь была похожа на жизнь в колонии строгого режима. Шаг вправо, шаг влево – бойкот. В те дни, когда я была “виноватой” и мать со мной не разговаривала, она общалась со мной командами: “Елена, иди ешь!”, “Елена, пора спать”, “Елена, просыпайся!”, “Елена, иди учи уроки!”, “Елена, иди домой!” Надо ли говорить, что с тех пор я просто ненавижу свое полное имя».

Когда мать общается командами «иди туда», «не делай то» – это тоже вариант бойкота, и Елена правильно это понимает. Здесь контакта нет, нет общения, нет любви, которая нужна ребенку как воздух. От мамы веет холодом и неприступностью тюремного надзирателя. Мать не спрашивает, не отвечает на вопросы, не смотрит, не улыбается, не проводит вместе время, а только кормит и следит за режимом.

С виду может казаться, что мать выполняет свои обязанности по заботе о ребенке, ведь у дочки все есть: накормлена, в школу отправлена, уроки сделаны, спать положена. Но каждый бойкот – это маленькая смерть. Это наносит тяжелую травму.

Прощение

«Прощение наступало без предупреждения и без объяснений, иногда на следующий день, иногда через неделю, иногда через месяц. Просто в одно прекрасное утро мама, улыбаясь, заходила в мою комнату и ласково говорила: “Солнышко, пора вставать! Завтрак уже на столе. Иди умывайся и кушай, а я пока постель заправлю”. Я просто не верила своему счастью. Мама меня простила! Жизнь продолжается!»

Мама непредсказуема: то наказывает, то прощает. Почему она наказала, почему простила, Лена не понимала. Никаких объяснений, никаких ориентиров. Лена не знает, как надо себя вести, что можно, что нельзя. Надо читать мамины мысли, угадывать ее настроение. В такой непредсказуемой и неконтролируемой ситуации ребенок живет в постоянной тревоге. Дети, испытывающие непредсказуемый и неконтролируемый стресс, впоследствии страдают от депрессии, тревожностных расстройств или комплексных посттравматических стрессовых расстройств.

Ребенок дезориентирован: «мама здесь или не здесь? могу я рассчитывать на нее, могу я ей доверять?» Впоследствии это мешает устанавливать доверительные отношения с близкими. Появляется желание вцепиться в человека и не отпускать, потому что в любой момент он может исчезнуть, как это делала мама. Или, наоборот, возникает нежелание никого подпускать к себе близко, чтобы не переживать боль отвержения. Игнорирование в детстве – причина многих проблем в отношениях, в крайних случаях – причина расстройства личности. Чаще всего это пограничное расстройство личности, центральным симптомом которого является страх отвержения.

Окружающие

«Сейчас я понимаю, что мать воспитывала меня для окружающих. Я была ей нужна исключительно для поддержания статуса в кругу соседей и друзей. Она хотела иметь воспитанную, беспроблемную отличницу, которая производила бы хорошее впечатление на других людей. И она делала все, чтобы я этому соответствовала. Например, если она хотела, чтобы я при других людях молчала, то резко, но незаметно дергала меня за руку или сильно сжимала мне пальцы. В гостях и дома, когда у нас были гости, она всегда держала меня за руку под столом, чтобы в случае чего всегда можно было ее как следует сжать.

Поэтому я, опасаясь болезненных последствий, вела себя по принципу “молчи, за умную сойдешь”. И у меня это хорошо получалось. Знакомые родителей действительно считали меня умной».

Мать заботилась только о своем образе великой матери, а чувства ребенка ей были неинтересны. Она боялась осуждения и затыкала Елене рот в присутствии людей. Этим она ограждала дочь от общения с другими, чтобы не только она одна ее игнорировала, но и другие тоже. Тираны для лучшего управления жертвами создают стену, отделяющую их от тех, кто может спасти и помочь, изолируют от окружающего мира.

Мать дергала Лену за руку, как будто дергала за короткий поводок непослушную собаку. Когда гости приходили, она сжимала руку, чтобы не выглядеть критикующей мамашей и производить хорошее впечатление. Такой же короткий поводок использовала мать из знаменитой истории про Джипси Роуз Бланчард, описанной в документальном фильме «Мертвая мамуля» (Mommy Dead and Dearest, 2017, реж. Эрин Ли Карр). Мать искалечила эту девочку, объявила ее неходячей больной и постоянно собирала деньги на лечение дочери. Девочка перенесла несколько ненужных и очень болезненных операций. Мать на публике постоянно держала Джипси за руку по той же самой причине, что и мать Елены, чтобы, не дай бог, дочка не сболтнула лишнего. Джипси была под постоянным контролем 24 часа в сутки, мать неустанно следила за ней и никуда не отпускала. Когда Джипси подросла, она сбежала из материнской тюрьмы и сейчас отбывает наказание в настоящей тюрьме за убийство матери.

«Но гостей я любила, потому что часто они становились моими спасителями. Ведь когда к нам приходили, бойкот автоматически прекращался и не возобновлялся после их ухода.

На улице мать тоже всегда держала меня за руку. Если я говорила что-то, что ей было неприятно, то она резко отшвыривала мою руку, ускоряла шаг и одна уходила домой, оставляя меня в недоумении позади. Я медленно плелась домой, зная, что меня снова ждет бойкот».

Мамина рука для Лены имеет несколько функций. Это и единственная связь с мамой, и рычаг управления, и метод наказания. При людях сжимание руки – это условный сигнал: «молчи, ни с кем не общайся». А без людей рука – это рычаг контроля и отсутствие свободы. Когда мать отшвыривает руку, то рука становится длинным поводком. Это сигнал – «ты в немилости, теперь бойкот». Это самое сильное наказание, словно жизнь останавливается. «Пошла вон, ты мне не нужна, я даже контролировать тебя не хочу». Лена теряет опору, теряет связь с матерью, а значит, и с миром, потому что всего остального мира больше не существует. Мать изолировала ее от этого мира.

Роль отца

«В детстве я часто задумывалась, почему отец никогда не вмешивался в “воспитательные меры” матери и никогда не спасал меня от ее “игр в молчанку”, он тоже молчал. Поначалу я думала, что он тоже боялся, ведь его она бойкотила не менее часто. Но сейчас я понимаю, что ему просто было пофиг. А возможно, он даже и не замечал изменений атмосферы в семье. Кстати, когда мать бойкотила его, то меня использовали в качестве посредника: “Иди передай отцу…”, “Иди скажи матери…” Иногда это длилось неделями».

Когда родители ребенка используют как медиатора, то он несет ответственность за обоих взрослых, и он себя чувствует виноватым перед ними. Это огромный груз, который ребенку не по силам. Это совершенно не детская функция – передавать сообщения – и неправильная практика.

Выясняется, что мать наказывала бойкотами не только дочь, но и мужа. Но молчаливый папа не спасает ребенка от бойкота матери, а тоже молчит. Он, как маленький ребенок, хочет сам избежать наказания и подставляет другого ребенка. Когда мать бойкотировала Лену, то это было временем передышки для отца. Ему спокойнее, когда мать игнорирует дочку, а не его. Такие родители не выполняют свою родительскую функцию по защите ребенка, а, наоборот, используют детей как живой щит, спасающий их от тирана.

Отец себя ведет так же, как в предыдущей истории вела Алина: морально отстраняется, чтобы оправдать себя и свое бездействие. Он сам себе говорит, что это нормально, Лена сама виновата. Обычно матери-тиранки требуют поддержки отца в воспитании детей: «Мы должны придерживаться одной линии в воспитании». Это отцу очень на руку и помогает решить моральную дилемму, дает оправдание, почему он не вмешивается, не поддерживает дочь. Ведь родители должны быть заодно! Он утешает себя мыслью, что это воспитание, и оно пойдет только на пользу ребенку. Так мать-тиранка лишает ребенка даже поддержки отца. По моим наблюдениям, очень мало отцов вмешиваются и защищают своих детей от матерей-нарциссов. Они находятся под полным контролем и управлением жены, не хотят с ней ссориться, сами не хотят переживать бойкот. Я не думаю, что он не замечал изменения атмосферы в доме, он просто эгоистично выигрывал себе перерыв.

Почему бойкот так тяжело воспринимается? Потому, что люди – существа социальные, и, когда их отвергают, они остаются без поддержки. С эволюционной точки зрения, человеку в одиночку не выжить – он обречен. Поэтому бойкот – это социальная смерть. Особенно это сильно действует в коллективистских культурах, где связи в группе очень важны. Мнение окружающих очень сильно влияет на психологическое состояние.

Как мать сама реагирует на игнор?

«Когда я только переехала в Европу, мать как-то незаметно для меня установила правило – я должна была писать ей каждый день, ну или хотя бы звонить в крайнем случае через день, но только в крайнем. И я, будучи послушной девочкой, ежедневно звонила и писала ей. Стоило мне хоть на один день отвлечься и забыть предоставить ей порцию новостей, как уже к вечеру она начинала обрывать телефон. А если он, о ужас, оказывался разряжен, то мне прилетали следующие имэйл-сообщения:

“Леночка, почему ты сбрасываешь звонки? Не пишешь, не отвечаешь. Я тебя чем-то обидела? Если тебе плохо, не хочешь писать, разговаривать со мной, просто напиши, что не хочешь этого делать, чтобы я не нервничала и не волновалась. У меня тоже есть проблемы, но я же на тебя это не выплескиваю! Пожалуйста, не делай мне еще больнее”.

“Леночка, если я тебя чем-то обидела – извини! Но только не молчи! Я схожу с ума, места не нахожу из-за твоего молчания”.

Но если я несколько дней подряд писала короткие сообщения, она называла их отписками и сетовала, что я совсем забросила мать. Ну да, конечно, у меня ведь муж, собака, сад, работа… матери совсем нет места в моей жизни. Разумеется, я старалась писать ей больше. Со временем мне стало казаться, что я не живу, а круглосуточно работаю ее личным корреспондентом».

Нарциссам нужны внешние впечатления, чужие новости, чужая энергия. Они смотрят вашу жизнь, как фильмы. Для них это пища, которой они наполнят свою пустоту. И теперь понятно, почему мать игнорирует и Лену, и мужа. Она сама страшно боится игнора, видимо, потому, что ее тоже игнорировали в детстве. Бойкот – это ее способ справиться с теми травмами, которые она когда-то пережила сама. Вместо того чтобы вылить свою агрессию по адресу – на свою мать или пойти в терапию, – мать выливает ее на всех остальных самых близких и игнорирует их.

«Однако сама она продолжала бойкотить меня как в детстве, хоть и не так часто. Когда я в 2012 году сообщила ей, что мы с мужем решили завести собаку, ее осуждению не было предела. Какие же мы безответственные, у нас же маленькая двушка, в ней едва ли мы двое помещаемся, а тут еще собака! И потом мы с мужем оба работаем, когда нам с собакой гулять? У нас не будет на нее ни сил, ни времени. Это же издевательство над животным!

Я ответила, что мы уже все обдумали и приняли решение. Тогда мать бросила трубку, не писала и не звонила мне 3 месяца.

Незадолго до этого у меня была затяжная депрессия с попыткой самоубийства, и только благодаря разговорам о собаке я начала приходить в себя. В жизни появился смысл! Я никому бы не позволила лишить меня хвостатого счастья. Поэтому увещевания матери я проигнорировала и завела себе Кэнди.

Когда через 3 месяца мать мне позвонила и в слезах спросила меня, почему я с ней не общаюсь, я даже не знала, что сказать. Потом она как ни в чем не бывало спросила, что у меня нового. И я рассказала ей о собаке. А она тааак за меня обрадовалась! Поздравляла и обо всем расспрашивала, просила прислать ей фотографии, а сама позднее накупила собачьих игрушек и прислала мне огромный пакет».

Это очень характерная черта нарциссов: непоследовательность, обвинение в чужих грехах и забывчивость своих грехов. Сама отвергла Елену, сама же обвинила ее в игноре, а потом прикинулась, что она ничего плохого не делала и вообще всегда была «за» собаку.

И почему она не звонила 3 месяца? Дочка посмела захотеть завести собаку. В своем доме, решив это со своим мужем. Это немыслимо! Не послушала маму, и за это мать наказывает свою взрослую дочь трехмесячным бойкотом. Но Лена не лыком шита, она не стала больше звонить, а сама спокойно стала игнорировать мать в ответ. Того, кто игнорирует, надо лечить теми же таблетками – игнором. И не просто игнором, а еще и отсутствием вины. Ведь цель игнора – заставить вас чувствовать вину. Когда дочь пытается восстановить контакт, то мать упивается страданиями дочери. Это дает ей чувство власти. Когда дочь игнорит, мать-нарцисс начинает страдать: «А что это никто меня не возвращает? Меня забыли, бросили?» Она задыхается без вашей энергии, как без воздуха. Ведь она не получает порции новостей, потока страданий и вины. Она чувствует, что теряет контроль над ситуацией, и сама быстро начинает менять тактику. Не надо заблуждаться, что если мать позвонила и стала радоваться собаке, то она что-то осознала. Это просто способ вернуть контроль. Но Лена не доставила ей такого удовольствия и в конце концов оборвала длинный поводок контроля.

Освобождение

«Обычно количество прожитых лет со дня рождения считают, а я новый отсчет веду с того дня, как прекратила контакт с матерью. Это первые 1,5 года в моей жизни, когда у меня нет депрессии и по-настоящему хочется жить. Мать всегда пыталась меня припугнуть, говоря, что “бог-то все видит!” и что “бог накажет”. И еще она заставляла меня крестик носить. Через неделю, как я прекратила с ней всякий контакт, у меня порвалась золотая цепочка, на которой висел крестик. Причем я ни за что цепочкой не цеплялась, звенья словно сами собой распались. Думаю, что эта цепочка с крестиком была поводком, с помощью которого мать контролировала мои действия. А ее разрыв стал для меня символом освобождения.

Еще я почитала комментарии к вашим видео и усмехнулась – все нарциссы считают себя уникальными и единственными в своем роде, а на деле ведь как под копирку деланные! Не только действуют шаблонно, но и говорят одно и то же. Их на одном заводе делали, их одна мама родила. В том-то и дело, что они не уникальны. Не уникальны они и в своих запугиваниях. Но ребенок не знает ничего другого и принимает это за чистую монету».

Когда вы маленький ребенок и мама запугивает карой божьей, вы ей верите. Это единственный источник информации. И вы боитесь и слушаетесь. Мама запугивает, чтобы ей было легче контролировать вас. Но за ваше непослушание вы получаете не божью кару, а кару матери. Карает не бог, а мама. Мама не бог. Она сама запугана и виновна. Запугивание карой – это скидывание на вас ее собственного страха и вины. Ее запугивали, и теперь она запугивает вас. Она кидает вам горячую картошку, которую некогда кинули ей. Ее рукам горячо, она не может ее держать и передает вам. Ей самой не перенести страха божьей кары, и она нагружает им вас. Не принимайте эту картошку! Отдайте ей ее назад, отдайте ей ее страх и вину. Она взрослая женщина и должна справляться со своими эмоциями сама. Представьте эту картошку и киньте ей обратно со словами: «Это не мое, это твое, и я возвращаю это тебе назад. Это не мой страх, а твой. Это не моя вина, а твоя. То, что ты делала со мной в детстве, это плохо. Ты издевалась над маленьким ребенком, который тебя любил и безоговорочно доверял. Я не хочу быть объектом твоих манипуляций. Забирай себе свое, а мне отдай мое. Мою силу, мое бесстрашие, невинность, свободу и мое право жить мою жить».

Вы освободитесь и увидите, что это были не ваши страхи и вина, а внушенные ею. Мать – это не пророк и не предсказатель, а запуганная, слабая женщина. Вся ее власть была хороша только для маленького беззащитного ребенка, полностью от нее зависимого, но она закончилась. Вы выросли и стали взрослым, уверенным и независимым человеком. Не бойтесь ее. Разрывайте свои цепи, выкидывайте поводок. Выходите на свободу. Нет никакой кары божьей. Есть любовь и поддержка. Бог вас любит. Вас любит и поддерживает жизнь.

Какой смысл ей меня игнорировать?

Токсичная мать продолжает применять игнор даже тогда, когда дети уже взрослые и независимые и когда это может навредить самой матери.

К серии моих видео «Наказание молчанием» Наталья пишет комментарий.

«Ваша серия видео про наказание молчанием, словно с моей мамы списана. Но вот что особенно удивляет: почему она до сих пор это применяет, ведь теперь это она, скорее, зависит от меня, чем я от нее? Ей нужна будет помощь в старости. Какой смысл меня игнорировать? К нарциссам логика не применима. И моя тоже любила бросать на улице, могла на рынке потерять, лет в 6 бросила в незнакомом районе, сама ушла к знакомым чай пить. Обожала тоже дверьми хлопать, греметь посудой, я даже по шуму и шороху, которые она издавала, могла определить ее настроение, жила в постоянном страхе перед ней. А при приходе людей она тут же надевала маску доброй мамочки. И, чтобы справиться с этим всем, я о чем-то мечтала, думала: “вот поступлю в университет, и там все будет хорошо, или уеду от нее далеко”. И еще у меня был воображаемый друг, я с ним разговаривала и могла безопасно всем поделиться. И я в 9–10 лет думала: “как я люблю ночь! Ночью я одна, могу наконец вдохнуть спокойно, это самое счастливое время, жаль только утром опять все начнется”.

И моя мама тоже всегда всех винит, особенно меня. Себя же считает безгрешной, чуть ли не святой. Но в итоге кого она наказала – это саму себя в первую очередь. Теперь ей 60 лет. Муж покончил с собой, карьеры не было; не осталось друзей, даже с родственниками не общается, почти не выходит из квартиры, чуть ли не боготворит кота, любит его больше людей. Сама от себя отвернула меня, единственного позднего ребенка, внуков не хочет. Так что живет в изоляции. И думаю, что где-то в глубине души понимает и помнит все, что натворила. А это самое страшное наказание. Так что нарциссам даже мстить не надо, они сами себе отомстили».

Наталья тоже в период игноров прибегала к диссоциации, уходила в воображаемый мир, разговаривала с воображаемым другом, потому что в реальном мире с мамой контакта не было. И это очень больно. После такого воспитания девушка заработала длительную депрессию, тревожность, зависимое расстройство личности, о чем сообщила в дальнейшей переписке.

Наталья подтверждает мысль Лены, что все нарциссы сделаны по одному лекалу, они не уникальны. Какая же тут логика – морить игнором собственного ребенка, а в итоге остаться в одиночестве, которого она так боится? Логики у таких матерей нет. Они надеются, что та кнопочка, которая срабатывала в детстве, сработает и сейчас. Дочка прибежит и будет добиваться ее внимания, уговаривать и просить прощения. Но все-таки бумеранг срабатывает, и мать получает то, что сама долгие годы создавала. Нарциссические матери остаются в одиночестве и пустоте.

Депрессивная мать

Если мама в депрессии, то она, не желая того, тоже эмоционально отвергает детей. Одна моя клиентка, мама двоих детей, обратилась с проблемой: ее раздражали дети. Они постоянно липнут к ней. Ей кажется, что они, как вампиры, откачивают у нее энергию. Детям 6 и 3 года. Если она занимается своими делами, то они тут же вмешиваются и хотят, чтобы она с ними поиграла или почитала, и это оборачивается ее криками: «Сколько можно! Можете вы дать матери побыть одной?! Как вы мне надоели! Отойдите!»

Дети начинают еще больше капризничать и кричать, а атмосфера в доме становится напряженной. Желание внимания естественно для детей такого возраста. Особенно навязчивы и капризны дети, которых отвергают, которым родители не дают внимания и любви. Дети от эмоционального голода липнут к маме в надежде хоть что-то получить. Пусть даже крик. Это лучше, чем отвержение. Когда родители с раннего возраста любят детей, то дети наполняются, как сосуд, силой жизни. Любовь ребенку нужна, как солнце и вода растению. Когда он наполнен, то ему не нужно постоянное подтверждение маминого присутствия и любви. И лет с 3 дети могут играть самостоятельно, исследовать мир, становятся независимыми, любознательными и смелыми. Такие дети знают, что мама рядом, а если что-то пойдет не так, она ответит на их призыв и поддержит. Они могут спокойно ждать маму с работы, уверены, что мама обязательно придет и ни за что не бросит.

А дети, которых периодически отвергают, отталкивают, живут в постоянной тревоге и страхе отвержения. Пока мама рядом, они липнут, чтобы получить от нее любовь и внимание и заглушить страх.

В терапии с женщиной удалось обнаружить точно такой же сюжет из детства. Ее мама была в депрессии и не была эмоционально доступна и отзывчива. Девочка липла к ней, чтобы получить внимание. Ей казалось, что мама где-то в другом месте, а не с ней. А мама точно так же отталкивала ее и говорила почти такие же слова: «Ты вампиреныш, сосешь из меня энергию».

Когда ребенок видит депрессивную мать, он чувствует, что он ее теряет. Мать для него как будто умирает: «Мама исчезает, и я исчезаю», и начинается страх и паника. Девочка залезала на колени к матери, чтобы ее вернуть, чтобы справиться с паникой и почувствовать тепло мамы. Но вместо тепла получала холод, отвержение и обвинение.

Это замкнутый круг. Чем более депрессивна мама, тем у нее меньше сил и тем больше она отталкивает ребенка. А чем больше отталкивает, тем больше липнет ребенок. В итоге мать взрывается и еще сильнее травмирует ребенка.

Последствия для развития ребенка могут быть подобны тем, какие бывают со специально отвергающей матерью. Механизм один и тот же – чувство брошенности, страх смерти. Хотя депрессивная мать делает это неспециально, результат такой же. Исследования показывают, что ребенок матери с послеродовой депрессией с большей вероятностью будет страдать депрессией в подростковом возрасте.

И я это пишу не для того, чтобы обвинить депрессивных матерей, они себя и так во всем обвиняют. А для того, чтобы и они, и дети знали, что выход есть. И тем и другим надо работать с травмой отвержения в детстве. Лучше всего это делать в терапии со специалистом.

Круг отвержения повторяется из поколения в поколение. Многие женщины военного времени и 1990-х заледенели от горя, от груза ответственности перед детьми, которых надо было растить одной. Они отвергали детей, дети выросли недолюбленными и стали отвергать своих детей. Кто-то должен это прекратить? Именно вы, читатели этой книги, и можете прекратить круг отвержения и сможете стать любящими, эмоционально доступными и отзывчивыми родителями. Смотрите на моем YouTube-канале плейлист «Привязанность и отвержение», где вы найдете рекомендации по работе с травмой отвержения.

Мать отворачивалась от меня с омерзением

Что происходит с ребенком, когда мать чувствует к нему отвращение? Вот что пишет девушка, испытавшая отвращение матери:

«В подростковом возрасте у меня были прыщи, которые даже не могла замазать. Маму воротило от моего внешнего вида, а когда я просила о помощи, просила отвести меня в 14 лет к косметологу, то получала ответ: “Я буду тебя по косметологам водить, а ты дальше будешь ковырять свое лицо и замазывать!” Это при том, что ни разу она даже не попыталась решить эту проблему, просто отворачивалась с омерзением на лице и повторяла: “У меня, слава богу, было не так”. Я стояла как оплеванная в тех ситуациях и не могла ответить. И по жизни замечаю, что боюсь со своим телом какие-то манипуляции производить, мне это было строго-настрого запрещено, даже к парикмахеру не водили, мама на мне тренировалась по книжке стричь, не имея даже представления о парикмахерском деле. Думаю, не стоит объяснять, что в свои 17 лет я выглядела весьма странно, как горшок на голову надела.

Та же история с одеждой. Пытается это продолжать до сих пор (мне уже 34!). Причем раньше, в моей юности, она наряжала меня в теткинские вещи или свои старые, которые носила в молодости, и приговаривала: “Я эту юбку носила, когда тобой беременная ходила, а ты в 3-й класс ее носишь”. Когда что-то покупалось, то обязательно на несколько размеров больше. Я с удивлением в 21 год узнала, что мой размер 42, а не 46, как мне всегда доказывала мама (и я верила, мама лучше знает). Куртку в школе я носила размера XL. Недавно раскопала ее на чердаке, примерила и утонула – крайне уродливо сидит, сплошь неприятные эмоции вызывает.

Оставила ее маме с собакой гулять, а она стала жаловаться, мол, как ты ее носила, она сейчас даже мне большая и тяжелая. Но я прекрасно помню с каким скандалом и криками ту куртку покупали: “Ты будешь носить, что сказали, пока ты живешь здесь!” Я плакала неделю, стыдно в ней в школу было ходить. Так же и с обувью 39 размера, когда у меня сейчас-то 37 (ага, видимо, нога “усохла”).

Зато мама всегда старалась сама одеться стильно и по фигуре, даже когда была полновата. Сейчас ситуация изменилась. После операции она резко похудела, стала носить 40 размер одежды и сейчас, поправившись обратно, отдает мне эти вещи под предлогом пристроить кому-нибудь и требует примерить! Я отказываюсь, говорю, что такое не ношу, она обижается и потом может сказать: “Видишь, какая мама была стройная, а тебе мало”. Это при том, что я свой 42 размер держу всю жизнь стабильно».

Мама искажает восприятие дочки о собственном теле. Зачем? Она делает мини-копию себя, только более уродливую, чтобы потом на ее фоне подчеркивать свою красоту. Дает ей мешковатую одежду и потом упрекает за лишний вес. Такое впечатление, что мать надеялась, что девочка разрастется до размеров одежды и никогда не будет конкуренткой матери в красоте.

Психологическая причина прыщей часто скрывается в неприятии своей внешности, себя как личности, неприятии своего тела. Возможно, мать, как это часто делают люди с чертами темной триады (нарциссизм, макиавеллизм и психопатия), проявляла отвращение еще с детства, а в подростковом возрасте это проявилось в прыщах.

Подростки, помимо гормональной перестройки, переживают серьезные изменения в восприятии образа тела. И здесь родители должны помочь пережить кризис собственной идентичности. Мама не только не поддерживает, но еще и усиливает неприятие дочкой своей внешности.

То, что ваши родители чувствуют к вам в детстве, вы потом начинаете чувствовать сами к себе. Эта функция интериоризируется и становится вашей собственной. Мать смотрит на девочку-подростка как на какую-то жабу или гадюку – и ребенок начинает точно так же смотреть на себя. Мамина реакция передается ребенку.

К чему это приводит в дальнейшем развитии? В лучшем случае это низкая самооценка, проблемы в общении с противоположным полом, неприятие себя. А в худшем – это дисморфофобия (искаженный образ тела) и деперсонализация (тяжелая форма диссоциативного расстройства, отчуждение от себя, от своей личности и даже от своего тела). Когда при этом человек не чувствует себя собой, может смотреть в зеркало и не видеть себя как целостного человека, не видит лицо, а только отдельные детали или другие образы вместо себя. Иногда появляется ощущение, что внутри тела кто-то другой. Такие люди не понимают, кто они, что они любят и что не любят, что они хотят, какие у них цели.

У многих моих клиентов с деперсонализацией нарциссическая мать точно так же активно выражала к ним отвращение. И в терапии мы, как следователи, начинаем искать механизм деперсонализации и ее начало. Клиенты очень понятно объясняют это с помощью символов. Мать своим отвращением как бы выгоняет дочку из своего тела и сама там хозяйничает, уселась посередине и заняла все внутреннее пространство, заполнила собой все тело. Мать-самозванка уселась на троне в чужом королевстве, девочка не в центре своего пространства, а где-то сбоку, на приступочке, в дальней комнате для рабов. И служит только блеклым фоном для мамы. Такие образы появляются у многих клиенток при работе над отвращением матери.

Мать проявляет отвращение к дочери, но это ее отвращение к самой себе. Это ее проекция своих качеств на девочку. Ей мерзко с самой собой, и она сливает это на дочку, чтобы внутри стало легче и чище, а сама мать при этом считает тело дочери своей территорией, своей собственностью, с которой она может делать все, что хочет, и использовать, как хочет. Она может забирать ресурсы дочери себе, оставляя ей лишь прыщи и уродливую одежду. То есть мать сливает в нее грязь, а себе забирает ее красоту, энергию и молодость. Мать хорошеет и здоровеет, а дочь покрывается прыщами, болеет и дурнеет.

Обращаюсь к дочерям: возвращайте себе свою территорию, становитесь хозяйками своего тела, своей психики, своего пространства. Садитесь сами на трон в своем королевстве. Примите себя и поверьте, что вы имеете право на свое тело и свою жизнь. Ваше тело дано вам для вашей жизни, для выполнения высшего предназначения, а не для того, чтобы быть рабой матери. Вы красивы и молоды, и никто не имеет права забирать это у вас.

Почему важно принимать свою внешность? Физический образ тела – это основа самооценки, над которым надстраиваются все остальные оценки себя. Ваша оценка своего физического «я» – это первое, с чем вы рождаетесь. И когда мать с рождения чувствует к вам отвращение, то она лишает вас фундамента самооценки.

Возвращайтесь в свое тело и живите как в своем собственном. Живите с комфортом. Эта королева не должна сидеть на троне в вашем королевстве.

Как можно справиться с отвращением к себе? Оцените отвращение к себе по 10-балльной системе. Вспомните все фразы отвращения, которые говорила мать по поводу вашей внешности и личности. Ее выражение лица, ее жесты, позу. Запишите все это. Простучите все эти слова. Используйте технику эмоциональной свободы, которую можно найти на моем YouTube-канале в плейлисте «Техники самопомощи». Вы освободитесь от заряда отвращения матери к вам.

Сделайте упражнение «Возьми свое, отдай мое». Представьте ее отвращение в виде грязи, которой она вас запачкала, мысленно слейте это в ведро и отдайте его матери со словами: «Это твое отвращение к себе, это не мое». Возьмите у нее свое принятие себя, любовь к себе в виде какого-нибудь образа. Например, цветка, солнца или чистой воды. Верните себе свою чистоту и красоту. Подробнее о том, как полюбить себя, можно посмотреть в плейлисте «Любовь к себе».

И тогда вы оцените себя, поймете, что вы достойны любви, имеете право на свою жизнь. Вы вернетесь на свой трон в своем королевстве.

У мамы глаза блестящие, как у игрушки

Есть матери, которые отвергали своих детей в воспитательных целях. Вот что пишет Анжела:

«Мама игнорировала мой плач. Это было до 3 лет. Я ору, а она сидит, что-то делает руками, может, шьет… И смотрит. Глаза у нее блестящие, как у игрушки. Страшно и непонятно. “Где мама? Это не мама. Кто это?”… И это было не наказание, а просто чтобы ребенок не орал вечно, в том смысле, чтобы понимал, что лучше молчать. Когда я подросла, она мне об этом рассказывала: как я смешно плакала и постепенно умолкала от усталости. Это смешно было, надо было смеяться».

Некоторые матери прочитали книги по оперантному научению, где говорят, что не надо подкреплять плач ребенка. Когда вы бежите и его успокаиваете, то он будет плакать больше. Подкрепляемое поведение продолжается и прогрессирует. Действительно, этот феномен подробно объясняется в поведенческой психологии.

Но плач для младенца – единственный способ привлечения внимания. Они не знают, как объяснить маме, что им плохо, так они зовут маму. Если вы не берете младенца, когда он плачет, он действительно может перестать плакать. Это случается с детьми в детском доме, где много детей и мало воспитателей. Они перестают плакать и звать на помощь. Но если детей не брать на руки, у них не будет чувства безопасности, уверенности, контроля, не будет безопасной привязанности. Безопасная привязанность – это основа гармоничного развития. У детей, которых брали на руки, когда они плакали, отзывались на их зов и учитывали их потребности, развивается доверие к миру и уверенность: «мама со мной, я в порядке, я хороший». Много исследований показывают, что безопасная привязанность обеспечивает хороший контроль над поведением, позитивное настроение, развитие речи, коммуникативные навыки. Такие дети лучше учатся и общаются с другими.

Если мать неотзывчивая и не подходит к плачущему младенцу, то привязанность становится тревожно-избегающей. Отношение к себе будет как к ничего не значащему, недостойному внимания: «Меня никто не слышит и никто не видит. Я плохой ребенок». Такие дети, вырастая, не могут доверять окружающим, не могут создать теплые доверительные отношения. Депрессия, тревожность, психологические расстройства личности – это лишь небольшой список психологических расстройств в будущем.

Но мама Анжелы еще и радуется, когда ребенок плачет, смеется над этим. Ей нравится видеть страдания дочки. Это бытовой садизм. Мама со стеклянными глазами, смеющаяся над плачущим ребенком, – это ужас, летящий на крыльях ночи.

Я холодная мать

Дочери холодных матерей часто сами становятся холодными матерями и не знают, как избавиться от своей холодности. Мне задали вопрос на моем YouTube-канале.

«Татьяна, а как заполнить пустоту, которая может появиться в любое время, и ты не можешь обращать внимание на детей физически и морально, энергии нет, охота быть одной и чтоб никто с тобой не разговаривал, и ты сам тоже? Вчера буквально было такое состояние: сын бегает и так и эдак, чтоб привлечь мое внимание, я внутри себя хочу обратить внимание, хочу посмотреть на него, обнять, поиграть, но не могу себя заставить, как будто энергии нет, и все. Описываю четко, потому что вчера прям вечером было такое состояние. Бедные мои детки. Я с ним одна вечером. Потом их укладываю и в полной тишине плачу, что я плохая мать.

А моя мама-нарцисс с легкостью меня в таком возрасте оставляла одну вечером и уходила. Я не помню именно по вечерам, чтоб она была со мной. Неужели это взаимосвязано? У меня такое состояние всегда вечером бывает. Отца не было и нет. В жизни не видела. Я до сих пор помню эту комнату в общаге, темную, без света, и щели в дверях от света в подъезде. И я сижу одна и плачу. И потом слышу, как она идет дальше. Ничего не помню. Не помню, чтобы она меня приласкала и успокаивала».

То, как вы относитесь к своим детям, связано с тем, как к вам относилась мать. Мама вечером оставляла вас одну. И вы вечером, особенно когда устали, погружаетесь в состояние пустоты и одиночества. Вас мама отвергала, и вы отвергаете детей, хотя и рядом с ними. Это условные реакции.

С точки зрения привязанности Джона Боулби, в первые 2 года жизни вы формируете внутреннюю рабочую модель отношения к себе и людям и характер привязанности. И та привязанность, которая была у вас к маме в детстве, воспроизводится в ваших отношениях с ребенком. Вы неосознанно повторяете это со своими детьми. Если вас мама отталкивала, то и вы автоматически начинаете отталкивать ребенка.

Но выход есть. Когда у вас появляется чувство раздражения к ребенку, хочется оттолкнуть, избавиться от него, когда кажется, что это выше ваших сил, помните – это не ваше отношение к детям, а так относилась к вам ваша мать. Вы отыгрываете чужую историю. Вы не виноваты, что мать так относилась к вам, но вы ответственны за то, чтобы это прекратить. Отвержение, эмоциональный неглект[5] – это насилие. Вы можете проработать эти чувства и не причинять вред вашим детям. Я рекомендую применять технику эмоциональной свободы, или простукивание, примеры и объяснение этой техники можно найти на моем YouTube-канале в плейлисте «Техники самопомощи».

Как только вечером появляется чувство пустоты, отторжение, раздражение к детям, оцените его по шкале от 0 до 10 и применяйте технику эмоциональной свободы, простукивайте. Этим вы удалите негативный эмоциональный заряд, который заставляет вас так себя вести по отношению к детям. Можно использовать такие фразы: «Как они мне надоели, у меня нет сил, нет энергии. Что они от меня хотят? Меня это раздражает, меня это бесит». Или так: «У меня пустота внутри, и я не могу ничего дать детям, они меня вампирят, они выкачивают мою энергию».

Вспоминайте себя в детстве, как мама раздражается, отвергает, игнорирует, а вы ее ждете, чувствуете обиду, ненужность, никчемность. Простукивайте и проговаривайте все мамины слова в этот момент, все свои детские чувства, ощущения в теле, свое поведение (например: «Я сижу и плачу»). Добавляйте, что это было вечером, чтобы чувство пустоты не накатывало по вечерам. Простучите также чувство вины за то, что вы плохая мать. Оно не помогает вам быть с детьми, а, наоборот, отягощает ношу, препятствует изменениям.

После снятия излишней эмоциональности опять вернитесь к своим чувствам, к ситуации, когда вы общаетесь со своими детьми: «Вечером у меня нет энергии, я чувствую пустоту и одиночество, мне нечего дать своим детям». Обычно раздражение становится меньше. Когда вы отработаете чувство пустоты, одиночество, раздражение на детей и свою обиду на мать, ваша реакция на детей изменится, ваша пустота заменится любовью к детям.

Недавно одна из слушательниц задала вопрос: «Как перестать раздражаться на ребенка?» И я ей дала такой же совет – прорабатывать свое раздражение. На следующий день у нее появилась любовь к ребенку: «Это чудо какое-то, как это так?»

Все просто. Вы воспроизводите материнскую привязанность, ее рабочую модель отношения к себе и к другим. Когда вы удалите негативный заряд из обеих ролей – и матери, и ребенка, – модель начнет меняться.

Делайте это не 1 раз, а в течение 3–6 месяцев каждый день от 15 минут до 1 часа (но не больше), пока не получите результат. Потом переключитесь на что-то позитивное. Когда заряд удален, перепишите сценарий своего детства, представьте, как мама вас любила и по вечерам была с вами. Наполняя себя любовью в детстве, вы заполняете свою пустоту.

Если при проработке детских ситуаций ваша реакция не изменится, а, еще хуже, будут обострения и навалится острое чувство одиночества и ненужности, то в этом случае я рекомендую обратиться к психологу. Но текущее раздражение на детей можно простукивать в любом случае, и оно постепенно станет меньше.

Функциональная мать

Бывают такие мамы, которые хотят эмоционально близких отношений с ребенком, но не знают, как это сделать. Вот что говорит моя клиентка Антонина:

«Я функциональная мать, я все делаю, что должна мать для сына. Я хорошо выполняю свои материнские функции. Я все время в тревоге, правильно ли я воспитываю, все ли я делаю как положено. Если не знаю, что делать, я возьму книжку по психологии, сделаю, как говорится там, и успокоюсь на время. А так все время в страхе: “А вдруг я ему что-то недодала?” Я организую жизнь ребенка, он одет, обут, накормлен. Я сводила его на спорт, в школу. Как будто там ему что-то дадут, что не могу дать я. Я с ним, но меня с ним нет. Я не знаю, как быть с ребенком, как играть, как общаться. И все время недовольство собой. В детстве я и сама-то ребенком не была. Мама караулила любовниц папы. Папа предал ее, и мама его просто избегала. И со мной она никогда не была».

Мама Антонины не была эмоционально отзывчивой и доступной. Она была в своем горе из-за предательства мужа. Антонина не знает, как установить эмоциональный контакт с сыном. Она с ним, но что-то здесь не встроено. Душевности нет. У нее нет опыта, нет образца поведения, ее не научили быть в контакте с близкими. Ей не дали любви, ее не наполнили. Она не может дать сыну то, что не дали ей.

И что можно сделать Антонине? Как преодолеть бездушную функциональность?

Во-первых, похвалить себя. Антонина старается быть хорошей мамой. Она молодец, что удовлетворяет базовые потребности ребенка. Ведь есть матери, которые не заботятся о детях, а избивают и унижают. Примите эти хорошие стороны себя как матери. Хорошо, что вы осознаете свои проблемы и ищете пути их решения. Ведь есть матери, которые не видят никакой проблемы. Правильно поставленная цель определяет успех.

Во-вторых, надо проработать эту душевную боль, боль отвержения, удалить эмоциональный заряд. Лучше всего это делать в терапии детской травмы.

В-третьих, переписать свой жизненный сценарий, начиная с самого детства именно в таком порядке: сначала удаление заряда обиды, страха, вины и других негативных чувств, затем проработка боли.

В сценарии перепишите все те ситуации, когда мама была рядом, но ее не было эмоционально, на такие, как бы вам хотелось. Нужно указать конкретные ситуации, без обобщений: «Моя мама была теплая и любящая». Ситуацию, в которой мама была холодная и не обращала на вас внимания, измените на такую, в которой мама была эмоционально вовлеченная, видела и слышала вас. Мама играет с вами, вы вместе готовите, смотрите фильмы или сажаете цветы. Мама улыбается и смотрит с любовью, ей в вас все нравится. Она разговаривает, спрашивает, что вы думаете, что чувствуете, хвалит вас. Это ласковая мама. У нее есть на вас время. Мама вас одобряет за то, что вы помогаете, а не критикует: «Ты все правильно делаешь».

Если вы свою реальную маму не можете увидеть в этой роли, то можно представить себе маму-героиню фильма, маму своих друзей, выдумать самостоятельно или вообразить себя в роли своей мамы. Станьте себе мамой, отогрейте, приласкайте себя, маленького ребенка, дайте себе то, что вам не дали в детстве.

Запишите каждую историю как рассказ. И читайте его месяц или два. Посмотрите на моем YouTube-канале в плейлисте «Техники самопомощи» серию видео «Метод переписывания сценария». Когда вы перепишите свой сценарий детства, у вас будет модель теплых отношений с родителями и вы сможете дать это тепло ребенку.

Глава 4

Нежеланный ребенок

Есть матери, которые не хотят детей изначально. И когда они случайно беременеют, то пытаются избавиться от ребенка или мстят ему за то, что родился. Обвиняют, упрекают, внушают вину, страх, то есть вымещают всю злость на ребенке. Здесь вы найдете истории нежеланных детей.

Чувство вины за то, что родилась

«У меня глубинное чувство вины перед матерью за то, что я родилась. Хроническое с детства. Я ей вечно мешала, делала все не то и не так, злила ее. Мне хотелось исчезнуть куда-нибудь, не отсвечивать. Фоновое чувство тревоги, не знаешь, за что и когда будет орать и обвинять: “Если бы можно было, я бы ни одну из вас не родила, – нас три девочки. – Надо было в колыбели еще придушить”».

У нежеланных детей вина за свое рождение появляется очень рано. Некоторые осознают, другие не осознают, но почти у всех оно есть. Мать воспринимает рождение ребенка как атаку на себя и перекладывает ответственность за свой выбор на ребенка. Такие матери внедряют в психику ребенка программу самонаказания и самоуничтожения. Их слова и действия показывают, что жизнь ребенка не имеет смысла, он родился случайно, никто его не ждал и он никому не нужен, он недостоин любви, недостоин даже жизни. Никто бы не пожалел о нем, если бы его не стало.

Такая травма еще более тяжелая, чем эмоциональный холод от отстраненности матери, это экзистенциальная травма. Она ставит под сомнение само существование, саму жизнь. Люди чувствуют вину перед матерью и начинают неосознанно уничтожать себя: появляются депрессия, суицидальные мысли, зависимости от психоактивных веществ, членовредительство. Часто они страдают от аутоиммунных и раковых заболеваний, безденежья, хронических неудач, аварий, катастроф. Это их неосознанная попытка наказать себя за то, что родились и доставили столько неудобств маме.

Я неудачный проект и несделанный аборт

Это история – типичный пример того, как мать обращается с нежеланной дочерью в детстве.

«Мать меня загружала работой по дому и даче, внушала, что она родила себе помощницу, неважно было, что мне мало лет и что я должна заботиться о ней и о младшем брате (попутно получая наказания за его ошибки и пакости, он был материн любимчик). Я в возрасте 4–5 лет осознала, что она меня не любит и я ее не люблю и боюсь.

В какой-то день мне прочитали сказку про золушку, а она стала смеяться с того, что я сказала родне, что я золушка, а она моя мачеха, так как мать вечно звала меня подкидышем и говорила, что я не ее дочь, что меня в роддоме подкинули, у нее не может быть такой плохой дочери. Потом, когда я плакала, она называла меня пепелюшкой и золушкой, пытаясь этим унизить. А я правда ощущала себя прислугой. Она могла избить, если, по ее мнению, было плохо убрано или брат напакостил. Мать мне звонила с работы и заказывала обеды, чтобы я готовила. Я убирала и готовила дома по ее приказам. Я поняла, кто я для нее – прислуга.

Второй случай, когда я поняла, кто я для нее, когда она заболела и каталась по полу от колик в животе, камни у нее были в желчном. Я увидела ее и испугалась, так как я ее боялась, и не стала ничего спрашивать и подходить, убежала на улицу. Я походила на улице в прострации, я не могла успокоиться, я была обеспокоена тем, что с ней происходило, было страшно и тревожно. Позже она пришла в себя и выдала мне дома: “Моя дочь – тварь, бросила умирающую мать и не спасла ее! Ты не вызвала мне скорую и не подошла даже! Ты эгоистичная скотина! Думаешь только о своих гульках, а я умираю!” Это было так противно от нее слышать, я ощутила груз вины за то, что я такая бездушная тварь.

Третий случай добил меня. В первые месячные. Мне было очень плохо, болел живот и тошнило. А она узнала о месячных и принесла противный торт из безе и масла, который она хотела. Мать устроила “праздник”, на котором при отце назвала меня взрослой бабой и начала рассказывать о том, что она бы выдала меня замуж, если бы законы позволяли. Меня обсуждали как товар, который пора сдать новому хозяину, что я лишний рот и, раз я взрослая баба, надо бы думать, как от меня избавиться поскорее.

Потом началась дикая ревность к отцу, которую мать объясняла тем, что “ты уже девка, а не ребенок, вдруг мужик позарится”. Мать вела себя со мной словно я чужая тетка, живущая у нее в доме и пытающаяся у нее мужа увести, несла опошленный бред.

В итоге – низкая самооценка, чувство вины и куча болячек из-за вины за ненависть к матери и жалкие попытки подавить злость. Я часто обращала гнев на себя, так как гнев нужно было куда-то деть. Наносила себе разные физически повреждения. Чем я старше становилась, тем больше она издевалась, доводя меня до истерик, когда в доме никого нет и никто не заступится, без свидетелей. Мать издевалась, говоря родне о моем сумасшествии. Она говорила, что мой суицид будет ее позором, если я осмелюсь покончить с собой, что я позорю ее порезами на теле, вдруг кто увидит.

В 14 лет у меня начался нервный тик. Мать запрещала кому-то жаловаться на нее и в итоге не дала у врача слова сказать, когда притащила меня с нервным тиком. Врачу она говорила о моем безумии и нервности, в итоге мне лишь прописали успокоительный сироп и не помогли ничем. Мать боялась, что я расскажу о ситуации в семье, и меня снова направят к школьному психологу и все узнают, и это позорище такое.

В какой-то день меня тупо отключило от всех эмоций. может, это и называют депрессией? Я часто думала о смерти, пока жила рядом с ней. Я для нее была “несделанный аборт” или “жалко, не сдала в детдом”. Я вижу эту нелюбовь везде. В ее издевках и запретах рисовать и творить, в каждом ее слове, интонации и поведении, в лжи, ее двойных посланиях и двусмысленных комплиментах, даже в подарках, которые она выбирала на свой вкус, и т. д. Все в отношениях с маман было пропитано ее ненавистью и презрением. Я как “неудачный проект”, и чувство своей ненужности и неидеальности преследует по сей день».

Мать не любила девочку, она ее не хотела с самого начала, пыталась сделать аборт. Она относилась к ребенку как к ненужной вещи, от которой невозможно избавиться. И раз уж оставила, то старалась использовать как служанку. Такое отношение приводит к серьезным последствиям: отключенности от чувств, депрессии, суицидным мыслям, членовредительству, болезни.

После того как мать испортила дочке психику, она ведет ее лечиться к неврологу. Психологов такие матери боятся как огня, ребенок может все рассказать. Это типичная черта родителей-тиранов – водить своих истерзанных детей по неврологам и психиатрам, чтобы закормить таблетками и отключить все чувства. Так удобнее – ребенок объявлен больным, родители не виноваты, и можно продолжать издеваться.

Мать ненавидит дочь, мстит за то, что она все-таки родилась и не была сдана в детский дом. А нежеланная дочь часто думает о смерти и наказывает себя. Так работает программа самоуничтожения, внедренная матерью.

Что я с тобой ни делала, а ты прицепилась

Некоторые токсичные матери обвиняют своих нежеланных детей в муках, перенесенных во время беременности, и страданиях при родах. Есть матери, которые говорят, что из-за ребенка не смогли работать или развестись, второй раз выйти замуж. Другие обвиняют детей в том, что те не ценят, что мать не сделала аборт. А есть такие, которые откровенно рассказывают детям в деталях, как пытались от них избавиться. Вот некоторые комментарии, которые пишут слушатели моего канала.

«Мне моя мамаша в детстве как-то сказала, что хотела меня вытравить, пила молоко с йодом, а я так прицепилась и не абортировалась. А я из-за этого родилась с сосудистой патологией на лбу, гемангиомой, и мне много лет надо было бегать по хирургам, чтобы привести свое лицо в нормальный вид. Много болезней у меня из-за всего этого, живу на таблетках. В детстве я была служанкой, девочкой для битья, бесплатной нянькой и репетитором для младшеньких любимиц. Позже мамаша высасывала из меня деньги. Как-то выкрала мой детский фотоальбом и наводила на меня смертные порчи на кладбище».

«Моя мать рассказывала, что беременная мной на ранних стадиях шкаф двигала, ну, и надеялась, что я как-то сама оторвусь и самоизбавлюсь. А я ничего, крепенькая оказалась, удержалась. И такое “хи-хи-хи”. Вот, мол, какая ты молодец – тебя пытались выбросить из утробы, а ты крепко держалась. Типа похвалила. Всегда считала эту историю чем-то положительным для себя (так мне это подавалось), а вот сейчас осознала то, что мне этой историей говорила моя мать — “я тебя хотела убить”.

Я в 28 лет спросила у матери, зачем она меня родила и бабушке бросила. Она ответила: “Ты сама прицепилась! Что я только ни делала, а ты все равно прицепилась и родилась на мою беду”».

Любит ли мать своего ребенка, когда такое говорит? Абсолютно нет. Зачем она это делает? Чтобы внушить чувство долга, а потом манипулировать. То есть ребенок должен быть благодарен за то, что его не убили.

«Прицепилась и не отцепилась» – это обвинение в том, что не умерла, когда ее убивали. Представьте, преступник убивает жертву, она не умирает, и он ее обвиняет: «Вот ты какая негодяйка, не умираешь. Надо умереть быстрее, чтобы я не мучился тут убивать тебя. Какая ты бесчувственная, я стараюсь изо всех сил, а ты такая живучая». Примерно так обвиняет эта мать.

У нарциссов и психопатов есть яркая черта – не брать на себя ответственность за насилие. Они никогда ни в чем не виноваты, а виноваты их жертвы. Убийцы обвиняют жертву, что она шла домой поздно, что она не знала об опасном районе. Маньяк-педофил насилует девочку 10 лет, а на суде говорит: «А зачем она со мной пошла? я же ничего не мог сделать, кроме как ее изнасиловать». Здесь преступники показывают, что поведение жертвы вынудило их совершить преступление.

А мать, обвиняющая выжившего ребенка? Жертва виновата даже в том, что не умерла. «Ты не умираешь, когда тебя убивают, нахалка такая». Такого обвинения даже у убийц нет. Представляете уровень изощренности манипуляций?

Мать, конечно, понимает, что это ее выбор и ее ответственность, но обвиняет ребенка, потому что так легче. А себя выставляет жертвой. Она такая несчастная – к ней ребенок прицепился, видите ли. Еще некоторые матери обвиняют детей: «Зачем ты меня выбрала как свою мать? Я тебя звала?» В этой ситуации есть ощущение, что эта мать находится под влиянием эзотерики. Это потому, что с эзотерической точки зрения дети выбирают своих родителей для прохождения уроков на земле. Ребенок пришел сам, занял ее тело, испортил ей всю жизнь, а мама просто жертва агрессии оккупанта.

Парадокс в том, что многие дети после таких нелепых обвинений (что родилась, что прицепилась) действительно чувствуют вину, чувствуют, что они недостойны жить. И если живут, то должны служить маме верой-правдой всю оставшуюся жизнь. Самое сильное чувство вины и долга именно у нежеланных детей. Они должны компенсировать тот вред, который причинили маме своим рождением, – это то, чего и добивается мать: «Раз уж прицепилась, то отрабатывай». Так делают матери с чертами нарциссизма и психопатии. Нормальная мать, даже если не хотела ребенка сначала, не будет обвинять в том, что вы к ней пришли, прицепились, выжили. Она, наоборот, будет просить прощения, что не хотела рожать, пыталась делать аборт. Она осознает свою ответственность за жизнь и здоровье ребенка.

У психопатов нет ценности чужой жизни, нет морали и нравственности. Обвинения в адрес нежеланных детей типичны, но совершенно бессмысленны. И тем, кто чувствует вину за свое рождение, я хочу сказать: «Вы не виноваты, что родились, что не умерли. Это она забеременела, а теперь заставляет вас расплачиваться за это. Она вас травила внутриутробно, что привело к болезням. Это она вас унижала и эксплуатировала в детстве. Это она говорила ужасные слова, обвиняя вас в том, что вы не хотели умирать. Это не ваша вина и не ваша ответственность, а ее». Отдайте ей назад вину и стыд, а себе возьмите свою невинность и свою силу, которая у вас была еще до рождения и которой она хотела вас лишить. Посмотрите видеоупражнение «Возьми свое, отдай мое» на моем YouTube-канале в плейлисте «Техники самопомощи».

Я поздравляю вас с тем, что вы выстояли. Вам не повезло с матерью, но у вас высокая устойчивость и живучесть. Даже при такой матери вы выжили. И это хорошо, а не плохо. Вы пришли в эту жизнь очень сильными и стойкими. Вы выжили тогда, когда были еще совсем зародышем. Это значит, что у вас сильный дух, вы родились для очень важной цели. У вас нет никаких преград к тому, чтобы стать успешными и преодолеть все препятствия. Сама жизнь любит и поддерживает вас.

Моя мать – героиня, потому что родила меня

Некоторые токсичные матери делают из своего отказа от аборта подвиг. Вот что говорит моя клиентка, у которой комплексное посттравматическое стрессовое расстройство на фоне травмы нежеланного ребенка:

«Моя мать хотела сделать аборт, но ее испугал врач тем, что у нее могут быть проблемы со здоровьем и у нее детей больше не будет. Поэтому она родила меня, как истинная героиня. И намучилась она в родах. Поэтому я должна быть благодарна, что она так великодушна, высокодуховна, что не сделала аборт, не задушила, не сдала в детдом, как детей некоторых алкоголиков. А уж те-то на самом деле любят свою маму. Я тут подумала, получается, что если бы эту ситуацию перевести в юридическую плоскость, то нужно быть благодарным каждому человеку, прохожему, коллеге и т. д., который не убил нас. Как бы убийство человека в логике такой матери – это вполне себе достойный поступок, облегчающий страдания несчастного убийцы.

Я думаю, тут еще такая двойная нить. Во-первых, мать героиня, а во-вторых, ребенок – такое невыносимое существо, что к нему, кроме постоянного желания сдать в детдом, вообще ничего испытывать нельзя».

Мать родила ребенка только из-за страха за свое здоровье, а потом это преподносит как самоотверженность и подвиг ради дочери, подает как героизм, благородство, просто святость. И, конечно же, ее надо до конца своих дней благодарить. В процессе терапии моя клиентка обнаружила установку, мешающую самореализации: «Что бы я ни делала, как бы маме ни служила, мама все равно не будет довольна. Единственный способ угодить маме – это умереть».

Этой девушке с трудом, но все-таки удалось преодолеть последствия травмы нежеланного ребенка, и теперь она самореализовалась. Если у вас есть такая установка, то не отчаивайтесь. Все можно изменить.

Меня мама родила, чтобы удержать мужа

В предыдущей истории мать родила, чтобы избежать проблем со здоровьем, а в этой ситуации, которую описывает мужчина, мать боялась, что от нее уйдет муж, и поэтому родила. В обоих случаях детей не хотели, но родили, чтобы решить свои проблемы.

«Меня с сестрой (мы двойняшки) родили, чтобы удержать мужа, в итоге мы толком ни одному из родителей не были нужны – уже в 3 месяца нас слили бабушке. В детстве, если мы себя плохо вели, мать часто говорила: “Лучше бы вас не рожала”. Могла купить сестре какое-нибудь платьице, смотреть на нее, а потом разочарованно сказать: “Лучше бы я тебя младенцем задушила” и расплакаться. Очень часто рассказывала про беременность, как ей было тяжело, как из-за нас начали крошиться зубы, выпадать волосы, и другие проблемы более интимного характера. А позже, когда я начал жить сам и предпринимал попытки сепарации, мать запугивала: “Учти, дерево без корней умирает”, “Не губи себя, не отдаляйся от родителей”, “Смотри, на коленях приползешь обратно”, “Бог все видит, тебя покарает”. При этом все время вдалбливалась мысль, что я должен приходить к матери и преклонять голову.

Она меня не хотела до моего рождения, и я ей должен. Ребенок еще не родился, а уже ей что-то должен. А где это ему брать – ей неинтересно. Я, например, поступил жестко – почти перестал общаться. И какой я “плохой”, вы себе даже не представляете. И мало того, я еще и “психически нездоровый”, “неадекватный”, “должен идти к психиатру” и всячески “виноватый негодяй”. Я даже шучу иногда: “Ты, что это, хочешь сказать, что я невоспитанный сукин сын?”»

Мать рожать детей не хотела, а в младенчестве хотела задушить. И душит их до сих пор. Она внушает сыну мысли о смерти, если он не будет приползать на коленях и служить ей, потому что дети должны расплачиваться за то, что она их терпела. Мать родила детей, чтобы удержать мужа и не остаться одной, а теперь пытается удержать для этого же детей. Манипулируя мужем, она хотела привязать его с помощью детей. Манипулируя детьми, она привязывает их страхом божьим и чувством долга.

Она требует любви и заботы! А что сын может дать ей сейчас, если ему ничего не дали в детстве? Мать не вложила любовь и заботу, но требует того, чего у него не было и нет. Так матери роют себе яму и остаются в одиночестве в старости. Бумеранг возвращается иногда в самый неприятный момент.

Мама рассказывала о травмах во время родов

Эта история о том, как мать внушает ребенку желание компенсировать ее разрывы в родах.

«Я раньше рассказы матери о тяжелых родах, разрывах лунного сочленения принимала за чистую монету. Мол, не повезло маме в родах-то. Ну, жалко ее было. А сейчас подумала, ведь я тоже, когда рожала своих детей, имела раны. Первый раз – кесарево, второй – разорвалась. Но у меня и мысли не было хотя бы раз по этому поводу постонать или рассказать кому-то, тем более своим детям. Такая радость была от мысли, что у меня теперь есть ребенок, он мой, я его могу любить безраздельно, что я даже не вспоминала про эти “мелочи”. И сейчас меня просто оглушило это сравнение. Моей матери факт нашего с братом появления на свет не перекрыл травм во время родов, она снова и снова рассказывала о них с подтекстом обвинения. Я думала раньше, что у меня просто недостаточно серьезные травмы, не то что у мамы. Но травмы-то точно такие же, как у нее. Получается, что я ей такой урон нанесла своим рождением, что даже мое появление на свет не перекрыло эти страдания. Я недостаточно хороша, чтобы оправдать ее боль. Она такая героиня, столько всего вынесла, когда нас рожала. Поэтому мой долг – хоть как-то компенсировать этот подвиг».

Мама, которая хочет ребенка, любит его еще до рождения и готова пожертвовать многим. Боль при родах и после родов, травмы для нее – это мелочи по сравнению со счастьем иметь ребенка. Она не обвиняет ребенка, а, наоборот, преуменьшает те проблемы, которые сопутствовали его рождению. Она не видит никакого героизма в том, что перенесла боль при родах и после них. Такую боль переносили все женщины мира, рожая детей. Если бы это был подвиг, то рожали бы единицы, только особо смелые женщины, но это не так. У любящей матери есть чувство благодарности судьбе, подарившей ребенка. Дети для нее – это высокая награда, с лихвой перекрывающая все страдания.

Мать, которая делает из себя героиню и подспудно требует компенсации за то, что пострадала в родах, – это мать нелюбящая. Когда вы слушаете свою родительницу, описывающую нанесенный ей урон во время родов, вы чувствуете жалость к маме, вину и долг. «Я виновата, что родилась и причинила боль маме. Я не настолько хороша, чтобы мое появление перекрыло мамины страдания. Я должна расплачиваться всю жизнь». Вы чувствуете себя недостойной маминой любви и пытаетесь угождать ей во всем, чтобы компенсировать ее потери. Но это неконструктивно. Чем больше вы пытаетесь угодить, тем больше она требует.

Надо помнить, что такое чувство вины и неоплатного долга появляется не потому, что вы плохая и недостойная, а потому, что мать внушает вам это с самого рождения. Сравните чувства матери к вам со своими чувствами к детям. Вы чувствуете совсем другое, вы хотите безраздельно любить своих детей, радоваться им, заботиться о них. Вы не выставляете детям счет за свои страдания, а хотите их облегчить и улучшить их жизнь. Вы ставите интересы ребенка выше своих. Этот контраст показывает, чем отличаются желанные дети от нежеланных, любящие матери от нелюбящих. Вы любящая мама, а ваша мама – нарцисс. Только ее персона и чувства важны, и ничьи больше.

Травма нежеланного ребенка

Травма нежеланного ребенка – самая тяжелая травма, потому что она самая ранняя. Чем раньше произошла эта травма, тем сильнее она влияет на жизнь. Особенно это тяжело, если сочетается с отвержением и насилием после рождения, когда вас растит та же мама, что хотела от вас избавиться до рождения. Последствия этого самые разрушительные и труднообъяснимые, ведь не все матери признаются, что хотели избавиться от ребенка. Вот что пишет подписчица моего канала, которая осознала причину своих проблем:

«После отношений с нарциссом случайно нашла ваш канал, посмотрела видео, осознала, что все идет из детства. Мать меня ненавидела еще до моего рождения, хотела аборт делать (сама рассказала). Потом третировала меня всю жизнь, только недавно у меня получилось разорвать с ней связь окончательно. И еще стали накатывать воспоминания… в школе у меня была “подруга”, которая навязывала мне кучу комплексов и ненавидела меня на самом деле. В итоге в школе у меня были тяжелые периоды. Я была жертвой травли в классе. А самое главное – осознание, что модель жертвы у меня идет глубоко из детства и в отношениях повторяется… Я вовлекаюсь в отношения, где меня отвергают».

Травма нежеланного ребенка похожа на травму отвержения, но еще более комплексная, глубокая, глобальная и экзистенциальная. Она захватывает все сферы жизни, потому что мать хотела смерти ребенка. И сценарий отвержения преследует этих детей потом во всех отношениях.

Это проявляется в отношениях с друзьями, учителями, романтическими партнерами. Человек не чувствует себя своим нигде, не может найти себе места, своего дела, самореализации. Его преследуют финансовые проблемы, проблемы со здоровьем.

Часто в терапии, когда мы работаем с темой отвержения, мы выходим на состояние внутриутробного непринятия матерью.

Иногда клиенты «вспоминают» внутриутробное ощущение враждебной среды, чувство страха смерти и даже вины. Мать не хотела ребенка и предпринимала попытки избавиться от него во время беременности. И это плод как-то считывает. Это чувство остается в подсознании. Может быть, вы видели видео, как ведет себя зародыш перед абортом. Он убегает от инструментов, он в панике и ужасе, он все чувствует. Он чувствует приближающуюся смерть. Даже если аборт не был сделан, агрессия матери тоже считывается. Мать злится и обвиняет ребенка. Отсюда и базовое чувство тревоги у детей, которых не желали. Вина за то, что родились. Страх, что могут убить.

Например, одна клиентка, у которой было хроническое чувство одиночества и ненужности и которая постоянно сталкивалась с предательством, была нежеланным ребенком. Ее мать, будучи беременной, пыталась от нее избавиться. Девочка родилась без сознания, но ее удалось спасти. В процессе терапии клиентка, мысленно войдя в свое тело до рождения, почувствовала враждебную агрессивную среду, ненависть матери, ее отвержение. Она там поняла, что жить ей будет гораздо труднее, чем умереть. После рождения она была вялая и не чувствовала тела, а видела себя со стороны. В этот момент появилось чувство радости освобождения, она как будто увидела ангелов и свет, но добрая медсестра послала ей импульс любви и вернула к жизни. Любовь медсестры была тем якорем, который не позволил умереть.

Мать клиентки издевалась над всеми своими детьми и физически, и морально. Однако эту травму удалось проработать, и депрессия, ощущение ненужности ушли. Тот факт, что чувство одиночества, ненужности, отверженности уходит после терапии, заставляет меня предполагать, что эти «воспоминания» были верными.

Некоторые нежеланные дети, даже после удачного усыновления, где были любящие приемные родители, имеют постоянное чувство потерянности, не могут найти свое место в жизни. Они как будто помнят то самое первое отвержение, когда все месяцы внутриутробного развития мать им посылала ненависть и пожелание смерти. Они пришли на эту землю, а им не были рады. Новые родители их любили и искренне заботились, но ощущение ненужности осталось.

Как преодолеть травму нежеланного ребенка

В моей практике есть много успешных случаев излечения от травмы нежеланного ребенка. Те люди, которые планомерно работают над ней, добиваются хороших успехов. Самостоятельно трудно вспомнить самый первый опыт опасности – без помощи специалиста вас может накрыть депрессия, захлестнуть сильные чувства ненужности, никчемности. Поэтому я рекомендую прорабатывать это с психологом, работающим с детской травмой.

Если мать не хотела вас, помните, что это не отменяет ваше право на жизнь. Мать была лишь проводником в жизнь. Ее тело было вашим временным домом. Да, этот дом был не очень гостеприимный, и вам после этого казалось, что мир вас не принимает. Но этот мир гораздо больше, чем нелюбящая мать. Мир не замкнут на матери. Он огромный, прекрасный и многообразный. В детстве вы этого не знали, но теперь-то знаете. Этот мир вас ждал и принял с распростертыми объятиями.

У вас есть право на жизнь. Жизнь – это высшая ценность, и никто не имеет права это у вас отобрать. У вас есть право на свою собственную жизнь. Жизнь – это дар, и вы никому не должны за это. Не надо компенсировать и не надо отрабатывать.

Не надо гоняться за теми, кто вас отвергает. Вы можете выжить и без них. В детстве вы не могли выжить без мамы, потому что от нее зависит жизнь маленького ребенка. Но теперь вы уже взрослый и самостоятельный человек. Вы справитесь. В мире огромное количество людей, которые хотят рядом с собой иметь именно такого человека, как вы. Ваша душа, ваша уникальность и неповторимость очень важны и ценны. Надо настроиться на них, на тех, кто вас любит и принимает. Вспомните людей, которым вы дороги, которые принимали вас и любили. Я уверена, их много. Сфокусируйтесь на них, общайтесь с ними, и вы получите доказательство своего права на жизнь. Теперь вы можете себе создать другой дом, другой мир, более гостеприимный и более дружелюбный. Можете найти свое место в этом мире, свой смысл жизни и своих людей.

Программа самоуничтожения

Иногда травма нежеланного ребенка и связанная с ней программа самоуничтожения проявляется, даже когда мать ничего об этом не говорит. Некоторые матери утверждают, что они ждали ребенка и любят его. А чувство вины за свое рождение присутствует. Почему такое бывает?

«Я очень удивлена, откуда и как появилась у меня эта программа самоуничтожения, но я ее сейчас достаточно часто в себе осознаю. Особенно она включается при установке границ, когда отстаиваешь свое и не позволяешь маме себя задавить. Моя мама демонстрирует более завуалированное давление, но все равно она тут же становится врагом всего, что приносит мне радость и пользу. Не только увлечения и хобби, но даже и лекарства, от которых мне лучше, подвергаются ее критике, она пытается меня убедить не принимать заместительную терапию для щитовидки, от которой я только и чувствую себя нормальным человеком, а не бессильной старухой в 40+ лет.

Ее не устраивает, что мне становится лучше, и она всячески подкусывает меня, чтобы я бросала все, что мне помогает. Даже когда я начала раньше ложиться спать, чтобы высыпаться для здоровья и нервов, первые несколько дней она старалась закатить мне скандал, придраться, наговорить гадостей прямо в момент, когда я ложилась спать, и меня потом трясло несколько часов.

Однако мама рассказывала, что, наоборот, хотела меня. Правда, ждали они мальчика. Или мама как-то сбросила на меня свою программу самоуничтожения – она сама нежеланный ребенок, отец ее не хотел, требовал аборта и даже ушел из семьи, когда она родилась, еле вернули обратно. Не знаю, бывает ли так, что мать сбрасывает на дочь свою программу самоуничтожения?»

Бывает такое, что ребенок был желанным, по словам родителей, но программа самоуничтожения действует. И тут может быть четыре варианта.

Первый вариант. Мать не признается в своих негативных чувствах по отношению к ребенку, намеренно или ненамеренно, то есть попросту вытесняет их, потому что обществом не поощряется не любить и не хотеть ребенка. Но ребенок все равно чувствует. У меня было несколько клиентов, которым мама говорит, что любит и хотела ребенка, но ее действия говорят прямо об обратном, и программа все равно действует. В терапии, возвращаясь в ранние периоды развития, у таких клиентов четкое ощущение, что они нежеланны, и мать вызывает у них страх смерти. Даже если вы не помните по прямой памяти, тело помнит.

Второй вариант. Ребенка ждали, но появился мальчик вместо девочки или девочка вместо мальчика. То есть это непринятие пола ребенка уже после рождения. Ребенка во время беременности любили, но с условиями, что он будет соответствовать ожидаемому полу. Такие девочки могут не принимать свой пол, вести себя как мальчишки в детстве, потому что считывают непринятие их пола родителями. Такие дети могут стать гомосексуалистами или трансгендерами. Крайне редко, но такие случаи встречаются.

Третий вариант – это заимствованные чувства. Мать сама пережила травму нежеланного ребенка и чувствовала свою ненужность. Сама страдала от отвержения матери. Она выросла и хочет относиться по-другому к своему ребенку, но не может, потому что сценарий матери работает помимо ее воли. На уровне мыслей она любит ребенка, но ее реакции на автомате проигрывают материнские (раздражение, неприязнь) и отвергают ребенка, привязанность к младенцу повторяет привязанность ее матери к ней. Она, как правило, мучается и жалеет своих детей, но ничего сделать не может.

Четвертый вариант – это родовая программа. Возможно, мать была нежеланной, но сама искренне желала ребенка, а чувство обиды, отверженности, ненужности от матери передаются дочке. То есть дочка воспроизводит то, что чувствовала ее мать к своей отвергающей матери. Программа передалась через поколение. Это не собственная, а заимствованная от матери программа самоуничтожения. Такую программу тоже можно обнаружить и проработать с психологом.

Приведенный выше пример, как я думаю, соответствует как минимум первому варианту, когда мать не хотела ребенка, но не осознавала этого. Об этом говорят ее действия – она блокирует все, что дает дочке способность жить: увлечения, эмоции и даже лекарства. И неслучайно у девушки программа самоуничтожения появляется в ответ на нарушение матерью ее границ. Но, кроме первого варианта, в этом случае могут быть и другие, и работать надо над всеми.

Что делать матери?

Что если вы такая мать, которая не хотела рожать, пыталась избавиться от ребенка и в дальнейшем наказывала и отвергала его, а теперь мучаетесь этим? Если вы продолжаете винить ребенка, то я ничем не могу помочь. Но если вы осознали, раскаиваетесь и хотите это исправить, вы можете это сделать.

1. Покайтесь перед ребенком, признайте, что это была ваша ответственность в его рождении, а не его. Примите его сейчас со всеми его недостатками. Найдите сейчас в себе любовь.

2. Работайте со своими чувствами вины, раздражения, нежеланием рожать, желанием свалить на него вину, наказать.

Мать и дитя – это живая, меняющаяся система, самая главная и важная, которая влияет на человека всю его жизнь. Вы начало этой системы, вы автор, вы основоположник. И вы можете ее изменить. Работая со своими чувствами, вы измените динамику в диаде «мать и дитя». Вы поможете своему ребенку отменить его программу самоуничтожения, прорабатывая чувство отвержения.

Не опускайте руки, не казните себя, а засучите рукава и работайте. Вы можете освободиться от своей вины, и это освободит вашего ребенка от груза ответственности. Потому что свою вину вы переложили на него. А если вы проработаете свою вину, вы снимите ее и с ребенка. Посмотрите на моем канале в плейлисте «Техники самопомощи» видео о технике эмоциональной свободы, или простукивании. Работайте по методу простукивания. Мысленно возвращайтесь в самый первый момент, когда вы узнали, что у вас будет ребенок, и простукивайте, прорабатывайте свои чувства в прошлом. Лучше всего над этим работать с психологом, дополняя это самостоятельной работой простукивания. И все будет хорошо и у вас, и у ребенка. Вы вернете своему ребенку право на жизнь.

Видео по теме «Нежеланный ребенок»

Вина за свое рождение. Токсичные родители. Токсичная мать. URL: https://youtu.be/tizU-0Kmh6Y

Нежеланный ребенок. Что бы мы ни делали, ты все равно прицепилась. URL: https://youtu.be/ib-siOgYSwA

Нежеланные дети – инструменты манипуляций нарциссов. URL: https://youtu.be/97AOZ5SmjBg

Мать ненавидела меня до моего рождения. Травма нежеланного ребенка. URL: https://youtu.be/w4hmIZvyHO8

Часть 355. Я – неудачный проект и Золушка. Дочь нарциссической матери. URL: Токсичная мать. https://youtu.be/YShL7sY5EC8

Жертва несделанного аборта. Программа уничтожения и отвержения. Токсичная мать. Отвергающая мать. URL: https://youtu.be/XfCK3porLNw

Нежеланный ребенок. Что бы мы ни делали, ты все равно прицепилась. URL: https://youtu.be/ib-siOgYSwA

Глава 5

Эмоциональный абьюз

Токсичные матери более скрытого типа используют эмоциональный абьюз вместо физического, потому что знают, что бить детей непедагогично, боятся осуждения и ювенальной полиции. Они издеваются над детьми более завуалированно. Эмоциональное насилие подчас действует не менее разрушающе. Такой абьюз невозможно доказать – психологические травмы никто не видит. Для окружающих мама может быть идеальной, сама доброта и забота, даже в глазах близких людей. Но дома она доводит ребенка до истерики и утверждает, что он психически неуравновешенный.

Мать открывает меня как холодильник и жрет

«У меня открылись глаза! Я 52 года живу в кошмаре. Моя мать, ловкий нарцисс, сначала отпускает поводок. И как только я расслабляюсь, начинаю ей открываться, доверять, она открывает меня как холодильник и жрет. Я после этого по неделям не могу прийти в себя, а она, как ни в чем не бывало, превращается опять в бабулю-ангела. И все вокруг ее уважают, любят и восторгаются. У меня ощущение, что она меня как свинью на убой выгуливает, а потом жрет; дает ранам зарасти и опять жрет.

Ушла от нее в 37 лет, бежала, только пятки сверкали, но это ей не мешало меня высасывать. Могла прийти ко мне без спроса, убивала меня словами, когда у меня умер новорожденный ребенок, ненавидела мой купленный дом. Я в 47 лет обрела впервые в жизни свое жилье. представляете, какое это для меня было счастье? Но она вылила ведро помоев. А тот, кто говорит, что мать святая и что это можно решить любовью и прощением, тот, наверное, не проходил в жизни этого кошмара и не дай бог никому такое прожить.

У меня трое детей, старшего еле вытащила из наркозависимости. Кто, как вы думаете, виноват, по мнению моей матери, в зависимости сына? Конечно, я! Когда я от горя и страданий практически умирала, она меня добивала. Слава богу, я нашла программу 12 шагов, сына реабилитировали в центре. Я выздоравливала от созависимости.

Но тут маму ударил инсульт, и теперь я езжу к ней каждый день после работы, за что неделю назад получила от нее ведро помоев с обвинениями, что я злая, а она целыми днями лежит одна и никто с ней не разговаривает. И я поняла, что мой выход – это сиделка, а я нужна еще себе и своим младшим детям. Спасибо вам, теперь я не чувствую вину за то, что я плохая дочь! У меня открылась стадия гнева, я целый день хожу и повторяю: “Теперь ты больше не будешь меня жрать, ты вырастила меня себе как орган, который высасывала от раза к разу”. Ненависть вышла наружу, я ее всю жизнь в себе давила, мне даже один и тот же сон снился, что я ору на мать самыми грязными словами с матами. Просыпалась всегда в поту. Фух… спасибо вам, спасибо! Пошла делать простукивание. Главное – прожить гнев и не зацикливаться на нем».

Мать для всех ангел, а для дочки – тиран. И никто этого не знает, и никто не верит. Но дочь поверила в себя и вышла из созависимости не только с сыном, но и с матерью. Манипуляция на чувстве вины – это самая сильная манипуляция, которую используют токсичные родители. Выйти из этого морока нелегко, потому что чувство вины внушалось с самого раннего детства. Это та кнопка управления, которую мать поставила очень давно и на которую нажимает, чтобы добиться своих целей. И неважно, сколько вы для нее делаете, какие у вас жизненные трудности, горе, страдания. Она использует любую ситуацию, чтобы опустить и осудить, внушить чувство вины и никчемности.

Людьми с низкой самооценкой и чувством вины легче управлять и использовать. Когда вас унижают, значит, вас используют. Это надо всегда помнить и никогда не верить во внушаемую вам никчемность, никогда не поддаваться на манипуляции. То есть не делать то, что вам неудержимо хочется сделать сразу после внушения чувства вины. Автор этой истории смотрела видео на моем канале, где я подробно разбираю манипуляции нарциссов. Делала техники самопомощи, например, технику эмоциональной свободы, или простукивание, которую можно найти в плейлисте «Техники самопомощи», и смогла освободиться от чувства вины, убрать кнопку, поставленную матерью. Теперь она все осознает и не поддается манипуляциям. С этим мы ее и поздравляем.

Типы манипуляции

Манипуляция – это вид скрытого психологического насилия, когда манипулятор использует вас для собственной пользы как предмет при помощи внушаемых чувств и установок.

Есть несколько типов манипуляций, которые использует мать-тиран. Их полезно знать, чтобы осознавать, когда она с вами это делает, и защищаться.

Газлайтинг

Это манипуляция, цель которой – изменить реальность. На черное вам говорят белое, на белое – черное. Это заставляет сомневаться в себе, в своем восприятии, в своих чувствах и желаниях. Например, мать побила ребенка, а на утро говорит, что этого не было. Вы говорите матери: «Ты на меня орешь», а мать говорит: «Я не ору, ты все выдумала». Вы говорите: «Я хочу есть», а мать говорит: «Нет, ты не хочешь есть». Вот пример, газлайтинга:

«Я не ем конфеты с орешками. Мама мне принесла конфеты. Задаю ей вопрос: “Это конфета с орешками?” Мама: “Нет”, я: “Ну я же вижу, что там с орешками”. Мама: “Нет там орешков”. Я всматриваюсь в конфету, вижу орешки: “да есть орехи там!” Мама: “Да нету!” Я беру конфету, кусаю и чувствую орехи».

Чтобы не быть жертвой газлайтинга, надо быть в контакте с собой, со своими чувствами и ощущениями и спрашивать себя: «Это мое восприятие или мамино?» Научитесь доверять себе.

Непрошеные советы

Родители нас учат жизни с самого начала, и это нормально, так мы познаем мир. Но токсичные родители приказывают, а не учат. Не объясняют зачем, а просто требуют послушания: «Делай, потому что я так сказала». Когда дети вырастают, то приказы уже не проходят, и тогда мать начинает советовать: «Тебе надо найти другую работу», «Купи себе другие шторы», «Тебе надо похудеть/потолстеть», «Когда ты уже женишься?», «Зачем ты такую дорогую куртку купила. В другом магазине она дешевле».

Этими советами мать вводит вас в состояние детской беспомощности и сомнений в себе. Вы перестаете доверять своему выбору, чувствуете тревогу, если не делаете то, что советует мать. Эта тревога – привет из детства, когда-то за непослушание вас наказывали. Чтобы снять тревогу, вы соглашаетесь с матерью и делаете то, что она говорит. Для матери это хорошо и удобно, но для вас в этом нет ничего хорошего. Вроде вы согласились, чтобы не обострять, но постепенно вы теряете способность самостоятельно принимать решения, уверенность в себе.

Есть и другой вариант развития событий. Вы выросли, но советы все равно воспринимаются как приказы и лишение свободы. Ребенок протестует и делает все наоборот. Чувство гнева, возмущения снижает способность к анализу и критическому мышлению. И вы можете отказаться от хорошего варианта только потому, что не хотите подчиняться маме.

Если мама дает непрошеные советы, скажите ей: «Мне надо подумать». Сначала освободитесь от негативных чувств: тревоги, злости, раздражения, сомнения. Трезво проанализируйте, полезно вам это или вредно. А потом принимайте решение, которое является лучшим для вас.

Поучительные истории

Это любят делать скрытые нарциссы, они не хотят напрямую командовать или давать советы, а делают это иносказательно.

Например, история, направленная на помощь родителям. С детства вам рассказывают про сына Петровых. «У Петровых-то сын какой лентяй, он сидит на шее у родителей, просто паразит. Родители столько для него сделали, а от него никакой помощи». И вроде речь идет о сыне Петровых, а не о вас. Вас никогда не обвиняли в паразитизме, но вы чувствуете вину, чувствуете себя неблагодарным паразитом и всю жизнь остаетесь в неоплатном долгу перед родителями, которые вас выкормили, вырастили и много для вас сделали. Такое воспитание делает вас легкой жертвой манипуляций на чувстве вины.

Или мать рассказывает девочке-подростку истории, как девушка переспала с парнем, он «поматросил и бросил», а она «в подоле принесла» – опозорила родителей. Подтекст такой – мужчинам нельзя доверять. Подобные истории рассказываются регулярно, в разных вариациях. В итоге дочка вообще боится вступать в отношения с мужчинами, не доверяет мужчинам и остается одинокой. Про «поматросил» и «подол» – это реальный случай моей клиентки. Ей не запрещали встречаться с мужчинами и не подозревали в том, что она с кем-то спит, а просто с детства рассказывали эти запугивающие истории. Она очень боялась, что «принесет в подоле» и мама ее отвергнет. Теперь она совсем одна и страдает от того, что у нее нет семьи.

Сравнение с другими

Когда вам рассказывают про вашего одноклассника, сына подруги, соседа, подчеркивая вашу несостоятельность, это манипуляция, основанная на сравнении с другим человеком. Эту манипуляцию можно также отнести к категории триангуляции – воздействие на вас с помощью третьего лица. Мать сравнивает вас с другими детьми или братьями и сестрами, как правило, более красивыми, успешными и богатыми. Цель этих сравнений – сделать вас лучше, успешнее, по итогу удобнее для себя.

«Мама все время говорила: “Посмотри на Вову, он все задачи в учебнике по математике перерешал, и у него пятерка. А ты даже домашнее задание не можешь сделать”. Позднее она просто хвалила других, и уже появлялось чувство неполноценности.

“Ой, Аня такая молодец, помогает маме”, “Костя такой деловой, у него все в руках горит. Так одет презентабельно, руководит фирмой”.

Когда я стал работать и стало получаться, пошли хорошие заказы и деньги, то мама стала рассказывать мне про успешных людей: “Вот твой одноклассник Петя уже миллионер и всю зарплату отдает маме. А где наши денежки?” И я чувствую, что я должен стать миллионером и отдавать ей деньги. Мои деньги – это не мои, а мамины. Я не хочу зарабатывать деньги, потому что она их заберет».

При сравнении не в вашу пользу самооценка снижается, появляется чувство вины, зависти к другим, депрессия. Вы считаете себя неудачником и начинаете ненавидеть того, с кем вас сравнивают. И часто эта ненависть совершенно беспочвенна, ведь человек даже не в курсе, что ваша мама выбрала его на роль эталона.

Обычно эти сравнения с другими не достигают цели, а приводят к прямо противоположному результату – вы становитесь неуспешными. С детства формируется программа «всегда есть кто-то лучше меня» и, как следствие, «кому-то всегда достается больше внимания, любви, денег и удачи». Вам внушили, что вы не дотягиваете, другие лучше вас, и этот сценарий потом работает всю жизнь. Например, муж уходит к другой женщине, более молодой, на работе повышение получают другие. Кого-то наделяют более значимыми качествами, а вас обесценивают.

Это программа несправедливой оценки, непризнания вашей ценности, несправедливого распределения ресурсов. В результате неудач вы обесцениваете себя сами, а потом транслируете это окружающим. Они обесценивают вас, и вы еще сильнее обесцениваете себя: так вы движетесь по спирали обесценивания, опускаясь все ниже и ниже. От такого сценария трудно избавиться.

Если вы переживаете подобное, проанализируйте истоки этой программы и проработайте все ситуации сравнения. Можно использовать технику эмоциональной свободы. Повторяйте все слова-сравнения, сказанные вам в детстве, проговаривайте ощущения в теле (перехватывает в горле, давит на грудь, скручивает в животе), чувства (зависть, обида, несправедливость, злость на другого ребенка, страх, что разлюбит мама).

Сравнение может быть и в вашу пользу, но смысл в этом тот же – будь лучше.

«Ты-то у меня такой щедрый, не то что твой двоюродный брат. Ты маму никогда не оставишь в нищете». И тогда появляется страх. Вы боитесь стать таким, как двоюродный брат, и заслужить неодобрение, поэтому становитесь еще более щедрым к маме.

Сравнение приводит к постоянному страху ошибиться и не соответствовать ожиданиям. Это сценарий самозванца, когда вы постоянно боитесь, что окружающие узнают вас настоящего и скажут, что вы недостаточно совершенны.

Осознавайте эти манипуляции и помните: не надо себя сравнивать с другими, лучше сравнивайте себя с самим собой вчерашним.

Ваши сильные стороны могут быть в другой области. Находите свои достоинства, цените свои достижения. Разомкнуть круг обесценивания можете только вы. Тогда не будет гонки за другими в социальных сетях, не будет тревоги, депрессии и зависти.

Сравнение матери с собой

Эта манипуляция – сравнение, когда мама сравнивает вас с собой. Родители часто используют такое сравнение: «вот я в твои годы», «вот наше поколение», «вы ленивые», «вы распущенные», «вы живете на всем готовом» и т. п. Это говорит каждое поколение, но это неправда. К тому же такие сравнения нисколько не улучшают детско-родительские отношения, а, наоборот, ухудшают.

Особенно любят сравнивать нарциссические родители. Например, нарциссическая мать говорит: «Ну что ты такая бестолочь? Я уже давно все поняла, а ты тупишь», «Я в твои годы уже и детей родила, и университет закончила», «Я выгляжу моложе тебя», «На меня твой парень заглядывается». Мать себя возвышает, а ребенка принижает, чтобы сделать его блеклым фоном своего великого «Я». При этом, если вы в чем-то действительно лучше, нарциссы вынести этого не могут и обесценивают ваши достижения: «Ты такая плоская, когда худеешь, а нос как у лошади», «На рояле и медведя можно научить играть». Так мама-нарцисс показывает, что превзойти ее невозможно. Она в любом случае унизит, поэтому не надо стремиться быть как мама.

А это пример более завуалированного сравнения с собой.

«Моя нарциссиха выдает высший пилотаж: “Ты меня не разбудила, и я опоздала. Но я тебя не виню, я не такая, как ты. Это я сама виновата”. При этом вид очень обиженный. Хотя вечером мама и не просила ее разбудить. То есть, по ее логике, получается, что я виновна еще и в том, что она себя ругает, винит, хотя эта вина непосредственно моя. А она, великодушная такая, берет весь груз на себя, всю ответственность. Вот он, выворот мозга. Действительно, угроза от скрытого нарца гораздо опаснее для психического и умственного здоровья, чем от явного».

У этой манипуляции тройная цель. Первая – подчеркнуть вину дочери в том, что не разбудила. Вторая – вину в том, что мать себя ругает, и третья – сравнить с собой, такой благородной и великодушной, не ругающей. Послание такое: «Ты такая низкая и безответственная – не разбудила, а я такая высокая, самоотверженная, берущая на себя твою ответственность». На этом фоне вы чувствуете себя еще более виноватой, потому что разрыв между вашей низостью и ее величием еще больше, чем при явных обвинениях. Мама так страдает, но берет на себя ваши грехи, а вы вечно во всем ее обвиняете. Великая святая мать!

Но это никакая не святость и не благородство, а изощренная скрытая манипуляция. Без манипуляции это бы звучало по-другому. Она бы не сказала: «Ты меня не разбудила», «Не то что ты», а призналась: «Вот не завела будильник и проспала, сама виновата» без обиженного выражения лица.

Чтобы не поддаваться на манипуляцию сравнения с собой, помните, что вы другой человек. Вам не надо чувствовать вину за то, что вы не такая, как мама. Надо даже обрадоваться – вы не манипулируете, как она.

Жертва

Когда мама играет роль жертвы, она манипулирует на жалости, а ребенок заботится о ней. Например, мать говорит: «Я бедная и несчастная, у меня все болит», и ребенок начинает выполнять все ее обязанности по дому: моет, убирает, стирает, ходит за покупками. Или мать жалуется на бедность и нехватку денег: «Я не могу заработать денег даже на самое необходимое», и сын-подросток идет на работу, учится и работает, отдает заработок матери, хотя в этом нет реальной необходимости.

Мать может вынуждать детей защищать ее от отца: «Меня отец так терроризирует, бьет меня!» Или просто плачет, когда у нее скандалы с мужем. Дети начинают защищать мать от побоев отца, встают между родителями, хотя обязанность матери – защищать детей от агрессии. Некоторые матери вытаскивают детей из кровати ночью и выставляют как живой щит, чтобы избежать побоев мужа. Так мать, с детства внушая вам жалость к себе, делает из вас спасателя. И вы становитесь ее родителем. Это называется «парентификация» – перекладывание родительских обязанностей на ребенка. И это неправильно. Учить помогать родителям – это хорошо, но перекладывать свои обязанности – плохо.

Когда дети вырастают, мать продолжает эксплуатацию, а дети продолжают чувствовать ответственность за мать. Страх, что с ней что-то случится, – постоянный спутник таких детей. Они ее содержат, помогают по хозяйству, по огороду, по работе, решают бытовые проблемы, даже если она сама способна все сделать. На них взваливают обязанности контролировать и мониторить родителей, спасать мать от отца-тирана, воспитывать братьев и сестер. У таких детей не было детства и нет свободы в будущем. Это пожизненное рабство.

Обида

Мать обижается и может молчать и игнорировать, а может демонстрировать, как ей больно, как она страдает. Обида – это контроль на чувстве вины.

«Моя мать, если я не слушалась, ложилась вся обиженная на кровать и плакала. Я должна была подойти, и попросить прощения, и делать все, что она сказала.

Когда я не хотела подметать, мать с обиженным видом брала пылесос и сама пылесосила. Я бегу, прошу у нее пылесос, а она говорит: “Поздно, я сама все сделаю, тебя не допросишься”».

Мать думает, что если она обидится, то дети в следующий раз будут более расторопными и все сделают быстро. Но на самом деле все наоборот. Этот вид деятельности становится неприятным, он ассоциируется с плохими эмоциями, с чувством вины и со страхом. Делать это не хочется, начинается прокрастинация. А когда вы вырастаете, вы отказываетесь это делать вообще. Например, если мать обижалась за невымытую посуду, то вы не любите ее мыть и во взрослой жизни. Точно так же с уборкой, занятиями музыкой, спортом, письменными заданиями.

Другой вариант. Этот вид деятельности становится компульсивным, навязчивой идеей. Вы не можете успокоиться, пока это не сделаете. Если мать обижалась, когда вы не гладили постиранное белье, то вы готовы даже отказаться от встречи с друзьями, которые приезжают раз в год, только потому, что вам надо выгладить белье сразу после того, как оно высохло. Иначе вас будет мучать тревога.

Шантаж

Если вы не хотите делать то, что нужно матери, она может вас шантажировать. Например, угрожать, что не купит то, о чем вы мечтаете, что не оставит наследство, или не сделает то, что обещала, или сделает то, что вам будет неприятно: переведет из любимой школы, запретит дружить. Все это вызывает страх и вынуждает вас делать, что сказала мама.

Есть такой скрытый шантаж, который называется «собачий свисток». Мать знает ваш секрет, например, что вы влюбились. Вы попросили ее никому не говорить. И, когда вы не соответствуете ее ожиданиям и она вами недовольна, она начинает называть при людях имя этого человека как бы невзначай. Это сигнал вам, что если вы не будете делать то, что от вас требуется, то она все расскажет людям.

Мать может шантажировать тем, что отдаст в детский дом или выгонит на улицу.

Вот примеры шантажа в раннем возрасте.

«Я помню в 2 года за плохое поведение она отказалась быть моей матерью: “Нет у тебя мамы, я от тебя отказалась! Будешь жить в моей семье как посторонняя девочка!”»

Мать отказывается от дочери, чтобы добиться послушания. Шантаж отвержением очень травматичен, особенно в маленьком возрасте, это оставляет неизгладимый след в психике. Появляется базовое недоверие к миру. Если даже собственная мама отказалась, то как можно доверять кому-то? В будущем это приводит к сильному страху отвержения и тревожной привязанности в близких отношениях, когда человек боится, что его бросят, все время подозревает и контролирует партнера. Может также появиться тревожно-избегающая привязанность, когда из страха отвержения человек избегает близости: он понимает, что в любой момент его могут бросить и лучше полагаться на себя.

«Я поступила в университет на бесплатное отделение и продолжала работать. Я сама себя содержала, родителям мое обучение ничего не стоило. На втором курсе я решила бросить университет. Мама сказала: “Закончишь этот университет, а потом учись где угодно. Если ты бросишь, то ты мне больше не дочь”. И мне пришлось доучиваться в этом университете. Я боялась, что она меня отвергнет и у меня не будет семьи. Это стоило мне многих потерянных лет. Работа не нравилась, и через 5 лет поступила в другой вуз и получила другую специальность, которая мне нравится. Но главное, что мама счастлива. И ей нельзя напоминать о том, что я потеряла 10 лет своей жизни».

Возможно, эта девушка не смогла бросить университет, хотя никак не зависела материально от родителей, потому что ее шантажировали отвержением в детстве. У таких родителей это стандартный метод воспитания, который используется в том или ином виде все детство.

Мать может шантажировать своей смертью.

«Моя мама один раз, когда я плохо себя вела и не хотела мыть посуду, легла на кровать и замерла. Я не видела ее дыхания, я подошла и стала ее тормошить, звать: “Мама, мама”. Мама не шевелилась. Я почувствовала ужас, ведь я убила свою мать своим непослушанием. Я стала рыдать и кричать: “Мамочка, я все сделаю, что ты хочешь”. После этого мама “воскресла” и сказала: “Вот пока я не умерла, делай”. После этого я всегда боялась ослушаться, я боялась, что мама умрет. Когда она заболела в 70 лет, она мне велела переехать к ней, хотя была еще довольно крепкой. Я бросила работу, друзей, свою квартиру и переехала к ней, потому что очень боялась, что она умрет. Я прожила с ней 10 лет до ее смерти, каждый день прислушиваясь к ее дыханию».

Это, наверно, самый жестокий вид шантажа. Кроме страха потерять мать, дочка всю оставшуюся жила в страхе быть виноватой в ее смерти и отказалась от собственной жизни, лишь бы жила мама.

Шантаж матери вводит вас в состояние парализованности. Вы чувствуете себя как в западне, выхода нет. Вы не можете ни выполнить требований, ни получить наказание. Двойной капкан. Эти полярности лишают энергии, приводят к выученной беспомощности, что впоследствии может развиться в глубокую депрессию.

Чтобы избавиться от этого состояния, надо прорабатывать по очереди каждую полярность – «не могу подчиниться» – «не могу не подчиниться». Я рекомендую это делать при помощи техники эмоциональной свободы, или простукивания. Простукивайте страхи, вину, обиду, все чувства, ощущения в теле, которые поднимаются с этими фразами. Когда заряд обеих полярностей снизится, то вы выйдете из капкана и найдете решение. Однако при депрессии в процессе самостоятельной проработки могут начаться обострения и лучше всего эту тему прорабатывать в терапии.

«Собачий свисток»

Это очень утонченный вид шантажа, когда манипулятор знает ваш секрет и говорит на публике какое-то кодовое слово или фразу, которая означает вашу тайну, намекая, что расскажет о секрете. Эта манипуляция называется «собачий свисток» потому, что у заводчиков собак, дрессировщиков, кинологов есть специальный высокочастотный свисток, который слышит только собака. Вот пример такой манипуляции:

«И мать, и отец шантажировали меня и угрожали рассказать в случае, если им что-то не нравилось в моем поведении. А не нравилось им часто, поэтому шантаж был тоже часто. А самое ужасное было то, что мать регулярно применяла тактику “собачьего свистка” на людях, во время застолья, в гостях, на обычном ужине или обеде и т. д. Тем самым держала меня в постоянном напряжении и страхе, мол, я тут, ты у меня на контроле.

Я в детстве начала испытывать тягу и нежность к девочке-соседке, с которой у нас была взаимная “любовь”. Мы ходили в обнимку и “за ручки”.

Однажды, когда она была у меня дома, а она часто была у меня дома, мы решили поиграть в жениха и невесту. Потом начали обниматься и целоваться. Как и полагается в лучших фильмах, невеста и жених должны стонать. Поэтому мы тоже начали постанывать. Мы не понимали, зачем женихи и невесты стонут, но надо так надо.

И вдруг… внезапно раздается голос моей матери: “Девочки, а чем вы тут занимаетесь?”

Это был такой жуткий ужас и стыд. Мать сразу же исчезла на кухне, а соседка, одевшись со скоростью пули, исчезла за воротами моего дома. Я, реально сгорая от стыда, сразу побежала мыть посуду. Мои руки и все тело тряслось так, как трясется неисправная стиральная машина во время сушки или как при работе с перфоратором.

Потом мать спросила, а чем это мы с девочкой занимались. Я сказала, что мы играли “в домик”. Она повела меня в зал, усадила на диван и стала рассказывать какие-то ужасные истории и стыдить меня. Я рыдала так сильно, сгорая от стыда. Я умоляла не рассказывать это отцу и вообще никому на свете!!!

Она сказала, что не расскажет, если я так больше не буду делать и буду хорошо себя вести. И я так больше не делала. И хорошо себя вела, насколько это было возможно в моем понимании.

Но стали происходить странные вещи. Когда к нам приходили гости или мы были в гостях, неважно чьи, мои или родительские, главное – рядом были посторонние люди, моя мать вставляла в разговор такие фразочки: “Вдруг они “в домик” будут играть; “а то еще в “домик” начнут играть”; “а-а-а, это они в “домик” играют…” и т. д. Люди не понимали вообще, при чем здесь детские игры в домик, да и пропускали мимо ушей, не обращая внимания на это. Она могла применять эту “игру в домик” к разным ситуациям, но так, чтобы я была рядом и слышала!!!

Я и слышала. И каждый раз меня охватывали дичайший страх, что она расскажет, стыд, что я какая-то не такая, и вина за свое существование!!!!

А она же цвела и пахла в этот момент, и улыбалась, и была весела как никогда!!!»

И здесь для посторонних людей эти слова «играть в домик» не имеют смысла, они пропускают это мимо ушей. Но для девочки это угроза, сигнал, что сейчас расскажут ее секрет, как для собаки высокочастотный звук свистка. Не слышит никто, кроме нее.

И это делается, чтобы добиться послушания. Например, мать девочки ее эксплуатировала, заставляла работать дома. Причем стыд за совершенное «преступление» мать явно насадила сама. Так можно настроить собачий свисток на любое действие, которое ничего позорного в себе не несет, сделать большие глаза: «Какой позор!», стыдить и позорить. И ребенок будет бояться, что об этом все узнают.

Другая цель – это наслаждаться чувством контроля и власти. Мать видит ее страх, мать явно получает садистическое наслаждение от страданий дочери.

Это утонченный метод издевательства. Внешне мать не избивает, не орет, не унижает. Просто постоянно повторяет на публике кодовую фразу. И предъявить матери ничего невозможно, потому что она выкрутит все таким образом, как будто речь идет о другом случае. И она вообще не думала ни о чем: «У тебя мания величия или паранойя?»

Чтобы не быть жертвой такой манипуляции, не делитесь ничем сокровенным с такой матерью, а если поделились, лучше уж сами всем расскажите о своем секрете, чтобы мать больше не могла пользоваться «собачьим свистком».

Перебивание

Почему токсичная мать перебивает: «Слушай, у меня тут такое произошло!», когда вы с энтузиазмом что-то рассказываете? Это способ продемонстрировать власть, показать, что ее дела важнее ваших. С другой стороны, это отсутствие эмпатии, неумение почувствовать, что вам плохо от ее перебивания, а с третьей стороны – это обесценивание. То есть вам как бы показывают, что ваше сообщение ничего не стоит, а значит, и вы сами ничего не стоите.

Примеры перебивания

«Помню, прихожу из школы и хочу поделиться с мамой тем, что произошло за день. Начинаю говорить взахлеб, эмоционально. Как играли с девочками, какие были уроки. Мать послушает немного, а потом ей надоедает, она уже все поняла, ей неинтересно. И говорит: “Подожди, у меня сейчас суп убежит”. Когда с супом покончено, она не вернется к разговору, а болтает о своем. Она уже все забыла, потому что мой рассказ не является чем-то важным для нее».

«Меня родители все время перебивают. Сначала отец так делал, даже когда я рассказывала, что было в школе, отец резко перебивал и начинал с матерью обсуждать фильм или рассказывать что-нибудь. Потом мама начала так делать. Было обидно, как будто меня нет вообще. Слушали только старшего брата, потому что им он был родной сын. Когда я выросла, я спросила маму, почему меня так не уважают. Мама сказала, что я сама все это выдумала и вообще у меня с головой плохо. Хотя с детства все мои друзья и знакомые спрашивали, почему меня так мама и папа не любят».

После нескольких неудавшихся попыток достучаться до родителей ребенок перестает делиться, раскрываться, потому что чувствует обиду за то, что его чувства не услышаны. В результате мать обвиняет его в скрытности, лжи, неразговорчивости. Для такой матери идеальным является вариант, когда ее дети рассказывают все, что происходит. Таким образом она контролирует ситуацию.

У детей, выросших в таком режиме постоянного перебивания, нет ощущения ценности собственных мыслей. Они боятся говорить в компаниях, отвечать с места в классе. Им кажется, что их мнение неважно, неинтересно. Им страшно, что их могут перебить. Они могут хорошо говорить, когда им отводится время и место. Например, во время публичных выступлений, потому они знают, что их не перебьют. А в обычной беседе им трудно набраться смелости и вставить слово.

Вот еще примеры перебиваний от подписчиков моего канала.

«Мать спрашивает: “Ну расскажи что-нибудь о себе, а то только я и говорю”. Но стоит рот открыть, как тут же перебивает и снова о себе песни заводит. Или еще смешнее – я начинаю фразу, а она за меня ее заканчивает, причем ни разу не закончила правильно, но ее это нисколько не смущало. Я потом чувствую себя очень уставшей».

Когда вас перебивают, а сами все время говорят, вы теряете энергию, а тот, кто говорит и кого слушают, ее получает. Когда вы говорите, а вас не слушают, а перебивают, то это игра в одни ворота – обмена энергии нет, возникает усталость.

«Я вырос у нарциссических родителей. Они всегда что-то в моем детстве говорили, и моя задача заключалась в том, чтобы их тактично слушать. А говорить мне вовсе было противопоказано. А я просто молчал. Сейчас происходит то же самое. Когда ты хочешь слово вставить, они перебивают, или моментально устают, или каким-то другим образом показывают отсутствие интереса. Теперь я не слушаю, а ухожу. Пусть разговаривают сами с собой. Они могут упрекать в отсутствии такта, но я знаю, что это упрек только в одну сторону. У них у самих ни толики такта по отношению ко мне нет, и они по этому поводу не особенно парятся. Поэтому у меня такой совет людям, которых расстраивает то, что их перебивают или за них додумывают их мысли. Заканчивайте нарциссам что-либо объяснять, добиваться внимания. Это напрасная трата сил и нервов. Перебивайте их не имеющие смысла и логики рулады и идите заниматься своими делами».

Хороший совет – если вас перебивают, не старайтесь добиться внимания, идите заниматься своими делами.

Двойной удар

Когда вас обвиняют в агрессии за попытку защититься – это манипуляция. Например, мать вас унижает, кричит, оскорбляет, вы начинаете себя защищать: огрызаться, кричать, и тут вас обвиняют в агрессивности или игнорируют.

«Когда я принесла маме килограмм черешни, я решила ее порадовать, она начала на меня орать: “Зачем ты это покупала, смотри, какая плохая черешня, ты думаешь своей головой? Какая ты бестолочь, сколько тебя можно учить?” Я остолбенела, я была такая радостная, была уверена, что ей понравится. Я принесла ей черешню в подарок. А вместо этого она меня облила ушатом помоев. И в какой-то момент я не выдержала и заорала: “Прекрати на меня орать. Если не хочешь, я ее заберу”. Мать на секунду замолчала и начала орать еще громче: “Вот дрянь какая, мать совсем не уважает, орет, затыкает. Хамка какая”».

Первый удар – когда мать кричит. Дочка пытается себя защитить, а мать ударяет во второй раз – «хамка», «мать не уважаешь».

Это более скрытая манипуляция.

«После маминых упреков я обижаюсь и иногда расплачусь: “Мам, ну почему тебе все надо осудить во мне? Ты вообще что-то хорошее во мне видишь?” А мама начинает страдать за то, что я на нее обиделась: “За что мне все это, я ничего такого не хотела, у меня и в мыслях не было. Ты сразу в бутылку лезешь, на ровном месте, тебе ничего не скажи. Как ты могла подумать плохое? Ну, прости, если тебя это обидело” – имеется в виду: “Чтобы тебя утихомирить, уж скажу, что прощения прошу, ты ж у нас с прибабахом. Таким, как ты, противоречить опасно”».

И здесь мать ударила. Один раз осудила, а второй – обвинила в чувствительности. И, кажется, попросила прощения, но на самом деле это еще один удар – подчеркивание неадекватности дочери.

Какие последствия таких манипуляций для развития? Двойные удары делают вас бессловесной жертвой. Вас бьют, а защищаться запрещают, вашу защиту ломают. В итоге вы не реагируете на агрессию, чтобы не усугублять ситуацию. А плохие люди этим пользуются.

Начинайте себя защищать!

Триангуляция

Это манипуляция с использованием третьего лица, чтобы воздействовать на человека для достижения своих целей. Один из видов триангуляции – это сравнение, о котором говорилось выше, другой – это различное отношение к детям.

Токсичная мать делит детей на «золотых» и «козлов отпущения». Первым мать уделяет больше времени, говорит больше хороших слов, обнимает, гладит по головке, не заставляет работать, покупает больше подарков, оставляет наследство. Вторые – это «мальчики для битья», на которых мать сливает весь негатив: унижает, заставляет помогать, работать, оставляет без наследства. Роли в течение жизни могут меняться: «козел» может стать «золотым», и наоборот, хотя это бывает нечасто.

Когда мать выделяет любимчика, она воздействует на другого ребенка и посылает ему опосредованное послание: «Старайся больше и тогда, может быть, ты получишь то же, что любимчик», и тот пытается заслужить мамину любовь. В то же время плохое отношение к «козлу отпущения» – это послание и «золотому ребенку»: «Если не будешь меня слушаться, то получишь наказание и станешь козлом отпущения». В такой семье дети обычно дерутся и ненавидят друг друга. «Козел отпущения» чувствует ревность и зависть к любимчику, а любимчик презирает «козла», копируя отношение матери. Любовь и ресурсы распределены неравномерно, и дружбы между детьми нет и когда они вырастают.

Третий вариант триангуляции – это умышленное влияние на ваше восприятие другого человека: вам рассказывают о ком-то неприятную историю, и вы меняете к человеку отношение. Например, начинаете подозревать, придираться, перестаете общаться. Обычно триангулятор говорит так: «Я тебе ничего не говорила, пообещай, что не выдашь меня». Вы ничего не говорите тому человеку, о ком идет речь, но его репутация в ваших глазах подпорчена. Так токсичная мать наговаривает на отца, свекровь, сестру. Вы их сторонитесь или враждуете, стыдите и позорите. Наговаривая на человека, она воздействует на него с помощью вас. Ваше мнение сформировали, и вы выполняете «заказ». Нарциссическая мать создает свою свиту при помощи сплетен. Или может быть обратное: мать наговаривает на вас родственникам, и они упрекают вас в хамском отношении к матери.

Четвертый вариант триангуляции – это передача сообщения кому-то с помощью вас. Например, при разводе отец говорит: «Скажи матери, что я не смогу тебя взять на следующие праздники». Или ребенок приходит на выходные к отцу и говорит: «Мама велела передать, чтобы ты мне не давал молочное». Отец злится и дает ему молочное, потому что не хочет, чтобы его контролировали. В итоге ребенок чувствует вину и перед матерью, и перед отцом, боится их гнева. Создается сценарий слуги двух господ: вы пытаетесь угодить им, но все время виноваты. Вовлекаясь в ситуацию интриг и сплетен, вы балансируете между враждующими группировками и ото всех получаете наказание.

Осознавайте, когда вами манипулируют. Не судите о людях по сплетням, составляйте собственное мнение, не передавайте сообщения, не участвуйте в интригах и не поддавайтесь на попытки заставить вас ревновать.

Обесценивание

Когда вас обесценивают, заставляя сомневаться в своей ценности и вынуждая доказывать, что вы ценный человек, вами манипулируют для использования. Токсичные люди могут обесценивать вашу личность, желания, мечты и планы, интересы и увлечения, вашу дружбу и ваши достижения, ваши действия, чтобы вы были более управляемыми, а также из зависти.

Когда токсичная мать дает вам негативные характеристики, она обесценивает вашу личность. Например, говорит: «ты такая жадная», «ты такая ленивая», чтобы вы старались заработать ее высокую оценку и были щедрой и трудолюбивой в ее интересах. Она может ругать за злость, чтобы вы не защищались; за глупость, чтобы вы не принимали самостоятельных решений; за неуспешность, чтобы вы зарабатывали деньги и отдавали ей; за болезненность, чтобы вы не донимали ее своими болезнями и не отнимали ее время и т. п. Вот пример обесценивания.

«Пригласили маму на день рождения мужа к нам на дачу. Она начала: “ты всех достала”, “ты моешь руки”, “ты высокомерная”, “ты с гонором”, “пороть тебя ремнем надо было”, “я тебя родила, скажи спасибо, что в детский дом не сдала”, “Салаты плохо делаешь, посуду плохо моешь” и т. д. И это все на мою просьбу не лезть грязными руками в рукколу, которую я только что вымыла. Мне делают комплименты про салаты, а ей прям плохо слышать это. И постоянно фраза: “Не знаю, как тебя Слава терпит”. Имеется в виду мой муж.

Настроение было испорчено. И так примерно всегда, когда я делаю что-то. Попросила перенести встречу на пару часов, опять по кругу: “я тебя родила”, “ты невыносимая”, “могла сдать в детский дом”, “скажи спасибо” и т. д. Притом свой долг я отдаю всю жизнь: подарила ей квартиру в хорошем районе в Москве, каждый месяц помогаю деньгами и делаю подарки. Кстати, когда купила квартиру, она даже спасибо не сказала. Только “ты такая плохая”, “я тебя рожала”, “ты мне должна” и т. д. Чувствую вину, что не хочу с ней общаться. Но и терпеть все это уже не могу. В детстве у меня был личный дневник, в котором я всегда писала только про то, что больше никогда не хочу общаться с мамой. Хорошо, что хоть папа у меня адекватный».

Мать внушает дочери вину и обесценивает, чтобы она в попытке заслужить одобрение мамы обеспечивала ее деньгами, подарками и квартирами. И эта девушка старалась изо всех сил и много сделала для мамы. Но мама никогда не будет довольна, потому что если одобрить и похвалить, то дочка зазнается и перестанет ей служить. Вот такая логика у этих матерей.

Обесценивание может выглядеть как забота. Мать постоянно беспокоится и задает вопросы с нотками сомнения. Например, вы купили платье, а она спрашивает: «Ты уверена, что это то, что тебе надо?» Вы нашли новую работу: «Ты до сих пор рада или уже видишь плохие стороны этой работы?» Вроде вы уже сделали выбор, а она сомневается, все ли вы сделали хорошо. Смысл этой заботы – обесценить, заставить вас сомневаться в своей способности что-то сделать хорошо.

Обесценивание ваших планов и желаний может выглядеть так: «Ты что это придумала, поступать? Да у тебя ничего не получится, у нас денег даже не проси». Вы говорите, что хотите купить машину, мать говорит: «Да ты право от лево не можешь отличить, как ты будешь водить машину? А потом попадешь в аварию и ухаживай за тобой».

Нарциссическая мать часто обесценивает из зависти, она не может радоваться успехам детей, она с ними конкурирует и не выносит, когда ее собственный ребенок лучше, чем она. Например: «Ой, как ты похудела и стала плоская, как мальчишка. Тебе надо больше есть». Если вы добились карьерного роста по работе, какого она никогда не могла достичь, то говорит: «Ну посмотри-ка, мы какие важные теперь, и кто тебе мог дать повышение, ты же такой лопух?»

Мать завидует даже вашему хорошему настроению: «Что ты лыбишься, вечно тебе все нипочем, скоро плакать будешь». Она завидует, что вы похудели, получили повышение и радуетесь, когда ей так плохо – она толстая, неуспешная и вечно недовольная. По ее мнению, вы должны страдать так же, как и она.

Обесценивание может выглядеть более тонко и не всегда заметно. Например, вы несете продукты в пакете, который покупаете на кассе. А она говорит: «Что, не мог сумку с собой взять? Зачем пакет покупать, деньги тратить?» Или так: «Ну не тормози, догоняй», «Не мог догадаться и помыть посуду?», «Ну что ты все время смотришь эту дурацкую программу?» Вроде и не оскорбила, но показала вам, что вы недогадливый, медлительный, ленивый и тупой.

После скрытого обесценивания вы чувствуете свою неполноценность, но даже не осознаете причину. А причина в том, что вас обесценили.

Обесценивание в детстве ведет к чувству неполноценности в будущем. Вы готовы работать за копейки две смены, в семье всем угождаете. Вы не ждете благодарности и боитесь осуждения. Часто обесцененные дети, вырастая, попадают в токсичные отношения, потому что это для них нормальный вариант, они другого и не видели.

Если вас мама до сих пор обесценивает, говорите: «Вранье» и делайте крест глазами (движение глазами сверху вниз и слева направо). Это помогает переработать информацию и не впустить ее внутрь. А также смело каждый раз утверждайте свою ценность. Например, она говорит: «Ты тупая», а вы отвечаете: «Я умная». Говорит: «Ты уродина» – «Я красивая», «Ты ничего не умеешь делать» – «Я все умею делать». Делайте это сразу после ее обесценивающих слов. Если не можете говорить вслух, говорите это про себя. Не давайте себя использовать.

Троянский конь

При такой манипуляции вам делают подарок или оказывают услугу, о которой вы не просили, а потом обвиняют в неблагодарности и предъявляют счет. Согласно греческой мифологии, данайцы подарили троянцам огромного деревянного коня. Подано это было как подношение богине Афине. Один жрец, увидев этого коня, воскликнул: «Бойтесь данайцев, дары приносящих». Но никто его не послушал. Троянцы наивно приняли коня. А внутри коня были воины, которые под покровом ночи выскочили из коня и захватили Трою. То же делает и манипулятор – дарит вам подарок и потом разрушает, захватывает вас.

Вот пример манипуляции:

«Мама своей непрошеной заботой регулярно вызывала чувство вины. Сперва она получала кучу благодарности (потому что меня так воспитали), позже начинала упрекать, что из-за того, что она меня кормит (не угощает, а кормит!), у нее на себя денег не хватает. И так каждый раз по стандартной схеме. И через это же внушала мне беспомощность, мол, как же ты без меня выживешь, когда меня не станет. А я вот думаю: может, она боится, что я без нее процветать начну, вот и старается мне внушить, что без нее мне крышка, чтобы не смела хорошо жить после ее смерти, а то вдруг…»

Мать сначала заботится, а потом внушает чувство вины. Она пользуется вашей эмпатией. Даже когда забота не нужна, вы благодарите, чтобы не обидеть. Вы думаете: «Ну она же старается, надо поблагодарить». А она вашу благодарность видит как вашу потребность в ее заботе, за которую вы должны отплатить. И потом она укоряет вас за то, что вы ее использовали, а не она вас.

Троянским конем мать убивает двух зайцев. Один конь и два зайца. Первый – показать вам, что вы в неоплатном долгу, а значит, вы должны его отдавать.

Второй – показывать вашу несостоятельность, занижать вам самооценку, так вас легче контролировать, чтобы вы никуда не делись и служили ей до конца дней.

Тут есть и третий заяц. Мать на фоне вашей обесцененности поднимает свою самооценку: «Посмотри, ты ничего не можешь, ничего не знаешь, а я-то вон какая умелая и хорошая». Страх матери, что вы заживете хорошо и не будете в ней нуждаться или забудете после смерти, заставляет поднимать собственную значимость, обесценивая вас.

Одна клиентка на время защиты диплома отдала ребенка свекрови, которая очень просила дать ей ребенка. Девушка очень не хотела этого делать, у нее была своя мама, которая могла помочь с ребенком на время диплома, она могла справиться и сама. Но муж настоял, ведь его мама очень хочет понянчиться с внуком. И девушка ради мира в семье отдала ребенка. А после защиты как воспитанная девушка поблагодарила свекровь за помощь. Эмпатичная девушка не хотела показывать, как она страдала без ребенка. А через 2 года услышала: «Ты скинула на меня ребенка, и я тут мучалась с ним, пока ты там прохлаждалась». Девушка была в шоке: «Так вы же сами просили ребенка! Я не хотела его отдавать». Свекровь, не моргнув глазом, сказала: «Как же – просила, ты мне его сама привезла. А потом благодарила».

Если бы невестка не поблагодарила, а показала, как она сама страдала, высказала бы претензии, то отношение было бы другое. После этого девушка сказала: «Больше вы внука не увидите», и тут же свекровь стала как шелковая и обещала больше так не делать. Девушка сначала не знала, что свекровь была токсичным манипулятором, а когда поняла, то отношения изменились.

Чтобы отучить маму дарить троянских коней, лучше всего этих коней не принимать. Но если приняли, то не благодарите. А если поблагодарили, то не берите на себя чувство вины, отказывайтесь расплачиваться за непрошеные подарки и услуги. При попытке всучить вам что-то ненужное и потенциально опасное, сразу спрашивайте: «Что я буду должна?», требуйте расписку, записывайте ее обещания на видео. Хотя с нарциссами и это не всегда помогает.

Некоторые зрители моего канала сообщали, что отучили маму от непрошеных подарков в виде еды, одежды, выкидывая их прямо у нее на глазах или отдавая другим. Может, это слишком радикально, но если ничто другое не работает, можно попробовать.

А это история про мать, которая дарила своего троянского коня дочери, чтобы повесить себе медаль великомученицы

«Моя мать жила с мужем-алкоголиком и постоянно страдала, но всегда говорила: “Я с ним мучаюсь, чтобы ты росла в полной семье. Хотя мне плохо”. А еще она любила что-нибудь мне купить, а потом, когда уже нельзя ни вернуть, ни отказаться, говорить: “Во-о-о-от! Мама тебе купила (она любит говорить о себе в третьем лице), а у мамы сапоги текут”. Или куда-то пойти со мной, а после возвращения сказать: “Во-о-о-от! У мамы голова болит и давление высокое, а она с тобой пошла”. Или делать что-то из последних сил, не просить помощи и не принимать ее, а потом: “Во-о-от! Да я для вас после работы из последних сил готовила!” И после развода (все-таки) она из-за меня замуж не вышла, потому что заботилась, чтобы мне якобы больше внимания уделять, от которого на самом-то деле деваться некуда было уже. Всегда было страшно чем-то делиться, просить что-то, просто свои желания озвучивать. Потому что для тебя сразу все сделают, даже больше, даже то, что не надо, а потом ты будешь наблюдать, как из-за тебя страдают, и думать, какая ты ужасная и эгоистичная. Много напряжения и контроля внутреннего из-за этого было. Когда мне было лет 18, меня положили в больницу с пневмонией. И мать пришла и сказала, что будет лежать со мной, потому что я ее ребенок и она меня не оставит. Ни я, ни врачи никак не могли ее отправить домой. Дней 5 она спала на моей кровати, охала, ахала и страдала, что у нее шея болит, спина болит, но она достойно выполняет свой долг. Я эти дни еле-еле как-то под капельницей ютилась, потому что она занимала 2/3 кровати и мне было спать практически негде. Все соседи по палате и некоторый медперсонал так восхищались ее мужеством и самоотверженностью. А меня считали убогим несамостоятельным чмом, которое не ценит свою святую мать. Удалось ее выпроводить, когда она заболела бронхитом».

Впрочем, для меня это стандартная история. При этом с реальными проблемами типа травли в школе, или конфликта с учителем, или что отец на прогулках при мне напивается, или чего-то менее проблемного, но волнующего вроде неудач в отношениях с друзьями, желания развиваться в хобби или перейти в другую школу к ней было не обратиться, потому что она впадала в истерику: «Ох ах! Я не знаю, что с этим делать! А что я должна сделать?! Зачем ты ко мне с этим пришла? Ты только никому не рассказывай (типа ее и нашу семью не позорить). Я так переживаю! Ох ах!» В итоге это просто заминалось, как будто ничего нет.

Отличительная черта «данайцев, дары приносящих» – это именно давать вам то, что вам не нужно, что вас разрушает, мешает, и после этого обвинять вас в неблагодарности. Данайцы ведь так и захватили Трою, потихоньку вылезли из коня и атаковали троянцев. Так же делает и мать. Вы ничего не подозреваете, думаете, что это забота, подарок от чистого сердца, а в итоге она вас только мучает и разрушает.

А там, где действительно нужна помощь и забота матери, этого нет.

Комплиментный сэндвич

Это манипуляция, основанная на двойных посланиях: вам делают комплимент, а потом говорят что-то неприятное, а после – снова комплимент. Например: «Ты умница, красавица, только вот ноги у тебя кривоватые. Но вообще, если тебе изменить походку, ходить в брюках, то не видно», «Ты так много знаешь, у тебя такой богатый словарь, вот только ты почему-то не знаешь, что такое теломеры. А вообще я многому от тебя научилась, спасибо тебе». В этих примерах сэндвич по типу «плюс – минус – плюс». Это можно сравнить с двумя кусками хлеба, между которыми лежит горькая пилюля. Вы съедаете, и кажется, что вкусно, но позже проявляется вкус пилюли.

Но может быть сэндвич из двух частей – «плюс – минус». Это как бутерброд – хлеб с колбасой, только вместо колбасы гадость, например, протухшее мясо. А может быть и перевернутый сэндвич – гадость внизу, а вкусный хлеб сверху.

И хотя вам не очень приятно после сэндвича, но вы думаете, что вам сделали комплимент и вас ценят, хотят сделать вам лучше. От двойных посланий у вас возникает когнитивный диссонанс, рассредоточенность внимания, отвлекаемость, снижение эффективности. Вы пытаетесь понять, что это было, у вас повышается восприятие к инструкциям и гипнозу. Вы идете и покупаете брюки, начинаете читать о теломерах.

Комплиментный сэндвич – это скрытая манипуляция, ее цель – обесценить вас так, чтобы вы этого не заметили, чтобы вы проглотили обесценивание вместе с комплиментами и стали делать то, что от вас хотят. Бывает наоборот: мать обесценит, а потом опомнится и пытается отвлечь вас комплиментом. И вам нечего предъявить. Вы недоумеваете: «Меня опустили или подняли?» Вы можете даже не осознавать, как вы проглотили пилюлю сомнений в себе, забыть о ее словах. Но потом постепенно самооценка снижается, вы начинаете думать, что вы некрасивая, надо бежать и что-то покупать. И вы даже не понимаете, почему так думаете.

Вот примеры таких манипуляций:

«Почему такой умный мальчик до сих пор не кандидат наук?»

«У вас красиво, какие вы молодцы. Теперь не будут на вас пальцем показывать и говорить: “Наташа в грязи живет” – я всегда говорила, что ты молодец, даже когда у тебя ремонта не было, ты всегда убиралась, и тряпка у порога всегда у тебя мокрая лежит».

«У тебя прекрасные задатки, но, увы, развились только плохие черты, вот кабы вернуть время вспять и воспитать тебя чуть иначе – цены бы тебе не было!»

«Ты же такая умная и предприимчивая, как ты могла допустить, чтобы тебя обворовали?»

На дне рождения: «Вот ты, конечно, молодец такая, многого добилась, конечно, не без моего скромного участия, помогаешь, но можно было бы почаще заходить, маму выгулять». То есть после такого поздравления чувствуешь, что без них ты ни фига не добилась и неблагодарная. В общем, в замешательстве, вроде ничего такого не сказала, а неприятно.

И тут надо поймать себя на разочаровании в себе и вспомнить, что было до этого, кто и что вам сказал. Ловите себя на желании что-то сделать, что вам было не нужно. И если вы поймали себя на таких мыслях после разговора, то вами манипулировали.

Определение манипуляции – это вид скрытого воздействия, когда вы делаете не то, что хотели или собирались делать. Вами управляют, вас контролируют.

И что делать? Во-первых, понять, что это манипуляция.

Во-вторых, не бежать и ничего не предпринимать. Дайте себе время и проанализируйте. Не сомневайтесь в своей красоте или компетентности.

В-третьих, сказать этому человеку и самому себе: «У меня нормальные ноги, про теломеры мне неинтересно читать. Я не считаю это недостатком». Громко скажите это хотя бы себе, чтобы мысленно выкинуть это из своей головы.

Желаю вам быть осознанными и не поддаваться на манипуляции. Больше о манипуляциях читайте в рассказе о Рапунцель.

Глава 6

Материнский инцест

Про сексуальное насилие матери мало кто слышал. Это тема еще более запрещенная, чем сексуальное насилие отца. Но случаи моих клиентов показывают, что это нередкое явление, которое часто замалчивается. Конечно, речь идет не о нормальных матерях, а о матерях с отклонениями.

Инцест – это сексуальный контакт между кровными родственниками. Когда это делают взрослые по отношению к детям – это является сексуальным насилием. Ребенок не может в силу возраста давать осознанное согласие, а взрослый, даже если и получил согласие от ребенка, может быть привлечен по закону к уголовной ответственности за это преступление. Хотя в дисфункциональных семьях такое насилие часто скрывается, детям запрещают об этом говорить. И преступник остается безнаказанным. Ребенок, как правило, забывает о том, что с ним произошло, чтобы не сойти с ума. Ведь другого выхода у него нет. Он не может уйти от родителей, он от них зависит.

Сексуальное насилие может быть контактным и бесконтактным. Контактное – это половой акт, вагинальный, анальный или оральный, а также петтинг, любые касания интимных зон жертвы, проникающие поцелуи в губы. Или фроттеризм, когда абьюзер трется о жертву своими интимными зонами с целью сексуального возбуждения. Неконтактное сексуальное насилие включает вуайеризм, когда абьюзер подглядывает за вами, как вы моетесь или раздеваетесь; эксгибиционизм, то есть демонстрацию абьюзером своих половых органов, а также показ порнографии, нежелательные разговоры о сексе, другие способы сексуального возбуждения.

Один мой клиент, страдающий сексуальной расторможенностью, постоянно хотел секса и донимал жену. Даже когда она только что родила, он требовал секса. Когда уставала с новорожденным ребенком, он не помогал, а требовал секса. А если она отказывала, он обижался, и жене легче было согласиться, чем объяснить, что она не может. Он хватал ее за интимные места в самое неподходящее время, что вызывало раздражение и отторжение. В итоге муж обвинял ее во фригидности, нелюбви и отвержении.

Этот молодой человек переживал постоянное сексуальное насилие со стороны своей матери с 8 лет. Когда мать развелась с отцом, то стала использовать сына как сексуального партнера. Она могла снять трусы и дергать его за половые органы. Она раздевалась и ложилась с ним в постель голая, заставляя раздеваться его. Мать прижималась к сыну и смотрела с ним вместе порнографию. Заставляла делать ей массаж спины, а в это время мастурбировала. Когда об этом узнала бабушка, она пожаловалась в службу опеки. Мальчика стали допрашивать, правда это или нет. Ребенок все отрицал. Это типично для жертвы сексуального насилия. Дети из чувства стыда и страха отказываются от первоначальных показаний и продолжают страдать. Мать запугивала сына, говорила: «Если тебя заберут в детский дом, то там тебя будут насиловать каждый день и никто тебе не поможет». Свои действия она, видимо, насилием не считала. Эти угрозы сильно испугали мальчика, и он говорил, что мама у него идеальная, и она его любит, и все для него делает.

Ребенку очень хотелось верить, что мама его любит. Сексуальный абьюз был единственным временем, когда мать проявляла доброту и нежность к сыну. Для него это была передышка после криков, оскорблений и побоев. В эти моменты он чувствовал тепло и близость. После своих развратных действий мать дарила подарки. Ему казалось, что это и есть любовь. И поэтому, когда он вырос, в своей семье он постоянно приставал к жене и совершал над ней сексуальное насилие. Для него это была любовь.

Сексуальное насилие мать может совершать не только над мальчиками, но и над девочками. Вот история клиентки пострадавшей от сексуально озабоченной матери.

«Решила написать историю про “любящую маму” или о том, как сексуальные маньяки делают из детей дебилов, брехунов, олигофренов и тех, кому нельзя никогда верить.

Когда мне было 4,5–5 лет, мама была очень любящей и ласковой, все разрешала, разговаривала со мной, катала на ноге, давала мерить свои наряды и туфли. Она вела себя так, что никто не сомневался в ее любви и самых лучших намерениях по отношению ко мне. Но все это было лишь “сахарным шоу”, бомбардировкой любовью с целью заманить меня в сеть и усыпить бдительность моего отца, да и всех окружающих, наверное… Как такая милая женщина может нанести вред невинному дитя?!

Но мой праздник жизни длился недолго. Позднее она уже прикрикивала и одергивала меня, критиковала. Дальше пошел дикий ор с матерщинной бранью, да такой отборной, что у меня катились слезы от этих слов. Ее это раздражало, и она начинала свирепеть от моих вопросов. За мой плач я получала: она материла меня и била скакалкой по всему телу. Я не могла плакать. Если плакала, то она лупила меня еще больше. А когда отлупит, заставляла становиться на колени и говорить ей, что я ее люблю. Она очень часто заставляла меня становиться на колени и говорить эти слова, а также просить прощения непонятно за что… за то, что я была ребенком. “Ты любишь меня???” – вопила она. – “…да люблю…” “Тогда обними маму и целуй крепко!” Я поднималась с колен и мокрым от слез и сопливым лицом прикасалась к ее противной ненавистной щеке. Все у меня внутри переворачивалось от отвращения – целовать и обнимать маму. Она была демоном во плоти. Она могла материть меня, когда у нее было плохое настроение, когда что-то не ладилось в шитье, на работе, с любовником, нищая подруга взбесит и тому подобное.

Но это все цветочки. Она каждый день раздвигала мне ноги на диване, звала своего брата или любовника, кто был под рукой, и они тыкали в меня, в вульву пятилетней-шестилетней девочки свои пальцы… свои мерзкие пальцы. Все это сопровождалось словами: “Смотри, какая красная, надо помазать кремом… глянь, глянь…” И она или дядя мазали мою вульву кремом. Затем туда закладывался огромный кусок ваты и я должна была ходить с ним и спать с ним.

Еще она или дядя нюхали мою попу. Если им не нравился запах, а он им часто не нравился, меня вели мыться. Но перед тем как помыть, дядя корчил свою мерзкую кривую физиономию, смеялся и приговаривал: “Фууу вонючка, вонючка, вонючка, хи хихихихихахахахахаах…”

Еще она сама заставляла меня нюхать Ее ВУЛЬВУ на предмет чистоты. Она раздвигала свои ляжки на стуле и говорила: “Ну иди глянь, надо маме помыться или нет, а то я не пойму, я не хочу, чтоб у меня пекла пися, я не хочу, чтоб она болела, иди понюхай, ближе, ближе же сказала!!!”

Так продолжалось несколько раз, пока я уже не начала рыдать и бояться ее только при виде того, как она собирается садиться на стул после мытья. Меня трясло и трусило, отвращение давило мне в голову… это было невыносимо.

Затем она придумала какой-то новый способ сна. Она укладывала меня спать с собой, будучи при этом без трусов, а мои ножки зажимала своими ножищами, так что мои были между ее ног очень плотно. Тогда я не понимала, для чего так она делает, она говорила, что мне так будет тепло!!! Но ночью я бывало слышала ее стоны, от которых я просыпалась. На мои испуганные вопросы она отвечала, что ей приснился медведь с зубищами и лапищами.

Однажды меня оставили на ночь у ее друзей. У них была дочка, почти моя ровесница, может, год-два разница. Мне тогда было 6 или 7. Нас положили спать вместе. Мы лежали и болтали. И тут я спросила у этой девочки: “А тебе мама, что, не нюхает попу перед сном?” Она ответила, что нет. Тогда я ей сказала, чтоб она понюхала мою, что моя мама и дядя нюхают мне попу каждый день, что так надо.

Я не помню, понюхала она или нет, но девочка пошла к родителям и рассказала им все. Мне устроили допрос с пристрастием. Мне стало так стыдно, что я не знала, куда провалиться. На следующий день эти друзья мамы сказали ей, что я ЗАСТАВЛЯЛА ИХ ДОЧЬ НЮХАТЬ МОЮ ЖОПУ!!! Что больше они не оставят меня у них ночевать.

Сколько издевательств я натерпелась в тот день и потом… Дядя насмехался в его манере – тыкал пальцем и оскорблял, называл извращенкой. Мама называла меня брехухой (ведь я тем людям сказала, что мне так делают мама и дядя) и извращенкой, олигофренкой и дебилкой…

Так вот, мама и дядя запугали меня до смерти ножом, чтобы я никогда никому ничего не рассказывала. И я боялась. А эти оскорбления продолжались все время».

Мать в данном примере страдает несколькими типами парафилий: педофилия, фроттеризм, эксгибиционизм. Она совершает и контактное насилие, и бесконтактное, совершает гомосексуальный контакт, который может повлиять на сексуальную ориентацию в будущем. Также ситуацию с дядями можно назвать групповым сексом, когда она привлекает к сексуальным действиям посторонних.

А в итоге, когда правда вскрылась, ребенка объявили дебилкой и извращенкой. Так часто делают педофилы-родственники. Сначала они развращают детей, а потом, когда дети начинают отыгрывать эти действия с другими, то обвиняют их. Называют испорченными, озабоченными, лживыми. И это двойное предательство. Те люди, которые должны заботиться о безопасности и благополучии, пользуются доверием невинного ребенка, предают, развращают и насилуют. А второе предательство – когда они выставляют ребенка виноватым за то, что натворили они.

Обвинение во лжи – это еще одна причина, по которой дети забывают о насилии. Педофилы внушают им, что ничего не было, что ребенок сам все придумал. У детей очень лабильная психика, и им легко внушать. Они начинают сомневаться в себе, они себе не верят и вытесняют воспоминания, травма падает в подсознание и разрушает личность и здоровье изнутри. Взрослый человек может не подозревать о причинах своих проблем. Хорошо, что эта девушка ничего не забыла, ее травму можно проработать и избавиться от негативных последствий.

Сексуальное насилие – это самое тяжелое насилие над ребенком по последствиям в будущем. Дети, которых используют сексуально, не понимают, что с ними делают, в силу возраста. Они путают секс с любовью. Они думают, что это норма, потому что с ними это делают самые близкие люди. Они не понимают, почему их осуждают, когда они делают то же самое с другими. Эти двойные послания, двойные стандарты сводят с ума.

Впоследствии могут быть психологические расстройства, такие как тревожность, депрессия, расстройства пищевого поведения, сексуальные нарушения, парафилии, чаще всего – пограничное и истерическое расстройство личности. Это то, что я наблюдаю у клиентов, переживших инцест в детстве.

Вот такой вопрос задала зрительница моего YouTube-канала:

«У моего брата жена целует в губы сына 15–16 лет, причем смотреть на это совершенно отвратительно, а еще ходит перед ним без лифчика. Теория такая: что “он все равно захочет посмотреть на женщин, пусть лучше на меня смотрит, чем в интернете на порносайтах сидит”. Что там еще за закрытыми дверьми происходит – непонятно. Это инцест?»

Это сексуальные действия – и контактные, и бесконтактные. Это совершенно ненормально, противоестественно. Это инцест. Мать не предотвращает его интерес к порно, а, наоборот, разжигает.

Сексуальные отношения могут продолжаться, даже когда ребенок уже взрослый. Это история девушки, которая попала в отношения с маминым любимцем.

«Попала в любовный треугольник “я – сынуля-маменькин пирожок – его мать Салтычиха”! Ощущения, как будто вошла в горнило ада… Мать постоянно говорит с сыном о сексе, напрашивается к нему в постель под разными предлогами типа в гостинице в одном номере давай жить, экономить. Разговаривает соблазняющим голосом. Сынуля, видимо, чтобы ничего не чувствовать в этом аду, выпивает регулярно… А я бегу, роняя тапки… На вопрос: “Почему ты продолжаешь с ней общаться?” отвечает: “Это моя мама, я ее люблю”… Нечем помочь…»

Мама соблазняет сына и соревнуется с его девушкой. Непонятно, есть ли у мамы с сыном физические сексуальные отношения, но даже в таком варианте – это инцест, то есть сексуальные отношения между близкими родственниками. А с другой стороны, мама сделала из сына мужа. Девушка – третья лишняя в их семейном счастье. Здесь все роли нарушены, все связи в семейной системе искажены и даже извращены.

В психоанализе такая привязанность сына к маме называется «эдипов комплекс» – сексуальные чувства к матери, желание на ней жениться и ревность к отцу, место которого он хочет занять. Это возникает у мальчика в возрасте от 3 до 6. Успешное разрешение эдипового комплекса – это признание мальчиком того факта, что муж мамы – это папа, а не он. Ребенок отказывается от конкуренции с отцом и выбирает его своим идеалом, подражает ему, идентифицируется с ним. И, с точки зрения психоанализа, можно было бы предположить, что вышеупомянутый «пирожочек» не решил конфликт с папой в борьбе за маму в детстве и как бы «женился» на маме.

Но эта концепция не берет в расчет развращающие действия со стороны родителей. З. Фрейд наделяет детей сексуальными чувствами к родителям как естественными чувствами, присущими детям. Я ничего естественного в этом не вижу и совершенно не согласна с интерпретацией Фрейда. Хотя у детей, действительно, могут быть сексуальные чувства, но не по отношению к родителям. Это противоречит законам природы. Это противоестественно.

У меня в практике таких случаев не было. Если и были сексуальные чувства клиента к родителю, то это результат совращения ребенка родителем в детстве.

И, конечно, этот взрослый сыночек-пирожочек неестественно привязан к своей маме: поддерживает с ней разговоры о сексе и пускает в свою постель, а девушка на вторых ролях. И я не думаю, что у него эдипов комплекс, скорее всего, мама совращала парня с детства. И первые сексуальные чувства он испытал именно к маме. Плюс материнская тирания и контроль.

И поскольку мальчик в сексуально-порабощенном состоянии с детства, то мама всегда выигрывает. У него не могут сложиться нормальные отношения с девушкой, он не может убежать от мамы: она ему и мама, и сексуальный партнер. И «сыночек-пирожочек» переживал и переживает насилие. Неслучайно он все это заливает алкоголем.

Если вы связываете судьбу с подобным «маминым пирожком», то прогноз очень неблагоприятный. А «пирожкам» я советую пройти серьезную терапию. Простукивания здесь не помогут.

Глава 7

Заботливая мать

Игнорирующая мать оставляет в душе чувство ненужности, недоверия. Но есть другой полюс – чрезмерно волнующиеся и заботливые мамы, которые своей заботой не помогают, а вредят детям. Это гиперопекающие матери, или «вертолетный родитель» (Helicopter parent). Они сопровождают ребенка на каждом шагу, следуют за ним везде, как на вертолете. Смотрят за ним, контролируют каждый шаг, подстилают соломку, не дают совершать ошибки и учиться на них. Забота “вертолетных” матерей порой превращается в насилие.

Мать душила меня своей заботой

«Мне 29 лет. Своя семья есть. Замечательный муж и два сына. Как только пообщаюсь с мамой, то чувствую себя маленькой, начинаю болеть и сутулиться. Моментально скукоживаюсь и говорю детским голоском. От этого всего до сих пор страдаю. Начинает болеть горло, спина, снова ухудшается зрение, насморк, какая-то чесотка, прыщи. Мне 29, а говорю и двигаюсь как ребенок. Мама тот еще нарцисс! С убивающей, просто убивающей опекой! До 20 лет меня не выпускали из дома, только на учебу. Мама шла по соседней улице, если я с девочками шла в кино! Мама сидела в зоне видимости меня, когда я ходила на речку! Страдаю от этого до сих пор. Чувствую себя инвалидом».

С виду это забота: кажется, что мама вовлеченная, участвует в жизни ребенка. Но все это потому, что мама не готова жить с собой, она не сепарировалась. И ребенок ей нужен как ощущение своей значимости, как ресурс энергии и как в будущем ее должник – потом за все свои усилия, о которых ее не просили, она потребует счет. Должок! «Я тебя вырастила, выкормила. Жизнью пожертвовала. Ты теперь должна быть рядом со мной». Это забота – манипуляция «Троянский конь» в долгосрочной перспективе. Подарок, который разрушает.

«Все детство только и слышу, какая я больная, вечно болею и все у меня болит.

В меня пихали еду, когда я плакала и давилась рвотой, давали подзатыльники, потому что “надо так есть, как я сказала”.

Нацепили на меня корсет, чтобы я не сутулилась, в нем было тяжело дышать. Я лежала на полу и плакала в панике, думала задохнусь, чувствовала себя собакой, а с меня все не снимали этот корсет.

Когда у меня росла грудь, она повела меня к врачу с истерией, что у меня ОПУХОЛЬ! Когда у меня были прыщи на ногах, она кричала, что у меня диабет! Я не ездила с классом на экскурсии, не дружила нормально ни с кем, не могла куда-то пойти. КАК только я вышла замуж, сразу же оказалось, что я здоровая и нормальная. Мучилась до института. А всего лишь надо было от меня отстать…»

Почему дети у заботливых матерей часто болеют? Потому что мать их душит своей заботой. Им нечем дышать, они в постоянном стрессе, поэтому они болеют. Мать не видит, что ребенок болеет из-за нее, считает, что он такой болезненный родился, и ее задача – героически ухаживать за ним. Так удобно – она сама сделала его больным, и сама лечит. Для мамы это смысл жизни – заботиться и ухаживать. Поэтому ребенок должен быть болен.

Такие дети не взрослеют, становятся зависимыми, не знают, как жить самостоятельно, они боятся принимать решения, делать выбор, потому что все за них решала мама. А мама это делала, чтобы оградить ребенка от внешнего мира и сделать своей собственностью. Это сценарный запрет – «Не взрослей». Мать может не осознавать, что хочет, чтобы ребенок оставался маленьким, слабым и больным, иначе ее образ великой заботливой мамы померкнет.

В нормальном развитии ребенок в 2–3 года становится относительно автономным, выходит из симбиотической связи с матерью. Он уже хочет все делать сам: передвигаться, есть, ходить на горшок, одеваться. Он как бы вылупляется из кокона маминого пространства и создает свою отдельную от мамы личность, свое «Я», выстраивает свою собственную границу. Ребенок хочет понять, кто он, что ему нравится, на что он способен. Но с «вертолетной» мамой этого не происходит. Слияние с матерью продолжается порой всю жизнь. Ребенок не может выстроить своих границ, его личностные границы размыты, пуповина не разорвана, а энергия по этой пуповине идет не к ребенку, а к матери. Вся его сила утекает к матери, а слабый ребенок находится в ее полной власти.

Это приводит к потере энергии, самооценки, чувству собственной беспомощности, несостоятельности, развитию тревожности, депрессии, зависимых расстройств личности.

«С моими детьми мать ведет себя так же, чего я, конечно, не могу вынести!!! Сын из-за нее заболел. Простуда. А она в глаза говорит: “У него ОТЕК ЛЕГКИХ!” (Я начала материться впервые.) Моему ребенку 3,5 года. Она за него вытирает слюни и кормит с ложечки, дуя на нее и стоя на коленях, непрерывно рассказывая сказки. Очень странно гладит его за попу, шепчет ему в ухо очень близко. Облизывает. Разрешает себя раздеть, приподнять бюстгальтер. А я только и делаю, что говорю: “не надо!” Пока я была в роддоме 3 дня, мой сын разучился одеваться, есть, даже играть и говорить! Лишь мычал, а через секунду ругался как нездоровый! Я в шоке!!! Не могу этого допустить. Были у нас уже серьезные ссоры, после которых я думала: “ну все, до нее дошло”. Но НЕТ. ничего не меняется с ее стороны. Я меняюсь благодаря психологам и вашему каналу».

Мать видит, что дочь – отрезанный ломоть, с нее ничего теперь не взять, и пытается устанавливать такую же симбиотическую связь с внуками. А еще у мамы, видимо, неудовлетворенные сексуальные потребности, и она пытается это компенсировать за счет маленьких детей, развращая их.

Не подвергайте детей такой опасности, не оставляйте их наедине с такой бабушкой. И сами вовремя сепарируйтесь от матери и восстанавливайте в себе свою личность, учитесь принимать решения, понимать, кто вы есть. Поймите, что вы не часть своей матери, не ее орган, не ее источник энергии. Вы отдельный человек.

Мама меня закармливала

А это история моей клиентки о том, как «заботливая» мама закармливает ребенка и чем это заканчивается.

«Мама проявляет любовь закармливанием. Это даже не любовь, а насилие на самом деле. И с детства меня сильно перекармливала. Если я говорила, что не хочу, она начинала говорить, что вот она умрет, тогда-то я пожалею, никто мне готовить не будет, и мне приходилось есть, еще и очень много сладкого, килограммами просто. Итак уже с детства у меня проблемы с едой, много лет переедания, потом анорексия, булимия, потом аллергия, вот только недавно, к 23 годам, научились есть то, что мне надо и сколько надо. А мама теперь закармливает моего мужа, когда мы приезжаем. И до такой степени, что ему легче давиться уже этой едой, чем пытаться отказываться. И, думаю, это вот основная причина моих проблем с ЖКТ. Плюс вечный стресс. Сейчас, когда живу в другой стране, у меня больше нет гастрита, панкреатита, холецистита, прыщей, больше не болит желудок, а дома каждый день были сильные боли. И сейчас, когда делаю техники, четко понимаю свои проблемы и откуда они идут. Вспоминаю события и случаи и их потом простукиваю. С едой я верила, что это любовь, сейчас после техник понимаю, что это насилие на самом деле».

Возможно, мама пережила голод в детстве и теперь кормит, чтобы заглушить свою тревогу. А может быть, она не знает, как по-другому выглядеть хорошей матерью в глазах других. У нее свои представления о том, сколько должен есть ребенок, и она следует им. Это забота о себе, а не о ребенке.

То, что делала мама, – это пищевое насилие, оно делится на два типа. Первый – это когда морят голодом, а второй – насильно заставляют есть. В данном случае это насильное кормление, и недооценивать его последствия нельзя. У девушки в результате закармливания появились болезни ЖКТ и расстройства пищевого поведения.

Мать использовала шантаж, чтобы заставить девочку есть, угрожала, что умрет. Шантаж загоняет жертву в тупик. Ребенок не может отказаться есть и не может продолжать есть. Конфликт двух полярностей делает ситуацию безвыходной. Появляется ощущение беспомощности, и, как следствие, приводит к депрессии. Эта девушка, кроме уже перечисленных проблем, долгие годы страдала депрессией и зависимым расстройством личности. При зависимом расстройстве человек не верит, что может существовать самостоятельно, боится принимать решения. Он не может сказать «нет», боится остаться без поддержки и испытывает трудности в выражении несогласия из-за страха потерять поддержку или одобрение. У этой девушки были все эти черты, и отношения с мамой были нездоровые, созависимые. Однако длительная работа над собой, проработка травм детства помогли исцелиться и построить более здоровые отношения с матерью.

Зависимость от матери

Одна моя клиентка с сильной зависимостью от гиперопекающей нарциссической матери сказала: «Я вижу себя маленькой девочкой, которая потерялась в большом городе, и никому нет никакого дела до меня».

Кажется, что мама всегда была рядом, заботилась, а на самом деле возникает ощущение себя никому не нужной девочкой. Она боится остаться без мамы, но и с мамой чувствует одиночество. Какой механизм у этой зависимости? Нарциссическая мать может быть отвергающей, а может быть гиперопекающей. И неизвестно, что хуже. Мать-нарцисс все равно не слышит и не чувствует ребенка и думает только о себе, о своих потребностях. За опеку мать требует послушания и служения. Опекающая нарциссическая мать не дает поддержку тогда, когда ребенок нуждается в ней. В своем горе, со своими проблемами он остается один на один. Никому нет дела до этих переживаний. Часто мать применяет газлайтинг: «ты голодная, иди поешь», «тебе надо это платье, а не то», «ты не хочешь читать, ты хочешь погулять». А когда вы отказываетесь и сопротивляетесь, вас наказывают, обвиняют или игнорируют.

Когда ребенок может и хочет быть самостоятельным, в поддержке не нуждается, то его опекают, наставляют и «поддерживают», но в действительности – контролируют и подавляют.

Даже когда вы вырастаете, эта гиперопека продолжается: «Я тебе принесла продукты, у тебя нет еды», «Давай я у тебя порядок наведу», «Я тебе постирала носки». Вы не можете отказаться, потому что мама обидится и тогда вас накроет ужас одиночества и брошенности. Страх настолько силен, что вы принимаете заботу мамы, чтобы не чувствовать этого ужаса. И вы благодарите маму за то, что вам не нужно, чтобы не обидеть ее.

Ненужная гиперопека создает иллюзию: «Обо мне позаботятся, меня не кинут, будут рядом, мне есть на что опереться». Эта мысль вызывает облегчение, приятные чувства. Гиперопека раздражает, но одиночество вызывает ужас.

В детстве это был механизм выживания – принимать гиперопеку, чтобы не умереть.

А сейчас, когда вы взрослая, вы видите, что на самом деле поддержки нет. Вам дают ложную и ненужную заботу, помогают там, где вы не просите, дарят то, что вам не надо. Вас не слышат, но «подкупают», лишь бы удержать около себя и продолжать вытягивать энергию. Но вы держитесь за иллюзию, что поддержка есть.

Вы выросли, вам уже не надо выживать, но маленький ребенок в вас боится оторваться и остаться один. И это понятно: этот страх возник очень рано, и поэтому он очень сильный.

Вы верите, что когда-то мама полюбит, услышит и по-настоящему поддержит, ведь были же моменты просветления. Но пришло время осознать, что поддержки все равно не будет. Надо самому себе стать родителем и освободиться от иллюзий и надежд. Дайте себе ту поддержку и любовь, которую ваш внутренний ребенок до сих пор ждет от мамы. Постепенно выращивайте опору в самом себе и становитесь бесстрашными. Когда это появится, вы сможете отказаться от маминой ненужной заботы, подарков, еды и не будете чувствовать страх маленькой девочки, заблудившейся в большом городе. Вы найдете людей, которые вас по-настоящему поддержат и поймут.

Мы соединены артериями

Гиперопекающие родители иногда так прочно соединены с детьми, что сепарация становится угрозой жизни.

«Я заметила, что мама и я – это один энергососуд, в котором мы соединены артериями, и если его разбить, кто-то умрет. Но именно так мы выживали в трудных ситуациях, переливая энергию друг другу… от осознания этого стало очень плохо и выходить из этого правда ужасно. Даже понимая, как дисфункциональна была моя семья, я до сих пор, живя уже отдельно, мыслями нахожусь с ней. Более того, что самое страшное, я не знаю кто я, что я люблю, как мне выстраивать свою отдельную жизнь. И я реально как будто один организм с матерью. А потому страшно становиться отдельным организмом – страх, что не выживу. Я бы сказала, что этот страх – что не выживу, – это последствие запугиваний. А запугивания делались именно для того, чтобы связь не оборвалась. Я как выжженная пустыня, у меня постоянно нет энергии, и я уже в полном психологическом тупике».

У этой девушки прослеживаются черты деперсонализации. В самых тяжелых случаях, когда забота сочетается с моральным и физическим насилием, это может привести к деперсонализации, когда происходит утрата собственного «Я». Человек диссоциирован, отделен от самого себя полностью или частично, он как бы не знает, это он или не он. Иногда видит себя со стороны, как будто он не внутри, а снаружи себя, смотрит в зеркало и не видит лица как целое, а только отдельные черты. Некоторые видят в зеркале просто лицо без черт или видят в себе другого человека. Одна клиентка говорила: «Я смотрю на свою руку и вижу мамину руку». Как будто в теле девушки живет не она, а ее мама, а сама девушка где-то на обочине. Деперсонализированный человек не знает, кто он, отчужден от своих чувств, от своих мотивов, желаний, не может воспринимать себя как целостного человека.

Так происходит, потому что мать размыла границы дочери, не отделилась от нее. Симбиотическая связь с матерью проникла во все сферы жизни, мать и дочка настолько переплелись внутренне, что появляется ощущение единого организма. Это как два дерева, ветки которых тесно переплелись. Они наклонены и опираются друг на друга. Если попытаться разрубить одним ударом, то оба дерева могут упасть. Может накрыть паника, депрессия. Это будет еще более травматично, чем быть в связке с матерью. Здесь надо быть очень осторожным и терпеливым: постепенно отделять свои ветки от материнских, строить свою личность, выращивать свой новый ствол, который будет сильным и устойчивым и на который можно опереться.

Начните узнавать себя, сделайте психологические тесты, спрашивайте друзей, какие у вас черты личности, какие способности, за что вас ценят. Пробуйте новые вещи и задавайте вопрос: «Нравится мне это или нет?» Именно мне, а не маме. Если возникают мысли о себе, задавайте вопрос: «Это мои мысли или мамины? Хочу я их думать или нет?» На моем канале можно найти много техник самопомощи по возвращению себя себе и плейлист «Любовь к себе». Можно использовать эти видео как дополнение к терапии. Самолечение в таких случаях настоятельно не рекомендую: могут быть обострения, с которыми тяжело справиться. При таком тотальном взаимопроникновении необходима длительная терапия и даже консультация психиатра. Дайте себе как минимум 5 лет на сепарацию.

Рапунцель: запутанная история

Это история о гиперопекающей матушке Готель и Рапунцель из диснеевского мультфильма «Рапунцель: Запутанная история» (США, Япония, 2010, Walt Disney Pictures, Walt Disney Animation Studios).

В названии есть слова «запутанная история» – и это неслучайно. Отношения между матерью и дочерью имеют множество переплетающихся связей. Это сказка, но в ней очень правдоподобно показаны типичные созависимые отношения между нарциссической матерью и дочерью. Мать опутывает дочь сетью манипуляций. Она не отпускает дочь от себя и не дает ей жить своей жизнью. Тут очень ярко и наглядно прослеживается, с какой целью нарциссическая мать опекает и держит около себя дочку.

Нарциссическая мать представлена в образе матушки Готель, что в переводе означает «приемная мать». Она растит неродную дочь Рапунцель, притворяясь родной матерью. Но такие же отношения могут быть и между родными дочерью и матерью. Эта история является историей успеха, потому что девушка порвала созависимые отношения с матерью. На этом примере можно показать стадии освобождения жертвы насилия, а также способы воспитания детей на этой сказке. Очень советую сначала посмотреть этот фильм, а потом читать интерпретацию.

Матушка Готель – это ведьма и колдунья, которая живет уже много сотен лет, искусственно поддерживая свою молодость. Она крадет принцессу Рапунцель прямо из колыбели, потому что у девочки исцеляющие волосы, способные продлить молодость. Готель демонстрирует много черт нарциссического расстройства личности. Это грандиозный образ «Я»: озабоченность фантазиями о красоте, зависть, презрение к другим, чувство собственной правоты, эксплуатации, манипуляции, требование особого отношения к себе, отсутствие эмпатии. Можно определить ее как соматического нарцисса, потому что она очень озабочена своим телом и своей внешностью. Кроме того, у нее ярко выражены черты психопата. По чек-листу психопата Хаера[6] я насчитала по крайней мере 22 балла из 40. Причем преобладают первичные (эмоциональные и межличностные черты) признаки психопата, грандиозное чувство собственной ценности, поверхностный шарм, патологическая ложь, манипуляции, эксплуатация в корыстных целях, отсутствие эмпатии, чувства вины и раскаяния. Она очень осторожна, контролирует и просчитывает свое поведение, чтобы добиться своих целей, однако есть и некоторые вторичные признаки психопата. Это широкий спектр криминального поведения: она совершила преступление – украла ребенка, держит его в неволе много лет, убила Флина, вовлекается в другие криминальные операции. Психопатов с преимущественно вторичными признаками часто называют социопатами. Но для матушки Готель больше подходит такое описание: хладнокровный, скрытый психопат. Она тщательно скрывает мотивы своего поведения, представляя ложную красивую картинку любящей заботливой мамы.

Рапунцель не знает, что она принцесса, а думает, что матушка Готель – это ее родная мать, которая ее любит, заботится и защищает. Они живут в высокой башне, и девочке запрещено спускаться вниз и общаться с другими людьми, ведь матери нужна ее сила почти ежедневно.

Чтобы легче контролировать и продолжать удерживать Рапунцель в башне, матушка использует двойные послания. Она заставляет девушку сомневаться в себе и подчиняться, например, упрекая ее в нерасторопности. Когда ведьма подходит к башне после своих вылазок, то она кричит: «Рапунцель, спусти свои волосы вниз». Хрупкая девушка вытягивает вверх такую тетю, больше и тяжелее себя, на своих волосах… Это очень тяжелая работа. А мать говорит:

– Рапунцель, должно быть так трудно делать это каждый день (поднимать на волосах) и ни разу не уронить меня.

– Ничего, мама, мне нетрудно, – девушка явно скромничает, не хочет расстраивать маму.

– Ха-ха, но тогда не понимаю, почему ты поднимала так долго?

И тут же смеется: «Да я пошутила!»

Двойное послание – похвалила и тут же унизила. Одно послание: «Ты молодец, выполняешь такую трудную работу каждый день», а второе: «Ты такая нерасторопная». Это манипуляция по типу «сделала добро – получи по шее, чтобы не зазналась».

Еще одно двойное послание. Мать, глядя в зеркало, где отражается и Рапунцель, говорит: «Посмотри, какая сильная, уверенная молодая женщина». Рапунцель думает, что это про нее, и радуется. А мать добавляет: «И ты тоже. Ха-ха». А увидев, что Рапунцель расстроилась, добавляет: «Да шучу. Что ты все так принимаешь близко к сердцу? Ха-ха!»

Вот такие «шуточки» типичны для нарциссической матери. Это сложная манипулятивная комбинация. Матушка заманила дочку в ловушку комплимента, а потом высмеяла. Сначала высмеяла за то, что та поверила в комплимент, а потом обвинила, что та обиделась. В итоге девочка получила двойной удар.

Все эти садистские манипуляции применяются, чтобы исподволь разрушить дочке самооценку и она не вздумала возомнить, что что-то стоит без матери, и сбежать.

Рапунцель очень хочет посмотреть на фонари в городе, которые она наблюдает из окна, и, волнуясь, говорит: «Мама, я хочу спросить…» Мать не хочет ее слышать, она устала. Эмпатии у нее нет никакой, и она полностью игнорирует дочь. Но свою цель она четко держит в голове и просит дочь: «Слушай, я так устала, спой-ка ты мне».

Рапунцель садится и поет, а мать на глазах молодеет. Девушка все-таки набирается духу и возвращается к своей просьбе, робко и неуверенно говорит:

– Мама, можно я пойду посмотреть фонари?

– Прекрати бормотать. Я ненавижу, когда ты бормочешь: бла-бла-бла. Это так раздражает. Я просто шучу, ты прекрасна. Я тебя так люблю, дорогая.

Мама дает дочке «комплиментный сэндвич» – позитивная оценка следует за негативной, или наоборот: сначала гадость, а потом комплимент. Сначала отвращение, неприятие дочери, а затем: «дорогая, я тебя люблю». Это опять же двойное послание: «Ты отвратительная, раздражаешь» – «Ты прекрасная, я тебя люблю». Чем опасны такие манипуляции с двойными посланиями?

Они создают когнитивный диссонанс, когда две противоположные идеи предъявляются почти одновременно и шокируют своей противоречивостью. Человек не понимает, чему верить: «меня унизили или возвысили?» Это вводит жертву в гипнотическое состояние. И в фильме мы видим, что девочка стоит в застывшем состоянии, она не понимает, что происходит. В этот момент человеку легко внушить все, что угодно.

Рапунцель просит мать отвезти ее в город и показать фонарики, которые зажигают в городе. Но мать боится, что девочка узнает об истинной причине фонариков, о том, что они зажигаются на каждый день рождения пропавшей принцессы, то есть самой Рапунцель. И тут же ведьма применяет газлайтинг: «Это звезды, а не фонарики!»

Но девочка уже достаточно большая и умная, может сравнивать звезды, которые появляются на небе каждый день в определенном порядке, и фонариками, которые зажигаются раз в год. И ее тут не загазлайтишь и не проведешь! Она начинает что-то подозревать. Появляются первые признаки осознанности.

Конечно, ведьма не хочет выпускать пленницу за пределы тюрьмы. А вдруг девочка узнает, кто она? Что она и есть та пропавшая принцесса. Или ее узнают другие люди по сходству с королевой. У нарциссической гиперопекающей матери в обычной жизни те же мотивы, что и у матушки Готель. Она не хочет, чтобы ребенок узнал о своих правах, о своих способностях, о том, что он умный, красивый, достойный. Мать препятствует встречам с другими людьми и дружбе, ведь тогда весь ее обман раскроется. Как матери удержать дочь? Начинается манипуляция на чувстве вины: «Ну вот, я знала, что такой день придет. Я знала, что ты захочешь покинуть меня».

Дальше идет запугивание, мать внушает, какой опасный мир: «Мир полон опасных и эгоистичных людей, которые только и хотят, что использовать твои волосы».

То есть то, что мать делает сама, она проецирует на других. И это служит двум целям: отвести подозрение в использовании от себя и опорочить других. Дальше идет газлайтинг в отношении образа «Я»: «Ты хочешь пойти в город. Посмотри на себя, ты хрупкая, как цветочек, ты же молодой росточек. Тебя сожрут живьем, ты такая наивная, доверчивая, ты не выживешь без меня».

Ведьма внушает принцессе, что она никто и ничто, что она слабая и беспомощная.

Многие клиентки с зависимым расстройством личности и симбиотической связью с матерью как раз и описывают подобные манипуляции матерей. Мать внушает дочери, что она ни к чему не приспособлена, слабая, беспомощная и без нее не выживет: «Ты без меня не справишься, ты ничего не умеешь». Автор фильма очень четко подметил все эти манипуляции и показал их через образ матушки Готель.

А потом колдунья бьет по внешним качествам девушки: «Ты такая неуклюжая, неаккуратная, грязная, плохо одетая, ты уже толстеешь».

Мать искажает девушке восприятие внешности. Это самый разрушительный газлайтинг по отношению к девушке, которая в самом своем цветущем возрасте только становится женщиной. Отношение к внешности – это фундамент самооценки, и через ее обесценивание идет серьезный подрыв самооценки. Девушки, которым матери внушают, что они некрасивые, становятся неуверенными в себе во всех сферах жизни. А ведь Рапунцель – красавица, тонкая и звонкая, чистая, очень умелая и ловкая. Мать же ей внушает обратное. Нарциссы обесценивают самые лучшие ваши качества из зависти, из страха, что вы возгордитесь и, не дай бог, уйдете от матери. Все, кому матери внушали, что вы некрасивые, вспоминайте о Рапунцель и не верьте. Вы красивые!

Готель обесценила внешность дочки, а сверху надстраивает свой авторитет: «Но мама знает лучше, что тебе надо. Не зря я тебя держу в этой башне – чтобы ты была в безопасности. Люди хотят воспользоваться твоими чудесными волосами. Не вовлекайся в драму, оставайся с мамой. Только мама любит тебя и понимает. У меня одна просьба: не проси меня выйти из башни. Я люблю тебя».

Это похоже на любовь «святой» матери к своему ребенку. Надеюсь, в данной сказке ни у кого нет сомнения, как «свято» любит ведьма свою пленницу. Любит как еду, как источник энергии и продления жизни. А ведь это примерно то, что чувствует в обычной жизни мать-нарцисс-психопат. Хотя, конечно, никогда об этом не скажет.

И опять мы видим двойное послание матери: «Ты плохая» – «Я тебя люблю». На первый взгляд, это манипуляция «комплиментный сэндвич»: сначала обесценивание, потом любовь, если только считать любовь и заботу мамы комплиментом. Но все гораздо завуалированнее. Любовь мамы – это не комплимент дочери, а, наоборот, еще более тонкое осуждение: «Ты такая плохая, НО я люблю тебя даже такую». Это она, великая святая мать, любит такую негодяйку, недоразвитую грязнулю. И это комплимент самой себе, она подчеркивает свою способность любить. Послание такое: «Ты такая недостойная уродина, что никто тебя не полюбит, кроме меня, потому что таких самоотверженных и великодушно любящих в мире нет» – очень популярная манипуляция нарциссов. Они опускают вас, делают из вас платформу для своего величия, встают на этот пьедестал и поднимают себя, становясь еще величественней и благородней. И так мать еще сильнее захлопывает двери тюрьмы зависимости. Жертва думает: «Меня никто не полюбит, кроме мамы. Я недостойна любви, а таких любящих и прощающих людей больше нет. Только мама меня будет всегда безусловно любить, и я должна всегда быть с ней в благодарность за ее святую любовь».

Мать говорит: «Я тебя люблю», а Рапунцель как загипнотизированная повторяет: «Я люблю тебя еще больше», словно пароль и отзыв, тайная перекличка. Соревнование за то, кто больше любит, продолжается, и мать отвечает: «Я люблю тебя больше всего». Мать, конечно, всегда выигрывает.

А напоследок Готель еще больше запугивает девочку: «Не забудь, а то пожалеешь. Мама знает лучше».

Эта гипнотическая речь, повторяемая на фоне когнитивного диссонанса двойных посланий, глубоко проникает в мозг ребенка, и он в полной власти мамы на долгие годы. Такие связи длятся до конца жизни ребенка, который порой наступает раньше, чем мамин.

Но Рапунцель оказалась не такой уж беззащитной. Когда в башню влез вор и преступник Флин (он же Юджин), Рапунцель защитила себя: сковородкой оглушила, связала и в шкаф посадила. Она справилась с Флином – сама в восторге от своей силы, ловкости и умения защитить себя. Она хотела доказать матери, что ее можно отпустить в город, она не беспомощная: «Мама, ты думала, что я слабая и не справлюсь…», но мать перебивает и слышать не хочет, о том, что она сильная. Она и в принципе ее не слышит, а уж о способности защищаться тем более не хочет слушать и твердит: «Дорогая, я знаю, что ты не справишься, ты слабая. Мы закончили разговор».

Очевидно, почему мать заканчивает разговор криком: «Хватит про эти фонари. Ты никогда не покинешь башню!» Если она согласится с тем, что девочка сильная, то потеряет ее, потеряет ресурс, шанс оставаться бессмертной. Подобные страхи и у нарциссической гиперопекающей матери: если ребенок уйдет, из кого ей качать энергию и деньги? Кто будет за ней присматривать?

Матушка Готель, устав от своих криков, падает в кресло и говорит: «Ну, конечно, теперь я плохая». Имеется в виду: «ну, конечно, ты, такая наглая, сейчас меня обвинишь».

Рапунцель стоит словно в рот воды набрав, мать всю драму сыграла сама с собой, сама от себя устала и обвиняет дочь. И здесь работает манипуляция «двойной удар»: наорала (первый удар) и тут же упрекнула за ее потенциальное обвинение (второй удар).

Когда девочка начинает прозревать, что делает ее любимая мама, она переходит на вторую стадию освобождения жертвы, когда осознания 50 %, а свободы еще 0 %. Всего таких стадий освобождения от домашнего насилия 5. Жертва в процессе повышения осознанности продвигается все выше и выше. На первой стадии жертва совершенно несвободна и не осознанна. Она не понимает, что она жертва, а думает, что она абьюзер. То есть она берет 100 % вины за плохое поведение тирана на себя. Конечно, ни о какой свободе тут не может быть речи.

На второй стадии появляются проблески осознанности, сомнения в своей вине, в искренности любви тирана, в оправданности его поведения. Но тут еще есть надежда, что динамика отношений изменится. Рапунцель еще не хочет убегать от матушки Готель насовсем, а хочет только посмотреть фонари и вернуться. Жизнь без мамы она пока еще не мыслит.

Рапунцель все-таки набралась смелости и вместе с Флином вышла из башни. Она впервые встала на траву, почувствовала ее, вдохнула запахи, зашла в ручей и почувствовала воду. Совершенно новые ощущения свободы, радости: «Я не могу поверить! Я сделала это!»

Она то плачет, то боится, то радуется. Одна полярность – «Я не могу поверить, что я это сделала, как здорово!», вторая – «Я не могу поверить, что я ослушалась, ведь мама будет в гневе, я ужасная дочь. Надо возвращаться, это убьет мою маму». Ее накрывает чувство вины, жалости к матери. Это тоже типично для дочерей нарциссических матерей – вина за свою самостоятельность и за свою радость. Для второй стадии свойственно думать, что виноваты в проблемах оба, ответственность – 50 на 50 %.

Флин успокаивает Рапунцель: «Ну, у тебя гиперопекающая мать, и ты протестуешь. Но это хорошо, это здоровый процесс, это так мы взрослеем. Убьет это маму? Конечно, убьет. Разобьет ее сердце? Конечно, разобьет. Но ты должна делать это!»

Вот такую терапию сепарации с матерью проводит Флин, и я в целом согласна с ним. В 18 лет ваши родители уже не имеют над вами ни власти, ни обязательств. Вы свободный, взрослый человек и имеете право жить отдельно и принимать решения сами, брать ответственность за свою жизнь. Вы не обязаны быть в зависимости от матери, иначе вы рискуете никогда не узнать, что такое жизнь и кто вы есть на самом деле…

«Это разобьет сердце мамы», – думает Рапунцель. Эта мысль невыносима, потому что мать всю жизнь внушала ей вину, но Рапунцель послушалась «психолога» Флина, очень уж ей хотелось увидеть летающие фонарики.

Она вырвалась в большой мир, встретилась со всякими трудностями и преодолела их. У нее появились друзья, она смогла постоять и за себя, и за других. Она даже влюбилась в Флина, хотя это было, конечно, лишнее.

Часто дети нарциссов и психопатов влюбляются в криминальные личности. У Флина тоже наблюдаются психопатические черты: грандиозный образ «Я», поверхностный шарм, забота о внешности, мечты о деньгах, о замке, манипуляции, обман. Но в этой красивой сказке о красивой любви мы такие детали упускаем как незначимые. А это ведь может влиять на выбор, если поверить, что такой преступник под влиянием большой любви может измениться.

Мама-психопат не захотела уступать дочку другому психопату. В лучших традициях мать подставила дочь: натравила на Флина его криминальных подельников. Все выглядело так, как будто Флин предал Рапунцель, и девушка, ужаснувшись его предательству, начинает сожалеть о своем смелом побеге. Она раскаивается, что ушла от матери, что не поверила в то, что мир такой плохой. Ведь мама говорила, что все хотят ее использовать. Рапунцель, полностью раздавленная и виноватая, возвращается в свою тюрьму, в башню.

Но в башне она вспоминает и обобщает все то, что произошло во время побега, и все больше осознает реальную картину. Она понимает, что люди ее любят, за пределами башни есть много хороших людей, мир не такой ужасный, как говорила мать. И самое главное, что она не слабенькая и беспомощная, а сильная и находчивая. Она может решать проблемы и может за себя постоять. Ее самооценка существенно выросла. Кроме того, Рапунцель стала анализировать и сопоставлять все факты: маленькая девочка на том портрете, который она видела на дворце, похожа на нее, фонарики она уже тоже где-то видела. И вдруг нахлынули ранние детские воспоминания, где она во дворце, в колыбели, и маленькие фонарики в небе. Вот почему она так любит смотреть на эти фонарики. Это было время, когда она была дома и ее действительно любили. И в честь нее эти огоньки запускали вверх. Все сложилось, и девушка осознала, что она и есть та потерянная принцесса.

Примерно то же происходит с дочками нарциссических матерей. Вырвавшись из дома матери, выйдя в большой мир, они постепенно начинают менять свое представление о себе: «Я, оказывается, не слабенькая, толстенькая, неуклюжая, грязная, как мама это пыталась описать. Я могу, у меня получается, люди меня принимают. Я достойна любви. Я вообще-то принцесса, а не неуклюжая замарашка». Очень важно иметь возможность физически отделиться от матери хотя бы на время, чтобы узнать, что есть другой мир.

Рапунцель думает: «Это я потерянная принцесса! Ты говорила, что надо опасаться мира, люди хотят использовать мои волосы, а опасаться надо тебя. Это ты использовала мои волосы. Я больше не дам тебе их использовать».

И это поворотный момент во всей истории. Происходит полное просветление. Девушка переходит на третью стадию освобождения жертвы. На этой стадии человек осознает, что он жертва: он не абьюзер в этих отношениях, а пострадавший. Это важный пункт – признать себя жертвой. Тогда вы понимаете, что плохое поведение тирана не ваша вина. Чтобы вы ни делали, как бы ни менялись, это не поможет. Тут Рапунцель полностью понимает, что Готель – это преступница, которая похитила ее и всю жизнь держала взаперти. После осознания себя жертвой пропадают страх, вина, стыд, появляется решимость защищаться. У Рапунцель пробуждается гнев и исчезает любовь. Это дает энергию бороться и не сомневаться. Идет отстаивание своих границ. На этой стадии появляются 50 % свободы, потому что происходит освобождение от иллюзий. Внутренне она уже готова сбежать, но еще остается во власти тирана.

Но тут ведьма убивает Юджина (Флина), который приехал спасать Рапунцель. Он отрезает ей волосы, зная, что без волос она матери не нужна. Колдунья превращается в старуху и падает из окна, разбивается и рассеивается в пыль, поскольку без энергии Рапунцель она не может поддерживать свою молодость и бессмертие. Волосы символизируют симбиотическую связь нарциссической матери с дочерью, пуповину, по которой энергия идет к матери.

Мать всегда внушала дочери, что без нее та не выживет, поскольку она слабая и неумелая, но на самом деле все происходит наоборот. Это мать не может жить без дочери.

Флин жертвует собой из-за любви. Парень ее так любит, что не дает ей исцелить его при помощи волос. Но девушка все равно его исцеляет другими способами, они воссоединяются с родителями и женятся.

Рапунцель перешла сразу на четвертую и пятую стадии освобождения жертвы. На четвертой стадии – 100 % осознанности, а свободы – 80 %. Человек физически разрывает отношения с тираном, но его могут мучать эмоциональные качели, сомнения в правильности действий и жалость к абьюзеру. В фильме это не показано, но, возможно, Рапунцель чувствовала вину за смерть матушки Готель или на нее иногда накатывали теплые чувства, ведь она ее вырастила, выкормила. Возможно, девушка сомневалась в жестокости и умышленности ее преступлений. Вот на эти чувства и уходят 20 % несвободы. Под воздействием этих чувств есть риск вернуться и попасть обратно в ловушку. У Рапунцель такой опасности не было – ведьма разбилась. И девушка перешла на пятую стадию полного освобождения, где 100 % осознанности и свободы. Надеюсь, дух колдуньи ее не мучал.

Что можно сказать о Флине? Он, по всей видимости, социопат. У него более выражены вторичные признаки психопатии, согласно опроснику Хаера, – это импульсивное и антисоциальное поведение. И менее выражены первичные признаки, то есть эмоциональные и межличностные черты: отсутствие эмпатии, раскаяния, патологическая ложь, намеренные манипуляции и пр. Социопаты могут быть романтиками, иметь привязанность к 1–2 людям и даже жертвовать собой. Психопат не имеет никакой привязанности, он действует из своей выгоды и холодного расчета: он позволил бы себя исцелить при помощи волос и убежал, не стал бы отрезать девушке волосы и спасать ее. Но Флин пожертвовал собой и спас Рапунцель.

В сказках и романтических фильмах и нарциссы, и психопаты, и социопаты всегда исцеляются от страстной любви, причем в считанные дни. В жизни этого не бывает. И этому надо учить девочек: смотреть с ними эти фильмы и объяснять, что могло бы быть с героями в реальной жизни.

Девочки смотрят такие фильмы и думают, что плохой парень может измениться, любовь совершает чудеса. Но социопаты не меняются, и семейного счастья с ними ожидать не стоит. Импульсивность, безнравственность, жажда острых ощущений, скорее всего, никуда не уйдут. Они все равно будут играть в игры с законом, рисковать, лишь бы получить острые ощущения. Иначе им просто скучно. Криминальные схемы, стремление ко все большей власти и богатству – наиболее правдоподобный сценарий развития Флина.

По большому счету, мечта Флина сбылась. Он теперь в замке, он принц. Все сказки кончаются свадьбой. А что происходит потом, никто не показывает, поэтому впадать в иллюзию под воздействием этой сказки не надо!

Из этой сказки можно вынести реалистичный урок: если вы находитесь в зависимости от гиперопекающей мамы, берите жизнь в свои руки. Постепенно выходите в мир, встречайтесь с людьми, пробуйте все делать сами. Докажите себе, что вы не слабая, не недостойная и не беспомощная, а сильная, достойная и самостоятельная!

Глава 8

Материнское пророчество

Часто токсичные матери говорят обидные вещи, проклинают детей, и эти пророчества начинают исполняться. Любая мать имеет на ребенка огромное влияние, потому что мать – это проводник в мир, и в детском уме у вас все равно есть образ мамы, которая знает, как лучше. Поэтому пророчества действуют как программы. Некоторые матери радуются: «Я же тебе говорила!» Но они путают причину со следствием. Это ее слова срабатывают как самореализующиеся пророчества, а не она пророк. Вот примеры таких пророчеств и рекомендации, как с ними справляться.

Пророческий сон мамы

«Эти “псевдомамы” еще включают часто пророков… Моя часто говорит: “А я вот сон видела… Ты заболела”, и что вы думаете… И я действительно заболевала. Она видела сон, что у меня что-то не получится. И не получалось… А ведь я легко программируемая ее словами… вгоняет их под кожу… А для всех она идеальная, еду мне передает, деньги. Сейчас пишу все это… трясет от злости и думаю: “пойду заблокирую ее номер навсегда”. Сейчас напишу это сообщение и буду его перечитывать, когда захочу разблокировать… Потому что такая боль сидит от написанного… За 30 лет накипело, и наконец увидела того израненного ребенка внутри себя. Спасибо всем, кто прочел».

Токсичная мать разрушает все границы, запугивает, произносит эти молитвы с матами и криками. У вас в этот момент отключается сознание и информация записывается на подкорку, и потом вы нехотя воспроизводите то, что она считает пророчеством. Это ваш страх, который держит вас в стрессе или заставляет сомневаться в себе. Поэтому вы заболеваете и у вас что-то не получается. Поймите, что она не предсказала все это, а «накаркала»!

Кот Пашка

«И смех и грех) Взяла я с улицы кота, очухался он и выздоровел. Пришла мама и занудила: “Отдай мне Пашку”, отвечаю: “Не отдам, это мой кот”. – “Ну отдай его мне!” – Говорю: “На улице полно таких пашек, возьми себе любого”. – “Нет, я хочу именно Пашку”. Требовала себе этого кота, вконец замучила его, затискала. Попросила оставить в покое: захочет – сам придет, чтоб погладила. Ответ: “вот какая ты ревнивая! Никогда замуж не выйдешь!”»

Мама все перевернула, обвинила дочку в своем грехе. Сама позавидовала дочке, что у нее котик, а потом вывернула это как ревность и стала ее программировать на то, что замуж она не выйдет.

Что делать в таких случаях?

Надо сразу громко и с напором произнести альтернативную фразу: «У меня идеальный характер, и я выйду замуж, кругом полно предложений. А ты сейчас меня запугиваешь, поскольку завидуешь и манипулируешь, чтобы я отдала тебе кота. И останешься без кота».

Стрижка

«Когда мне было лет 15, у меня были длинные тонкие волосы темно-каштанового цвета. Мне очень они нравились, и я не хотела их обстригать. Наоборот, хотелось их отращивать примерно до пояса, но мать это не устраивало. Где-то весной она сообщила, что хочет подстричь меня, на что мне хотелось возразить. Я пыталась ее уговорить оставить мои волосы в покое, но она была непреклонна. В конце концов, когда она сказала мне о том, что я не личность, что у меня своего мнения быть не может и мне нужна эта стрижка, я расплакалась и ушла в комнату. В тот день почувствовала себя таким ничтожеством. В итоге из комнаты не выходила вплоть до вечера. А когда меня подстригли, произошло что-то странное: каждый раз, когда мои волосы росли, я обстригала их. С одной стороны, хотелось их отрастить заново, но меня что-то останавливало, и даже если я делала какие-то маски для их роста, все равно, когда волосы подрастали хоть на сантиметр, брала в руки ножницы. Ведь и теперь хочу их отрастить, но боюсь, что, когда они подрастут, мне снова захочется их отрезать, как будто мне не дает что-то или кто-то решить, как мне выглядеть. И теперь думаю, как помочь себе в этом?»

Почему так происходит?

Здесь может быть несколько объяснений. Мать в подростковом возрасте внедрила вам такую программу: «У тебя нет своего мнения, и ты ничего не решаешь». И теперь мамино решение продолжает действовать. В определенный момент оно включается, и вы их отрезаете, даже когда не хотите. Это как информационный вирус.

А с другой стороны, возможно, вы хотите сами отрезать волосы, чтобы мама не отрезала вам их насильно и вы не испытали бы унижение.

Как избавляться от этих информационных вирусов?

Я советую избавляться простукиванием, применять технику эмоциональной свободы. Вспомните всю ситуацию, все мамины слова, опишите ее, какие чувства были в тот момент, ощущения в теле. И простучите все это. Отдельно сделайте простукивание на тему «Почему я режу волосы?» Задавайте этот вопрос и проговаривайте все возможные ответы. Самый эмоционально заряженный ответ, возможно, и есть причина. Это может быть такой ответ: «Я режу волосы, чтобы мама не отрезала», «У меня нет своего мнения, и я делаю то, что сказала мама». Пробуйте разные варианты. И в процессе вы поймете, как эта программа действует. Так вы удалите заряд и освободитесь от ее «заклятия», найдете все чувства, мысли.

Бог тебя накажет

«Мне с детства мать говорила: “уйдешь от меня – бог накажет. Заболеешь”. Особенно если у меня все хорошо и все удачно. Я чувствую, что все так быть не может. Значит, надо заболеть. Иногда мне кажется, что и я не смогу. И всегда все будет плохо. Но потом думаю, что большая часть уже пройдена. Начинаю простукивать и медитировать, думать о своих мечтах, например, в Испанию съездить, собаку завести. И становится легче, и отпускает. И собираюсь на терапию, как стабилизирую финансы, самой все это не разгрести на 100 %. Но после всех этих кризисов у меня большое понимание и сочувствие ко всем, кто не смог и остался в такой созависимости. Это ужасно. Сколько знаю, у детей таких матерей уже в 20 куча проблем со здоровьем. А матери “скачут”, полные энергии и сил».

Это история моей клиентки. Девушка использовала много техник самопомощи, ходила на групповую терапию и избавилась от материнских пророчеств, хотя некоторые еще ее настигают. Это процесс небыстрый. Наберитесь терпения и делайте простукивание.

Сделайте себе сами позитивное пророчество.

В расслабленном состоянии сознания проговаривайте, какой вы хотите видеть свою жизнь. Говорите о себе в настоящем времени, как будто это уже происходит, и пытайтесь прочувствовать. Запрограммируйте себя на хорошее. Мать над вами уже не имеет никакой власти.

Без меня ты умрешь. Кому ты нужна?

«Моя мама всю жизнь, как себя помню, пророчит, если я ее не послушаю: “Будет плохо”, “не повезет”, “ничего не получится”… А последние годы уже вообще говорит: «Да без меня ты умрешь, кому ты нужна?.. и т. д.» То же касается и еды. Мы должны кушать и пить то, что ОНА считает правильным (она у нас ярый фанат народной медицины). И вот когда мы дома протестуем, ее прорывает на пророчество: «Заболеете, как всегда» (бывает в год один раз, как у всех), «Вечно болеете», «Рак заработаете и умрете». И ВСЕ ЭТО МАМА. И до недавнего времени я думала, что это норма.

Очень хорошо, что вы поняли, что это не норма. Также хорошо, что вы сопротивляетесь. Представляйте вокруг себя оболочку – как светящий кокон. А мамины слова отскакивают от вашей оболочки, как об стенку горох. Неверие – это лучшая защита от пророчеств. В тех культурах, где не верят в порчу, сглаз и прочее колдовство, пророчества и проклятия не действуют только потому, что люди в это не верят. Берите с них пример и говорите смело и уверенно: «Вранье, вранье». Делайте крест глазами, как бы зачеркивая ее слова.

Мать напророчила смерть

«Мне навнушала токсомама, что я безалаберная, никчемная, ни на что в жизни не способная. После, когда она узнала про мой первый секс, то “напророчила” одиночество и что такой “порченный товар” теперь никто замуж не возьмет. Обесценивала все мои идеи и достижения. И вот по итогу я мама-одиночка, которая зависима от других. Раньше было такое чувство, что умру, если меня бросит любимый человек, и все адекватные мужчины сбегали! Либо оставляли любовницей, чтобы тешить свое самолюбие. А последние пророчества были уже на смерть! Она мне в дорогу сказала: “А вдруг ты не вернешься обратно?” (несколько раз закрепила фразу “НЕ ВЕРНЕШЬСЯ” для верности). И вот мы по пути попали в аварию, чудом остались живы!!! Наверное, моя молитва богу перед отъездом помогла… А после аварии она меня бросила с грудным ребенком в состоянии шока и сотрясения мозга, прекрасно зная, что врачи запретили кормить грудью после антибиотиков, зашивания моей головы и пр. Она в день, когда я чуть не умерла, пришла и сказала: “Раз ты считаешь, что я тебе желала зла, то считай, что у тебя больше нет матери, и не обращайся ко мне ни по какому поводу!” Это было очень жестоко! Но и это стало моим самым главным уроком на всю жизнь! В этот день я не только чудом выжила, но и распрощалась с иллюзиями на ее счет! Ведь по сути матери-то у меня и не было с самого раннего детства, только что родила…»

Вот это к вопросу о святости матери, о том, что с мамой надо налаживать отношения. С такой матерью, которая просто желала смерти дочери, а потом самоустранилась, надо налаживать отношения? Скорее всего, это пророчество было сказано в ответ на какое-то непослушание, и мать включила программу уничтожения: «не хочешь мне служить, умри».

Как получается, что пророчества матери сбываются? Это не мама ясновидящая, а мать встраивает такую мысль в мозг, как чип с программой на смерть. Когда мать такое говорит, то она вас как бы эмоционально убивает – вы перестаете управлять своим вниманием и действиями. Вы ведете машину в состоянии тревоги и ожидания самого плохого, объем внимания сокращается, и вы можете пропустить важные сигналы.

Или вы начинаете думать: «За что мама меня так ненавидит? что я такого сделала?» Вы чувствуете вину и неосознанно переходите в режим самоуничтожения.

Если вы пассажир, то можете утратить бдительность, не обратить внимание на состояние водителя. Такое случается, когда вы садитесь в рейсовый автобус, то есть у вас нет выбора. И эта программа действует на энергетическом уровне.

Но не надо пугаться, все можно исправить.

Что делать, если такое происходит? Лучше в таком состоянии не садиться в машину или, если вы за рулем, остановиться в безопасном месте и простучать – проговорить несколько раз фразы матери. Сделайте упражнение «Возьми свое, отдай мое»: отдайте ей ее пророчество назад в виде образа и скажите: «Я отдаю тебе назад твое пророчество. Это не мое, это твое. Я отказываюсь его принимать и верить в это. Ты не имеешь на меня никакой власти. Я отменяю твои слова. Я защищена светлыми силами. Я буду жить долго и счастливо. Жизнь любит и поддерживает меня». Обращайтесь к тем силам, в которые верите. Это может быть Бог, ангел, высшее «Я», сказочный герой и т. п. Главное – убрать страх и почувствовать любовь к себе. Ваша любовь вас защищает.

В данном случае обращение к Богу помогло. При молитве вы переходите в особое состояние сознания, включается режим надежды, ваше пространство очищается, плохие слова покидают вашу психику и воронка негативных событий раскручивается в обратную сторону, становясь воронкой позитивных событий.

Не давайте матери власть над своей жизнью. Если есть возможность, то в ответ на ее пророчество сразу говорите вслух прямо противоположное утверждение: «Со мной все будет хорошо, я буду жить, у меня все получится». Причем говорите уверенно и громко.

Если не можете при ней, то говорите сами себе. Делайте движения глаз, это быстро перерабатывает заряд и отменяет программу.

Родовая программа «Запрет на успех»

Анна работала по моему курсу «Трансанализ» и написала такой комментарий:

«В последней медитации “Театр” у меня случилось то, что, честно говоря, меня очень напугало. (Медитация “Театр” в трансанализе – это упражнение, где, как в театре, вы смотрите спектакль своей жизни, ее прошлое, настоящее и будущее). Все было хорошо и светло во всей медитации, кроме как с 2 до 7 лет, там стало очень темно. В эпизоде “через 5 лет от этого времени, где я сейчас” я добилась успеха и признания и нашла единомышленников в творчестве, а вот через 10 лет я увидела себя в одиночестве в богатом особняке, рядом со мной две белые собаки, и у меня не было обеих ног по колено, они были ампутированы. Я сидела на инвалидном кресле.

Я вспомнила, что в детстве мама наказывала меня за успехи в школе и конкурсах и ненавидела меня за это, просто уничтожала. И, видимо, у меня грандиозный успех связался с грандиозным наказанием за него.

Я также вспомнила, что у моей прабабушки по маминой линии были под конец жизни ампутированы обе ноги. Также мама рассказывала, что прабабушка не любила мою маму и меня, так как ее сын (мамин отец и мой дедушка) был счастливым в семье, а ее дочь (дедушкина сестра) не была счастливой, там у них все были алкоголиками и хуже, и прабабушка завидовала нашей линии. Когда она умирала, мне было 2 года, и я и мама были рядом с ней, она очень извинялась перед смертью за то, что нас ненавидела. Это мне недавно рассказала мама, но дальше я уточнить у нее не могу, так как мама нарцисс и я уже полгода с ней не общаюсь.

Может, эти вещи как-то связаны между собой? Очень похоже на то.

Если честно, я немного напугана и в шоке.

Я выписала все это, и простучала, и переписала историю, что мама меня хвалила и любила за успехи и что за наградой следует следующая награда, и переписала тот эпизод через 10 лет так, что я здоровая и целостная физически, психологически и духовно. Скажите, пожалуйста, все ли я правильно сделала, чтобы это исправить, или, может, еще что-то надо сделать?»

Надо еще простучать страх остаться без ног, который появился в медитации.

Здесь мы видим семейную программу наказания за успех. Это системная ошибка рода. Мать не проклинала и не пророчила, но это было до нее в предыдущих поколениях. Тема зависти и наказания за успех началась еще раньше, до прабабушки, и передается по роду.

Возможно, прабабушка тоже считает себя наказанной за успех, а не за ненависть к маме Анны. Ведь ноги – это возможность идти по жизни и добиваться успеха.

И это хорошо, что Анна увидела это все в медитации, это диагностика.

Что можно сделать? Лучше всего работать с психологом, который разбирается в семейных системах.

Самостоятельно, как Анна правильно сделала, надо простукивать страх успеха, страх наказания за успех, а также провести исцеляющий диалог с мамой. Для этого не обязательно встречаться, это можно сделать как визуализацию. Сесть, расслабиться и представить маму. Мысленно ей сказать: «Я сочувствую, что твоя бабушка ненавидела твоего отца и тебя за то, что вы были более счастливыми. Но мне очень обидно, что ты отыгралась на мне. Я – это не твоя бабушка, я твоя дочка. И я отдаю тебе запрет на успех».

Разотождествляйтесь с бабушкой, говорите: «Я не моя бабушка (имя). Я другой человек. У меня своя жизнь».

Потом проведите мысленный диалог с прабабушкой: «Ты моя прабабушка, а я твоя правнучка. Я тебя вижу и помню. Спасибо за жизнь, которая пришла через тебя. Из любви к тебе я взяла на себя страх успеха. Но это не мой страх, а твой. Я отдаю тебе вину и страх за успех, это не моя вина, не моя ноша. Я всего лишь маленькая девочка. А ты большая и знаешь, что с этим делать».

Представьте в медитации, как предки забирают свою ношу, свою проблему, потому что они хотят, чтобы род продолжался и процветал. Попросите их благословение и разрешение на успех.

И через 2 месяца опять проведите медитацию и посмотрите на изменения. Если в этой картине останутся негативные чувства, снова простукивайте.

Также надо простучать период с 2 до 7 лет: что темно, плохо. Возможно, придут воспоминания, с которыми связана темнота.

Никогда не выйду замуж

«В моем случае думала, что никогда в жизни не выйду замуж, мне это не положено, что-то со мной не то. Мать, конечно, всегда критиковала и высмеивала, говорила (у меня был лишний вес: весила 68 кг в 16, но она тоже так весила, даже больше, но она была бесподобная, а я отстой): “Ты кусок сала, обмотанный материалом”, “ты никогда не выйдешь замуж”, “вот эта подруга личность, а ты ничто”, “вон та женственная, а ты что?”, “вот та подруга хорошая, а ты шлюха” (у меня совсем не было интима, и долго, но она позволяла себе меня оскорблять).

В результате при виде парня я в молодости цепенела, краснела, стояла как вкопанная. Мне нравился один парень, а я не могла подойти и заговорить. Когда он решил ближе подойти – я расплакалась. И не подпускала, так как считала себя чудовищно ужасной. Помню, соседи говорили: “Она не выйдет замуж никогда – сильно забитая”. Зато моя мать – невеста номер один, все ей и для нее, бабушка ей подпевала под аккомпанемент».

Мамины обесценивания внешности и пророчества надо простукивать и переписывать. Напишите противоположные фразы о себе и читайте их на ночь: «Я смелая и красивая, я яркая личность. Меня полюбит хороший парень, я достойна семейного счастья, я выйду замуж очень удачно». Так все и будет. У меня есть книга «Как зажечь звезду любви». Эта книга – тренинг по созданию гармоничных отношений.

Мать навела на меня порчу

«Мать выкрала мой детский фотоальбом и наводила на меня смертные порчи на кладбище. Я после пропажи фотоальбома стала у сестер спрашивать. Они не брали, да он им и не нужен. получается, что, кроме мамаши, никто взять не мог. я знаю, в какой тумбочке он в доме сестры (нашем бывшем отчем доме) всегда лежал, мамаша оттуда забрала свои фотоальбомы и, видимо, мой тоже прихватила, но в наглую утверждала, что типа она его не брала. Потом я узнала, что она делала на меня порчу.

После этого она мне смерти в лицо пожелала и при этом еще перекрестила и пожелала в могиле сгнить. Как раз в это время фотоальбом пропал, со мной через несколько дней несчастный случай произошел, потом давление скакануло выше 200, потом на день почки отказали, 3 раза я была на волосок от смерти после ее проклятия. Тогда я и поехала к целительнице, она мне и сказала, что эта тварь через мои фотки на кладбище на меня колдует, потому за такое короткое время (1 месяц) я 3 раза была на грани смерти. И тогда эта целительница мне все порчи и проклятия сняла, поставила защиту, я к ней 3 раза ездила. Я еще 40 дней святую воду пила и в церковь ходила свечи ставить. Слава богу, потом несчастья прекратились. А с матерью у меня теперь пожизненный бойкот.

Да и моего отца тоже в могилу свела. Всегда ему смерти желала и абьюзила его по-страшному, а он семью содержал и дом построил. В общем, он стал пить, а жизнь покончил самоубийством за 2 дня до моего восемнадцати-летия, перед этим он мне отдал все свои денежные накопления и сказал, чтобы я их мамаше не отдавала. Я тогда не поняла, зачем он мне деньги отдал, а когда поняла, было уже поздно. Я после проклятия матери сказала, что она в аду гореть будет. уверена, что именно так и будет!»

Есть такие матери, которые не только проклинают в сердцах, но и специально колдуют, делают профессиональные порчи. Поскольку в нашей культуре люди в это верят, то такое колдовство может подействовать. Порча – это своего рода чужеродная программа, которую человек посылает как мыслеформу для дистанционного разрушительного воздействия. Пойти к целительнице, может быть, и помогает, потому что вы видите, что профессионал делает какие-то манипуляции. Вы ему доверяете, появляется надежда и уверенность, но я была бы осторожна с целителями. Многие из них действуют не в ваших интересах, а в своих. Говорят вам, что на вас порча, то есть вас запугивают и тем самым наводят порчу, а потом сами ее и снимают.

Я предлагаю над этим поработать самостоятельно. Это можно сделать при помощи простукивания, автоматического рисунка и медитации. Лучше всего делать за один сеанс все 3, на это может уйти 2 часа.

Простукиванием вы убираете эмоциональный заряд из слов матери, прорабатываете страх смерти, страх, что порча подействует. Когда заряд уйдет, слова не будут влиять на вас. Простукивайте такие слова: «Мать навела на меня порчу, она желает мне смерти. Мать меня ненавидит, она хочет, чтобы я умерла. Я боюсь, что ее порча подействует».

Автоматический рисунок помогает вывести на бумагу из себя чужеродную программу. Возьмите лист бумаги и карандаш. Настройтесь на чувство страха и волну ненависти от матери и начните рисовать без всякого анализа и без плана. Просто водите ручкой по бумаге. В процессе автоматического рисунка придут новые идеи, чувства, отмечайте их и продолжайте. Рисуйте в том темпе и с таким нажимом, как вам хочется. Это может быть штриховка или зигзаги, неважно. Обращайте внимание на ощущения в теле, эмоции, концентрируйтесь на них и рисуйте. Потом возьмите карандаш в другую руку и продолжайте то же самое. При этом могут возникнуть другие чувства и другие мысли, потому что левая и правая рука связаны с разными полушариями и по-разному обрабатывают информацию. Возможно, вы увидите какой-то образ в ваших каляках.

Во время проработки профессиональных порч обычно появляется сильная зевота, некоторые вообще засыпают. Но постарайтесь оставаться в сознании. После того как закончите, сфотографируйте то, что получилось на листке. Потом можно будет проанализировать и увидеть еще какие-то образы. В процессе рисования вы выводите программу из себя на бумагу. И теперь пришло время от них избавиться. Этот листок порвите и выкиньте, а лучше всего сожгите со словами: «Я снимаю с себя эту программу». Подробнее об этом методе читайте в моей книге «Как зажечь звезду любви».

После этого сделайте медитацию на защиту, представляйте вокруг себя купол голубого света или золотую сферу. Или найдите другие медитации в интернете. Скажите себе: «Я защищена от воздействия матери». Под конец мысленно поставьте между собой и матерью высокую белую стену.

Такие упражнения делайте 10 дней подряд.

Тогда никакие порчи и проклятья, пророчества матери вам не страшны. Помните: вы хозяин своей жизни, а не ваша мать. Вы можете взять свою судьбу, здоровье и счастье в свои руки и никогда ей не отдавать.

Глава 9

Последствия насилия в детстве

Дети, пережившие насилие в детстве, страдают не только в детстве, последствия детских травм тянутся за ними по жизни в виде болезней, психологических расстройств, неудач на работе, проблем в отношениях. Насилие матери особенно разрушительно. Ведь мама, которая дала жизнь, разрушала ее каждый день. Это истории, рассказанные жертвами токсичных матерей, о том, какие проблемы они приобрели в результате насилия.

Я не могу почувствовать любовь

«Я не могу почувствовать любовь, я не верю, что меня можно любить. Мой старший сын для меня – желанный ребенок, но, когда он родился, я не понимала, как его любить?! Все ли правильно?! Люблю ли я? Он, конечно, получал от меня, жалею об этом жутко… Второй сын уже не очень. Орала?! Конечно, орала и лупила. Но пару шлепков, и все. Останавливалась. Плакала. Сейчас стыдно за себя. Старший мне выговаривает о ситуациях между мной и им в детстве. Я его лупила и ругала. Но я так уставала. Буквально просто душа с телом расставалась… Сейчас я при каждом его упреке прошу у него прощения».

Неудивительно: вас не любили и не научили любить. Дети, пережившие насилие, не умеют любить своих детей, поэтому круг насилия повторяется. Они делают то же самое со своими детьми, что делали с ними.

Но, если вы сами проработаете свои травмы и свою вину перед детьми, вы им поможете. Иногда с детьми и работать не надо, достаточно только поработать с матерью, с ее детскими травмами, и это помогает даже ее взрослым детям. Мать лечится, а жизнь детей улучшается.

Когда вы работаете со своими чувствами страха, вины, обиды на мать, эти облака страданий уходят и из вас, и из вашего ребенка.

«Жизнь я очень люблю. я думала, что зря я родилась, наверное. Но каждый раз, вдыхая чистый воздух, смотря на голубое небо, лаская животных и получая простые жизненные радости… Я балдела от того, что жизнь обожаю!!! Обожаю жить!!! Я стараюсь жить. Если бы я сейчас встретила себя маленькую, то взяла бы себя на ручки. Сказала бы много ласковых слов и целовала. Зацеловывала бы…»

У героини очень сильные ресурсы, несмотря на насилие, у нее есть желание жить, есть смысл жизни. И это самое главное. Значит, она сможет освободиться от этого багажа и быть счастливой и здоровой. Полюбив себя маленькую, вы сможете научиться любить себя настоящую и любить других людей.

«В 16 лет пошла работать и ушла в барак жить, в жуткие условия. Общалась с матерью, конечно, но не жила, иногда ночевала. Рассказываю о себе потому, что тяжело. Хочется рассказать… рассказываю и становится легче, но не очень. Переполняют эмоции, плачу от жалости к себе. Сейчас уже 10 лет не общаюсь с ними. Не звоню, не вижу, не знаю. Сколько раз начинала разговор матерью о детских обидах, мягко сказано… но она как под гипнозом: “такого не было, ты брешешь”. У меня проблемы с желудком и кишечником с раннего детства. Тошнота и рвота были даже в школе и детском саду. В переходном возрасте лежала в больнице».

Обычно дети, жертвы насилия, часто болеют, страдают проблемами с ЖКТ. Это то место, где хранится страх. Но могут быть и другие нарушения: кожные, сердечные, простудные, проблемы с горлом, щитовидкой, ушами и многие другие. Это реакция организма на постоянный стресс, в котором живет ребенок.

Очень важно поверить себе и все вспомнить. Когда вы говорите и рассказываете другим, вы начинаете больше доверять себе, своим чувствам, начинаете больше осознавать, что это действительно было. Клиенты, которые вели дневники в детстве, имеют большие преимущества, они больше верят своим воспоминаниям, и это очень помогает терапии.

Даже после насилия и ежедневного избиения восстановиться возможно, для этого надо проработать детскую травму. Лучший способ работать с травмой – это терапия по методу многократного проигрывания. Посмотрите об этом методе на моем канале в плейлисте «Кризисная терапия».

Страх жить такой жизнью и страх менять жизнь

«Лет с 5 испытывала ненависть к бабушке и дедушке, терпеть их не могла. Вроде и скучала, когда их не было дома, но, когда они возвращались, мне хотелось убежать. Потом то же самое случилось с матерью: я перестала любить мать. Она использовала то, что я ей рассказывала, против меня. Иногда поддерживала, но в большинстве случаев просто обесценивала меня и унижала.

Отец тоже сдержанный и эмоционально холодный. Я была очень спокойным ребенком, достаточно закрытым, никогда не могла и не могу защищаться.

Училась на пятерки, потому что всегда боялась мать. я жила в вечном страхе, что она будет кричать. Перед школой вся тряслась, к ее окончанию заработала гастродуоденит.

Сейчас я поступила в мед и уехала в другой город. теперь у меня открылись глаза, что с самого раннего детства я жила в страхе, вечной вине и вечном стыде, потому что меня никогда не принимали такой, какая я есть. В итоге я до сих пор не могу принять своего детства, потому что мне кажется, что все наказания были заслужены, что я действительно была ребенком с “плохим характером”».

Эти закрытость, ожидание обвинения и низкая самооценка могут указывать на тревожно-избегающее расстройство личности, когда человек пребывает в постоянной тревоге сделать все не так. Может быть, этот страх и привел к гастродуодениту. К признакам тревожно-избегающего расстройства относятся избегание профессиональной деятельности, где надо вступать в контакт с людьми; сопротивление новой деятельности, лишь бы избежать позора; нежелание вовлекаться в общение с людьми, если нет твердой уверенности в хорошем к себе отношении; страх критики; страх отвержения в социальных ситуациях; страх быть опозоренным или высмеянным; застенчивое поведение в новых отношениях; чувство неадекватности. У таких людей образ «Я» характеризуется как социально некомпетентной, непривлекательной личности, посредственности, ниже других.

«6 лет хожу по психотерапевтам и чувствую, что живу не своей жизнью. Учиться не могу совершенно, целыми днями сплю, организм бастует против такой жизни. Мед был моим выбором, но такое ощущение, что навязанным. Не мое. А что-то менять – страшно. А жить своей жизнью – страшно. И с такой же силой страшно упустить собственную жизнь и еще столько же лет, но этот страх себя, некое отвержение атрофирует все побуждения уйти от того, что меня убивает».

Этот страх может быть связан со страхом быть обвиненной, верой в свою никчемность: «Что начинать? Все равно ничего хорошего не сделаю». В этом случае поможет терапия детских травм, проработка ситуаций насилия. Именно там, где мать позорила, стыдила, обвиняла, обесценивала, била, появилось чувство неадекватности.

Клаустрофобия

«Я не могу ночевать одна в квартире. А не так давно вообще даже днем не могла находиться, паника начиналась. Меня в детстве так закрывали одну. А один раз в 4 года мама взяла меня на работу к себе и меня заперли одну в комнате в старом здании. Мне тогда казалось, что я там замурована навечно. Кричала тогда, билась об дверь. Когда меня наконец открыли, мама и какой-то мужчина смеялись надо мной с издевкой. Никто не пожалел, не посочувствовал. И до сих пор у меня этот страх оставаться одной именно в квартирах и комнатах.

Когда делала простукивание на этот случай, откуда пошла эта проблема, то плакала очень сильно. А это мучительная проблема, потому что я не могла жить одна. Это клаустрофобия. А потом уже после простукиваний и 9 гамутов я вспомнила, что это не единичный случай. Меня так часто маленькую запирали одну. И это даже была форма наказания моей матери. игнор или вот хлопнуть дверью, запереть и уйти часов на 10.

Однажды у меня был бронхит, лет в 9. она сказала, что это меня бог наказал, наорала на меня, что я ей порчу жизнь, что я плохой ребенок и поэтому болею и раздражаю ее своим кашлем, хлопнула дверью и ушла. Пропала, не сказала куда. И я одна лежала в темноте. казалось, что умираю. И до сих пор я примерно то же самое чувствую, когда надолго остаюсь одна в квартире или доме. И это тоже как ловушка. Ведь куда я от нее денусь, если я не могу одна жить, боюсь замкнутого пространства, темноты, не уверена в себе?»

Страх замкнутого пространства – это клаустрофобия. Ребенок один в комнате, не может выйти, не может убежать. Это сильная травма. Поскольку травма была не единичная, а мать продолжала ее бросать и закрывать и днем и ночью, то сюда присоединился страх темноты, страх быть одной. Все это – последствия жестокого отношения матери.

Я ничего сама не могла делать

«Мама была в детстве очень заботливой. Она все делала за меня, и если я что-то делала, то выхватывала и все переделывала, а меня ругала. Когда я перестала что-то делать, она ругала, что я лентяйка и ничего не делаю. Когда я вырвалась от матери, я не умела готовить и решать элементарные бытовые проблемы. Я не знаю, как я от нее ушла, просто чудом вырвалась. Я училась, как готовить, убирать, стирать по видео на YouTube».

Гиперзаботливая мать в действительности заботится о себе, чтобы дочь от нее не ушла. Забота матери делает девушку неспособной позаботиться о себе и жить самостоятельно, но она нашла выход и научилась всему сама.

Я не могу родить

«Мне 39 лет, я москвичка, замужем, детей нет. Также я дочь нарциссической матери. Вся моя жизнь – это череда каких-то невообразимых испытаний, страданий, депрессий. Очень долгое время я не осознавала, что проблема лежит в моем воспитании и в отношении с матерью. Я считала, что это мне так не повезло, что я вот такая плохая. очень многие годы я жила с большим чувством вины. Год назад на сроке 27 недель мне пришлось прервать беременность по причине нарушения кровотока к ребенку (нарушение маточно-плацентарного кровотока 3-й степени). Это событие послужило началом терапии с психологом. Ровно год я ходила на консультации каждую неделю и на очень многие вопросы стала смотреть под новым углом. Я впервые задумалась над тем, почему я так себя ощущаю, откуда эти депрессии и чувство никчемности. От психолога я услышала слово “нарциссизм” и стала читать много статей на эту тему, смотреть видео. Таким образом, я обнаружила понятие “нарциссическая мать” и узнала о ее влиянии на своих дочерей.

Сейчас я уверена, что до тех пор, пока я не найду себя настоящую, не закрою эти отношения с матерью, я сама не смогу стать мамой. У меня было уже 3 неудачных беременности, вторая – в прошлом году, третья – неделю назад, замершая на сроке 7 недель. Врачи обследовали меня с ног до головы – все показатели в норме, они разводят руками и говорят, что не могут найти причину проблемы. Я очень хочу стать мамой, очень хочу исцелиться от яда, который в меня влила моя собственная мать, хочу быть счастливой, найти призвание в своей жизни, хочу просто дышать полной грудью.

В моем детстве мать вела себя как классический нарцисс. спасибо за видео, они мне наконец дали возможность понять, что же все-таки происходило. Ведь я просто всегда считала, что у матери плохой характер. Сколько я себя помню, она меня всегда критиковала. Причем критиковала все: как я одеваюсь, как я сижу, как я пишу, как я хожу.

Я помню, что в первом классе, когда мы только учились писать буквы в прописи, она говорила мне, что у меня руки-крюки, что я бездарь, что буду работать на помойке, дворником. Я и правда в это верила. Мы жили на первом этаже, и прямо под нашими окнами была мусорка. я смотрела на этого грязного человека в жилете и прямо-таки панически боялась оказаться на его месте.

Еще она меня постоянно со всеми сравнивала, и, конечно, не в мою пользу. Мне нужно было одеваться как Настя, вести себя, как Люба, учить то, что учит Маша и т. д. Меня как личности с самого детства не существовало.

А еще она меня била. Кричала, угрожала, запугивала. Била она меня ремнем и палкой. Когда дело доходило до рукоприкладства, отец пытался меня защитить, но она кричала ему: “Сейчас и тебе врежу, скотина!”»

Еще одна из сторон матери – это постоянные насмешки надо мной, обесценивание в присутствии других людей. Когда мне было уже лет 13, она могла запросто спросить перед моими друзьями, надела ли я подштанники, или сказать с ухмылкой что-то типа “да, в этой шапке ты как чучело”. В такие моменты я испытывала стыд, злилась на нее, но тогда у меня абсолютно не было понимания, что она это делает специально. Я считала, что у нее такой характер.

Из своего детства я не помню ни одного счастливого момента со своей матерью. Я никогда не испытывала к ней любовь, только страх и ненависть. С отцом другая история – у меня много хороших воспоминаний, но, к сожалению, он не смог противостоять матери. она всегда подавляла его, он много пил, потом болел.

Все это не прошло бесследно для моего здоровья – в 13 лет я заболела анорексией, а в 19 у меня диагностировали аутоиммунное заболевание – гипертиреоз».

Проблема бездетности жертв токсичных матерей – это довольно распространенное последствие насилия. Некоторые женщины, жертвы жестоких матерей, осознанно не хотят рожать, а у других не получается. Возможно, причины в глубине подсознания. В терапии мы пытаемся найти эти причины и удалить из них эмоциональный заряд. Причины могут быть такими:

1. «Я буду такая же, как мать, буду мучать ребенка. Мне его жалко, я выбираю быть чайлдфри».

2. «Если я рожу, то мать придет и будет манипулировать мной».

3. «Мать будет издеваться над моим ребенком так же, как и надо мной».

4. «Мать уже настроилась забрать мой материнский капитал».

5. «Я ненавижу маленьких детей, как мать ненавидела меня».

6. «Мать сказала, что я буду плохой матерью. Я не хочу быть плохой матерью».

7. «Мать все время рассказывала, как больно и ужасно рожать и растить ребенка. Я боюсь этого».

Меня часто обвиняют в том, что я говорю о токсичных матерях, тем самым разрушая семьи, семейные ценности и ухудшая демографическую ситуацию в стране.

Понятно, что это пишут сами токсичные матери, от которых сбежали дочери из-за их насилия. И хочется таким патриоткам ответить: женщины не хотят рожать не из-за меня, а из-за вас. Они прошли через ад насилия и не хотят такого же для своих детей. Я лишь показываю им, почему они не хотят или не могут рожать. Когда женщина осознает, что с ней произошло в детстве, и прорабатывает травмы, то ее семья (она, муж, дети) укрепляется, репродуктивные способности усиливаются, методы воспитания улучшаются, а соответственно, улучшается и уверенность в себе как матери. В итоге семья укрепляется и демографическая ситуация в стране тоже улучшается. Так что давайте не путать следствие с причиной и смотреть на себя.

Ступор перед работой

Дети токсичных матерей часто сталкиваются с проблемами на работе, особенно когда продолжают жить вместе с матерью. У них нет сил и нет мотивации, нет энергии, потому что всю энергию у них забирает мать.

«Когда садилась делать заказ, мама просто начинала из кожи вон лезть, лишь бы как-то помотать нервы, хотя мне нужно было сосредоточиться. Зато потом, когда я получала деньги, говорила, что если бы она меня не пинала и не понукала, то я бы ничего не сделала. Хотя она только повышала тревожность, напряжение и стресс, она еще и осмеливалась приписать себе заслуги! После каждого заказа я проходила через выгорание от высокого уровня стресса и долго потом не могла решиться взяться за новый заказ. Даже начала хитрить и не сообщать маме, работаю я или просто для себя рисую – выглядит же одинаково. Вот только теперь страхи проработать надо, потому что ступор перед работой».

Мать всячески мешает в работе, а потом обесценивает те усилия, которые тратились и на работу, и на борьбу со стрессом. Мать приписывает все заслуги себе. В итоге работа не получает позитивного подкрепления: нет радости, нет чувства победы, остается только глубокое истощение. Ступор перед работой – это и есть страх, что все повторится снова.

Диссоциация

Это история моей клиентки, девушки с тяжелой формой диссоциации, которая включает в себя деперсонализацию и диссоциативную амнезию. Деперсонализация выражалась в том, что девушка не ощущала себя собой, она видела в зеркале вместо лица кусок мяса, не понимала потребности своего тела, не знала, что чувствует. Она ощущала себя как будто не внутри себя. Частичная диссоциативная амнезия проявлялась в провалах памяти. В момент жестокости матери сознание отключалось и эпизод стирался из памяти. Кроме психологических проблем, у нее есть серьезные проблемы со здоровьем.

«Мать меня все детство лечила. Она часто колола мне антибиотики многоразовыми шприцами. Я орала и рыдала от боли. Она меня била и орала, чтоб я заткнулась. Но помню я мало. Сознание выключалось. Например, упала кастрюля с кипятком, которую она приготовила, чтобы делать ингаляцию. Кастрюля упала сама. Я ее не трогала. Да и сейчас, если логически подумать, как я могла горячую алюминиевую кастрюлю в четырехлетнем возрасте взять и уронить? Мать влетела в зал и орала на меня благим матом. Все. Я дальше ничего не помню. И вообще ничего не помню: ни последовательность событий, ни когда я очнулась и пришла в себя.

Такие провалы постоянно. Потому что она постоянно орала на меня, обвиняла, придиралась, выворачивала все ситуации наоборот.

В детстве это был постоянный разрыв связей. Они с бабкой знали, как я люблю всех животных и забочусь о них. Однажды новорожденных котят утопили в помойном ведре, которое стояло на кухне. Они там дохлые плавали, и я вынуждена была туда ходить в туалет, потому что это единственное место, куда все ходили в доме… был один туалет на улице и далеко. Это жесть. Мне сложно описать чувства, когда очень жалко беспомощных котят, они там испускают пузыри, а потом я должна туда ходить в туалет. Полный бред и жестокость.

Как-то я подобрала собачку и мать не пустила ее в дом в сорокаградусный мороз. она была в заброшенной холодной будке, и я все время металась по дому, сильно просила, чтобы она разрешила взять ее домой. А когда разрешили, было уже поздно. Она умерла на моих руках. я рыдала и до 40 лет чувствовала себя виноватой. Но это я помню…

Я не помню, когда она орала, била меня. Я отключалась. Потом помню, что я рыдала взахлеб без остановки. Тогда мать брала меня на руки типа успокоить. Я этот момент помню. Но тогда у меня возникало непонимание: зачем надо мной издеваться, бить, а потом жалеть? И потом я опять отключалась.

Про пищевое насилие – тоже в основном в отключке. Это все уходило в подсознание. Я до сих пор не могу восстановить питание. Сейчас стараюсь кормить себя нормально. Но в какой-то момент могу сорваться и просто забыть про еду и не есть. А часто просто хочу есть, но тело как парализовано: не могу встать и приготовить себе или сходить в магазин, просто нахожусь в каком-то оцепенении.

В детстве вдруг как-то я очнулась на том моменте, когда мать раздражается, что у меня вши, больно мне выковыривает их, со злобой и раздражением. Потом мое сознание пропадает. Потом помню, что она говорит, что подстрижет меня налысо. Я не хочу. Но мое сознание пропадает, я ничего не помню. Мне плохо от этой идеи, но я ничего не могу поделать. Я не помню, как я ходила лысой. Помню, что бабка и мать смеялись надо мной. Все – у меня полное затмение. Потом очнулась, когда у меня волосы были со стрижкой, как у мальчика. Опять они смеялись, что я похожа на мальчика. Я потом опять в отключке.

Помню больше летних фрагментов, когда у меня была возможность пойти в огород или сесть на крышу дома одной, наедине с природой. Я хорошо чувствовала природу: небо, любила солнце, облака, воздух. Общалась с ними. И это я помню хорошо.

В садике тоже было постоянное затмение. Меня все время переводили из садика в садик и часто оставляли ночевать там, потому что некогда было забирать. Мне так было плохо и одиноко. Потом сознание отключалось. Например, я помню один момент, когда всех детей разобрали, а за мной никто не пришел. Один пустой садик. Сознание отключается. Дальше ничего не помню. Не помню, как я засыпала, спала и просыпалась, и следующий день, и потом ничего не помню. Наверное, от сильной боли выключалось сознание.

Таких ситуаций было много, они были постоянно.

Как-то в терапевтической группе, вспоминая детство, я периодически выключалась.

Этой осенью, в очередной раз задумываясь, почему я легко поддаюсь на манипуляции и не понимаю, как люди манипулируют мной, я решила сама изучить манипуляции. Увлеклась видео с разборами фильмов, где рассматривали манипуляции. Я сейчас точно не помню. Помню, что в какой-то момент разбирали словесные манипуляции и я наконец-то услышала себя и поняла, что я, когда разговариваю с сыном, говорю обесценивающие фразы, хотя я не хочу его обесценивать, а хочу позаботиться о нем, а речевые обороты-то от бабки и матери (((Я помню, что какое-то время я вообще молчала от осознания. Потом училась выражать свои мысли и чувства другими, правильными словами. Правильными, то есть чтобы мой смысл и слова совпадали.

Сейчас я уже в более-менее трезвом восприятии (после терапии) наблюдаю за матерью. Вот, например, вчера мы 2 велосипеда отогнали на подкачку колес. Поставили на парковку на минут 10. А потом я села на свой велосипед и чуть не упала: он не ехал, что-то произошло, я не могу понять. Оказалось, она сбила мне все скорости. Когда она ставила свой велосипед рядом, нажала на все мои ручки со скоростями. Она прекрасно знала, что так делать нельзя, но сделала. Как всегда выражалась бабка, “как «вредитель”».

Когда я вслух сказала: “что с цепью? я не могу ехать?” Она тихо сказала, что трогала мои ручки с тормозами.

Она сейчас слабо себя чувствует и поэтому смогла это сказать. Раньше, когда она была в своей силе, она орала и все отрицала. Например, однажды я купила фотоаппарат. А потом обнаружила, что корпус поврежден. Я спрашиваю: “что с фотоаппаратом?” А она орет: “откуда я знаю!!!” Я говорю: “ты его уронила?” Она агрессивно все отрицала. И так было всегда. А вчера она первый раз тихо сказала, что, возможно, она трогала ручки. НО она не профан в велосипедах: у нее самой хороший современный велик и она прекрасно знает, за что браться нельзя».

Мать этой девушки – психопат и садист. В детстве она залечивала девочку и делала болезненные процедуры и уколы, хотя можно было давать таблетки, топила котят. Ее садизм с возрастом не прошел, а проявляется теперь в таких мелких пакостях, как переключение скоростей на велосипеде. Хотя эти пакости не такие и мелкие – дочка могла упасть с велосипеда.

Для детей, переживающих жестокое насилие, диссоциация – это защитный механизм, чтобы не чувствовать эту невероятную боль. Ребенок не может выйти из ситуации, он заложник матери-садистки, и поэтому он диссоциируется, ментально выходит из ситуации, отключается от своих чувств и все забывает. Эта девушка уже проделала большой путь в преодолении диссоциации и научилась осознавать свое тело, потребности в еде, в отдыхе. Она отслеживает, как ею манипулируют, и уже может защищаться. Понемногу диссоциация превращается в ассоциацию, когда разные части психики, которые когда-то рассыпались на мелкие куски, начинают собираются в одно целое, в одну неделимую и сильную личность.

Это тело не мое, а мамино

Когда вы переживаете насилие в детстве, у вас нет никаких прав: ни на пространство, ни на имущество. Мать говорит: «Здесь ничего твоего нет». Нет права выражать эмоции, боль, нет права даже на свое тело. Вот история девушки, которая осознала, что боится даже распоряжаться своим телом.

«Я не принадлежу сама себе. Мать имеет безграничную власть надо мной, никто меня не защитит от нее, я никому не нужна. Я абсолютно одна в этом мире. В детстве у меня был сломан нос. Меня ни к одному специалисту не водили по этому поводу. Хотя, как позже узнала, ситуация была критичная и операция, в том числе и пластическая, была прямым показанием, и сделали бы бесплатно. Мне же внушалось, что это стоит непомерно больших денег, что и квартиру продать не хватит, что, “когда вырастешь, заработаешь сама и сделаешь” (я всю жизнь дышала одной ноздрей, и то на половину, со всеми вытекающим последствиями, такими как гипоксия и прочее).

В 21 год с носом ситуация ухудшилась, я попросила родителей помочь финансово. Родители сделали все на свой манер, чтобы сэкономить. В итоге операция прошла неудачно, нос так и остался кривой, и это бросается в глаза до сих пор, с дыханием тоже не наладилось. После той операции, во время которой я чуть не умерла, мне было сказано, что повторная операция может с большой долей вероятности стоить мне жизни. Боюсь ее делать до сих пор. Однако я поймала себя на мысли, что не столько боюсь за жизнь, сколько распорядиться “маминым” телом. Говорю про свое собственное тело, которое тоже ощущаю не своим. Я как скромный гость живу в собственном левом плече. Остальное не мое – остальное мамино, не сметь распоряжаться».

Такое отношение к здоровью ребенка называется «медицинский неглект». Родители не потрудились даже узнать о том, что есть возможность бесплатной операции. В итоге у девушки серьезные проблемы со здоровьем и ощущение, что ее тело – вовсе не ее. Это тело должно служить маме, поэтому она даже операцию не имеет права сделать.

Мать хочет отправить в психбольницу

Токсичная мать своим насилием разрушает психику ребенка, а потом сама обвиняет его в сумасшествии и отправляет лечиться в психбольницу. Вот примеры таких случаев:

«Меня мама объявляла сумасшедшим и действительно отвела в психбольницу. Потому что меня трясло от страха перед ней. Я просто бился в истерике от этих двойных посланий или газлайта, от физического насилия, полного отсутствия сочувствия».

«Меня мама в детстве водила на прием к психиатру и всегда грозила запихать в психушку, а я очень боялась. Сама сделала меня беспомощной, не приспособленной к жизни, а потом сама говорила, что недееспособных держат в психушке. “Ты сумасшедшая, родственники запихают тебя пожизненно в психушку и отберут квартиру”. Я под этим страхом прожила и до сих пор живу с мамой. Раньше боялась от нее уйти, теперь не знаю, как от нее избавиться, но все равно страшно.

Как-то я рассказала маме, что у меня депрессия и бессонница, а также расстройство пищевого поведения и корни этого в детстве, потому что она меня била и орала. Мама сказала: “Ну что ты придумываешь? сколько можно уже сочинять? у тебя было отличное детство, мы все делали для тебя. Ты просто такая родилась чувствительная. Тебе надо к неврологу. Нечего ходить к психологу, он тебя настроит против родителей, а родителей надо прощать, и тогда ты станешь здоровой. Сходи попей таблеточек, будешь менее чувствительная и простишь родителей. Иди в церковь, тебе батюшка скажет, что надо почитать родителей”».

Почему дети страдают депрессией, диссоциацией, тревожностными расстройствами, ОКР, расстройствами личности? Это результат детской травмы. Но не все видят связь между детством и своими психологическими проблемами и думают, что они психически больные.

Почему вы этого не видите? Маленькие дети склонны оправдывать родителей, потому что иначе им не выжить. Стокгольмский синдром (теплые чувства к насильнику) есть у всех детей по умолчанию: лучше любить тиранов, так хотя бы будет не так больно.

Другая причина – вы ничего не помните из своего детства, у вас еще с детства включился защитный механизм, частичная диссоциативная амнезия, при которой все плохое стирается. Или вы помните насилие, но считаете это нормой – все же так живут.

Вам говорят, что вы во всем виноваты, и вы начинаете чувствовать свою вину, обвиняя себя в чувствительности и сумасшествии, поэтому так истерите или находитесь в депрессии, поэтому у вас деперсонализация и вы вылетаете из тела… Поэтому у вас протесты и взрывы, и вы принимаете таблетки или соглашаетесь на психиатрическую больницу в надежде, что вас исправят. Но надо идти к психологу и работать с детской травмой.

Нарциссичные родители ведут детей к психиатру или неврологу, потому что они боятся психологов. Ведь тогда правда про них откроется. Они подавляют ребенка, говорят, что этого не было, или обесценивают: «Ничего страшного я с тобой не делала. Ты знаешь, как меня били? Меня били каждый день, есть не давали, а у тебя хлеб на столе каждый день», «Ты был неуправляемый, ленивый, порочный, я из тебя лень выколачивала», «Если бы я тебя не держала в ежовых рукавицах, ты бы стала гулящей девкой. А так ты медалистка».

Если мать знала, что ее дочку насиловал отец, она не хочет, чтобы та вспоминала и упрекала в том, что мать не защитила ее. Потому что тогда придется разводиться с кормильцем. Ей лучше сказать, что ничего не было, и надо дать ребенку таблетку, и пусть вся память сотрется. А отец тем более не хочет, чтобы дочь вспоминала, это же опорочит его, и он готов даже применить электрошок или сделать своей дочке лоботомию, лишь бы «отключить мозги».

Они совершали насилие в детстве, а теперь продолжают совершать медицинское насилие, чтобы вы не опозорили их и не догадались, что это они виноваты.

Если вы живете с такими абьюзерами, не берите на себя вину, не отрицайте и не обесценивайте то, что было в вашем детстве, назовите это правильно – это было насилие. Это ненормально. Против вас было совершено преступление.

Когда вы примите эту правду, вы начнете «ассоциироваться», соединяться с собой, возвращаться в себя.

Хотя в этот момент вы можете почувствовать сильную боль. Но через боль вы станете более здоровым.

Глава 10

Прощать, выживать или уйти

Надо ли прощать мать?

Если ваша мать – «святая» и вы пережили насилие в детстве, встает вопрос, продолжать ли общение с матерью или разрывать отношения. Это трудный вопрос, и у меня нет однозначного ответа.

Многие психологи советуют простить и забыть. Благодарить маму за жизнь, за то, что вырастила, любила как могла, найти к ней подход, несмотря ни на что. «Подумаешь, критикует, будьте выше этого и не обращайте внимания. Пока у вас отношения с мамой не наладятся, ваша жизнь не изменится». Но не всегда такие советы приводят к хорошим результатам, а часто даже к трагическим.

Например, одна клиентка после тренинга «Радикальное прощение» простила маму, и у нее произошла тяжелая диссоциация. Мать в детстве била ее каждый день, при этом унижала и обесценивала. Мать умерла, но обида осталась. Психолог сказал, что это детская позиция – нести в себе обиды и обвинять маму за свое детство. Надо вырастать из коротких штанишек и становиться взрослым, простить маму. Девушке стало стыдно, что она такая инфантильная и непрощающая, и она попыталась простить маму. После прощения весь мир как будто погрузился в серый туман, а она чувствовала себя как за стеклом и не могла войти в контакт с миром, сидела дома, никуда не выходила, работать не могла, энергии ни на что не было. Это очень тяжелое состояние – диссоциация, выход из реальности. Диссоциация часто сопровождается депрессией, что и произошло у этой девушки.

Люди, пережившие жестокое насилие, воспринимают советы простить как дополнительное насилие: «Я должна все забыть, должна скрутить себя в бараний рог и простить маму». Жертва погружается в то детское состояние, где ее били и не давали защищаться. Она не может это вынести, отсюда и диссоциация – ощущение, что все нереально или в тумане, то есть используется тот же механизм, что и в детстве.

Для жертв насилия в детстве предложение простить – это обесценивание их страданий. То, что они пережили, ничтожно по сравнению с подвигом великой матери, которая родила их и вырастила.

Кроме того, они чувствуют вину, что они не как все люди, не могут отпустить обиду. В результате погружаются в депрессию с потерей смысла жизни и суицидными мыслями.

Поэтому психологам я крайне не рекомендую давать советы простить маму. При грамотной терапии и проработке травм прощение придет само собой, но более органично и мягко. А может, и вообще не придет. Это не наша задача – заставлять кого-то простить.

В отношении преступников вы таких советов не даете, а даете поддержку жертве. Преступление родителей-тиранов против своих детей не менее серьезное, наоборот, более тяжелое. Они должны были заботиться о детях и защищать тех, кто их любил и бесконечно доверял. Родители предали это доверие, они били, насиловали, унижали, лишали человеческого достоинства. Дети от них полностью зависели, они не могли никуда уйти, не могли сопротивляться или искать помощи.

Насилие исходило не от постороннего человека, а от самого близкого и на протяжении всего детства. Об этом надо помнить и не обвинять в неумении прощать.

Надо ли прощать? Давайте сначала спросим, просит ли прощения мать? Признает свою вину? Прощают того, кто об этом просит. Если человек не считает, что он сделал что-то плохое, то кого прощать?

В идеале простить мать – значит отпустить обиду, не держать зла и пожелать ей всего хорошего, помолиться о ее душе. Но не всегда надо объявлять об этом маме. Особенно если она не просит прощения. Одна моя клиентка простила свою мать-психопатку и стала опять с ней общаться, снова открыла ей душу, и это обернулось для женщины тяжелой депрессией, потерей отношений и работы.

Прощать можно только после проработки травм – на пятой стадии освобождения жертвы, когда есть полная осознанность и полная свобода от тирана и нет угрозы опять попасть в зависимость. Прощать – это не значит вернуть прежние отношения и разрешить матери продолжать вас уничтожать.

Я жестокая, не общаюсь с мамой

Надо ли общаться с родителями-тиранами? Некоторые боятся, что, если они прекратят общаться, они станут такими же садистами, как и родители, уподобятся им.

«Я считаю, что я жестокая, раз не общаюсь со своей “несчастной мамочкой”, которой тоскливо и одиноко. Чувствую себя просто хулиганкой, которая пошла на запредельные крайние меры. Но я действительно не могу с ней общаться. Не могу себя заставить позвонить ей, с трудом беру трубку, с ужасом думаю, что она ко мне в гости заявится. Ничего не могу с этим поделать. Ни заставить себя общаться, ни перестать себя чувствовать жестокосердной дочерью».

Вот в таких тисках чувств пребывают многие жертвы абьюза в детстве. Они и встречаться с матерью не могут, и перестать себя казнить не могут. Они чувствуют вину, потому что мать их все время обвиняла в детстве. Это чувство вины настолько глубоко проникает во все клетки тела, что от него тяжело избавиться. Когда вы в капкане чувств и испытываете страх – встречаться или не встречаться, – то это парализует, вы в капкане. И даже расставшись, жизнь поставлена на паузу. Вроде вы стараетесь стать успешными, но все дается с огромными усилиями, потому что вся энергия уходит на самобичевание: «Я виновата, я преступница». Вы не можете найти выход: если вы вернетесь, то мать вас разрушит и вы свалитесь в депрессию или тяжелое заболевание, а если не вернетесь, то будете себя медленно изводить много лет.

Есть люди, которые могут переработать травму и потом общаться с мамой, ее обидные замечания перестают быть триггерами. А есть те, кто даже после терапии возвращается к общению, и весь эффект от терапии идет насмарку. Человек погружается в депрессию, страдают отношения в семье, на работе, все валится из рук. У одной клиентки даже при мысли, что придется встретиться с мамой, появляется сильная паника и нежелание жить.

В любом случае я советую прорабатывать полярные чувства. Один полюс – «Я боюсь встречаться, она меня разрушит, я не выдержу», второй полюс – «Я виновата, я бросила маму, гореть мне в аду».

Когда заряд уйдет из обеих полярностей, вам придет наиболее правильное и взвешенное для вас решение.

Я должна любить свою маму

Вот что пишет клиентка, у которой после тяжелого детства развилось комплексное посттравматическое расстройство и пограничное расстройство личности.

«Я продолжаю простукивать свою “ненужность”. И как-то на простукивании “я не нужна никому” вдруг вышло “я не нужна именно своей маме”, а другим нужна. В процессе простукивания выявилось, что маме я не нужна, как какая-то мерзкая, противная. Вспомнилось ее частое выражение лица, как она на меня смотрела, ее просто передергивало.

То есть я с самого раннего детства ничего, кроме омерзения и равнодушия со стороны моей мамы, и не знала. Она меня героически “терпела”. Брата моего она любила безоговорочно – все при нем, всем хорош. А я, я была всем нехороша. При простукивании вышло, что я просто омерзительна, и все. Изначально. Стоит ли мне удивляться, почему я всю жизнь чувствую себя “на самом деле-то мерзкой”? стоит ли удивляться, что я всю жизнь отталкивающая (не знаю даже чем, чем-то)? Да и как ко мне должны относиться окружающие, если я семафорю на всех углах, что я отвратительная и омерзительная.

Я стала дальше двигаться в этом направлении, вышло, что мама меня не любит, потому что я “плохая”. А плохая я потому, что не люблю ее. Не любила я ее понятно почему – она же меня не переносила. Но я ее ДОЛЖНА была любить. Ведь это моя ОБЯЗАННОСТЬ как хорошей девочки любить свою мать, любую, несмотря на ее нелюбовь ко мне, равнодушие и неприязнь. Несмотря на то, какая она. Я ее должна любить безусловно, а она меня полюбит, если я буду “хорошей”. Я должна ее любить, иначе – детдом (мама любила говорить, что “вот детки в детдоме страдают, не то что мы, плохие, маму свою не ценящие”).

То есть установка “я обязана любить всех, кому я неприятна, кто меня отталкивает, не любит, не переносит и игнорирует. Иначе меня выкинут. На помойку”. После подобного озарения я перестала расстраиваться из-за равнодушия моего мужа ко мне. Я его и выбрала из всех. Он относится ко мне так же, как всю мою жизнь относилась ко мне мама: обвиняет, обесценивает, игнорирует, требует для себя особого статуса, не заботится. Все как я привыкла.

Сейчас простукиваю, что я пустое место. Именно такой посыл шел всю жизнь от мамы. Это очередная причина, ножка у стола, “я никому не нужна”. У меня идут положительные изменения в жизни: практически не повышаю голос на детей. если случается, то редко».

Мать чувствует отвращение к ребенку, но хочет, чтобы ее любили, потому что она святая, терпит такую отвратительную дочь. Это двойные стандарты: «Ты должна стараться полюбить меня, а я ничего никому не должна. Я имею право не любить тебя и чувствовать отвращение, а ты не имеешь». Почему все только в одну сторону?

Ребенок приходит в мир, чтобы получить любовь, и только тогда он может отдавать ее. Как он может отдать то, что он не получил? Но мама считает, что она совершила подвиг – родила, а дочка должна любить ее только за это. У дочери появляется искусственно наведенное чувство вины: «я должна любить маму и еще больше стараться заслужить ее любовь, ведь я же отвратительная».

Но мама никогда не полюбит, стараться здесь бессмысленно.

И почему мать чувствует отвращение к девочке?

Скорее всего, так же к маме относилась ее мать. Мы обычно проигрываем тот же тип привязанности, особенно к ребенку своего пола.

Катерина поняла, что не хочет вести себя, как мать, и травмировать детей. Она сочувствует детям и берет на себя ответственность за свое поведение, работает над собой, чтобы не навредить и не переместить этот сценарий отвращения на детей. А ее мать почему-то не задумалась об этом и, наоборот, свалила всю вину на дочь. Причину своего отвращения нашла в том, что это дочка плохая и недостойная.

«На работе все стабильно и хорошо. Я сейчас чувствую себя полноценным человеком, так как учу детей математике и работаю не ради денег (хотя деньги меня освободили от жадности моего мужа, я трачу их как хочу, покупаю себе все, что хочу), я полезна обществу, что-то даю ему, и это для меня очень важно. Я живу полноценной жизнью, а не являюсь бесплатной (карманной) прислугой у своей семьи. Каждый день моего простукивания – это каждый день улучшения жизни».

Катерина использует простукивание, или технику эмоциональной свободы, чтобы помочь и себе, и детям. И жизнь улучшается. Сначала простукивание одной ситуации занимало много времени, по 2 дня. Были обострения, потому что начинали подниматься более ранние травмы. Этот способ для самостоятельного использования подходит не всем. Если не можете справиться, то лучше обратиться к специалисту.

«Теперь немного об изменении отношений с мамой. Тут классика. Мама приехала погостить к нам на месяц. Мне было неприятно понимать, что сейчас с меня начнут снова снимать стружку. Я купила себе духи, о которых мечтала 20 лет, стоят они дорого, и мама увидела чек. Ну и понеслось. Невзначай так, мол пенсия маленькая, а продукты дорогие (“вы тут духи себе покупаете, а мать голодная ходит, экономит на каждой копейке”). Хотя я подарила ей на Новый год хороший денежный подарок. Но, самое главное, все это меня не трогало. Мама не смогла меня достать за целый месяц совместного проживания:))»

Катерине удалось проработать те триггеры, которые в общении с матерью заставляют испытывать тревогу, страх, вину и обиду. И это огромный успех в освобождении от маминых манипуляций.

Не могу назвать ее мамой

«Я сама давно мать. Могу сравнить, как я отношусь к дочери и как мамандра относилась и относится ко мне. Это земля и небо. Чем я старше, тем больше понимаю, что она сотворила с моей жизнью, и тем тяжелее называть ее матерью. Одно время я звала ее по фамилии. Теперь только мамандрой. Мамой нужно называть хорошего человека, не только давшего тебе жизнь, но и любящего тебя всем сердцем. А у меня такого не было».

Этот комментарий показывает, что не все дети, пережившие насилие матери, делают то же самое со своими детьми. Скорее всего, будучи ребенком, женщина приняла решение, что так относиться к своим детям нельзя, и сформировала свой собственный сценарий. Ее уровень эмпатии не позволяет быть жестокой к своей дочке. И на этом сравнении еще более контрастно видно, чья вина в том, что мать была в детстве жестокой.

Неблагодарная!

Разговор с матерью описывает слушательница моего канала.

«– А за что мне тебя благодарить, мам?

– Я тебя растила, кормила, одевала, обувала.

– Это была твоя прямая обязанность до 18 лет. Раз уж ты решила зачем-то меня родить, я тебя об этом не просила. И, если бы выбор был за мной, я бы выбрала ни за что на свете у тебя не рождаться.

Прямо удивительно, как хреновые родители требуют, чтобы дети с ними были хорошими. Некоторые люди реально рожают детей в качестве будущих рабов. Моя так вообще решила вложиться по минимуму, а получать по максимуму, не угадала. Много лет не общаюсь с ней и счастлива. Сразу все болезни прошли».

Надо ли жертве признавать, что она жертва?

Некоторые говорят, что роль жертвы – это снятие с себя ответственности, и лучше не быть жертвой и не снимать с себя ответственность. И это так. Но что если вы считаете, что на вас ответственность за насилие, совершенное над вами? Далеко вы продвинетесь?

Вот комментарий к моему видео о жестокой матери:

«Я поняла, что все мои подруги или жертвы нарциссических (или других токсичных) матерей, или же сами являются нарциссами. Вначале даже я удивилась: “а есть ли вообще здоровые гармоничные люди?” Но потом я поняла: конечно, есть, но это не про меня сказано. Возможно, дружба возникает по похожести характера, судьбы. Вот мы и притягиваем или таких же жертв, как сами, или агрессоров-манипуляторов. Мы думаем, что это судьба, а оказывается, что детство предопределяет нашу жизнь. С нарциссическими подругами я прекратила отношения. И я чувствую себя свободной, я чувствую легкость и счастье. Я оборвала отношения без объяснений и без чувства вины! А подругам-жертвам токсичных матерей я рассказала о нарциссизме, послала им ролики Татьяны. Некоторые из них осознали все, они благодарны за эти знания. Они поняли, что нелюбовь их мам обусловлена не тем, что они плохие и виноваты. И от этих знаний становится легче. Спасибо всем, кто делится своими историями.

Надо говорить о нарциссизме по радио и телевидению, мне даже хочется кричать во все рупоры, чтоб люди знали об этой патологии, чтоб могли вовремя вычислить нарцисса до их разрушающего влияния. Как сказала одна из французских психологов: “нарцисс – носитель болезни, смертельной для другого”. Героине этого ролика желаю выздороветь от травм детства. У вас все получится. Осознание факта – это уже половина успеха! Милая женщина, удачи вам».

Этот комментарий подчеркивает мысль о том, что жертвам надо сначала признать, что они жертвы и действительно подвергались насилию, и этому нет оправдания. Это произошло не потому, что они «порченые», у них плохой характер, плохая карма и т. п., а потому, что им тираны внушили, что они виноваты, чтобы держать их ресурсы под контролем. С признания этого факта и начинается освобождение от роли жертвы.

Но на признании останавливаться нельзя, нужно прорабатывать чувства жертвы: страх вины, обиду, стыд, неполноценность, потом чувства злости и ненависти и дойти до равнодушия.

Тиран больше не может зацепить, задеть или подчинить вас. Он не имеет над вами власти.

Желаю вам выйти из-под гнета и стать свободными.

Неужели надо вычеркивать мать из своей жизни?

«А если в нарциссе есть не только токсик? Если это очень умный и ресурсный человек, у которого в 50 бурная личная жизнь, который не строит из себя жертву, который не боится осваивать новое. Этот человек может вселить оптимизм! И почему нужно навешивать ярлыки? Неужели нарцисс – это сущее зло? Если мама – нарцисс, неужели ее нужно вычеркивать из жизни? А ведь можно поместить себя на безопасное расстояние, отстаивая свои границы? Это моя тетя с нарциссическим расстройством. От нее отказался сын. Тетя уже 10 лет на антидепрессантах из-за этого события. Она очень токсична, но на расстоянии и без триггеров ведет себя вполне нормально и даже может поднять настроение, пошутить, дать совет, как, например, себя преподнести. Человек в меру адаптирован. Неужели это нормально – бросать человека, который дал тебе жизнь из-за того, что в нем что-то не так?»

Я так поняла, это как раз обратная сторона медали. Свита нарцисса, которая осуждает сына за то, что он порвал отношения с нарциссической мамой. Бедная тетя. И, конечно, она жалуется и говорит, какой сын негодяй. А свита пытается вернуть беглеца в семью и в «любящие» руки матери.

Вы узнали, что пережил сын? Мужчины обычно не раскрываются. Но многие женщины, дочери матерей нарциссов, раскрываются. Посмотрите ужасающие и леденящие кровь истории на моем канале.

Когда вы изредка встречаетесь с нарциссической тетей, которая вам поднимает настроение и шутит, которая не испортила вам детство, то осуждать сына очень легко, ведь «я же с ней не чувствую такого, что в этом плохого?»

Нарциссы показывают себя с хорошей стороны дальним родственникам и знакомым, они могут быть душой компании, а все насилие достается самым близким. И для ее сына только выражение лица матери может быть триггером, запускающим депрессию.

И обвинения сына – это недостаток эмпатии, нежелание понять другого человека. Вы смотрите только со своей точки зрения. Может, даже гордитесь тем, что можете с ней общаться.

Я не осуждаю тех, кто разорвал отношения с нарциссическими матерями, и даю им поддержку: вы имеете право выйти из этой тюрьмы, в которой провели свое детство. Я помогаю научиться пережить разрыв, перестать страдать и горевать.

Хотя бы на время терапии я рекомендую сделать перерыв в общении с матерью, если это возможно. Согласно принципам терапии домашнего насилия, перед лечением жертве нужно разорвать связи с насильником. Не всегда это получается, но это даст нужный результат. Когда жертва находится вместе с тираном, это ставит под угрозу ее жизнь и здоровье, а также ее детей.

Я не осуждаю тех, кто остается с матерями, продолжает с ними жить по любым причинам: страшно, нет жилья, жалко маму, огромное чувство вины. Я рассказываю, как минимизировать вред, нанесенный ею, какие техники применять во время общения.

Вам решать, можете ли вы установить границы. Некоторые слушатели и клиенты говорят, что могут наладить общение. Конечно, оно никогда не будет доверительным, скорее формальным, но поддерживать контакт удается.

Зачем вешать на маму ярлык? Можно, конечно, и не вешать. Но это помогает понять, с кем ты имеешь дело, и не ждать изменений, не надеяться и не верить, что мама когда-нибудь полюбит. А самое главное – это снимает огромный груз вины и помогает подняться с колен.

Я думаю, каждый должен выбирать меру защиты: отстаивание границ и продолжение контакта или полный разрыв. Надо оценить уровень собственных сил и ресурсов, степень урона, наносимого матерью, конкретно для вас. Если мать действует очень разрушительно: здоровье, психика, самооценка, а следом и семейное счастье – все катится под откос, то лучше прекратить общение хотя бы временно, чтобы восстановиться. Если последствия общения не настолько разрушительны, контакт прерывать необязательно. В любом случае это только ваше решение, которое должно быть лучшим конкретно для вас.

Только не надо другим навязывать свою точку зрения, как должно быть. Мы все разные, и у нас разные матери. Не надо быть посредником, займитесь лучше своей жизнью, своими проблемами. А если хотите помочь тете, поживите с ней.

Желаю вам преодолевать эгоцентризм, развивать эмпатию не только по отношению к нарциссам, но и к их жертвам.

Прочитала свою заметку, и стало страшно

«Я живу в Москве, а мама за 1000 км. Каждый раз, когда я хочу к ней, я рисую себе прекрасную картину, как я приеду, как мама мне будет рада, как мне будет хорошо. А когда приезжаю, я как будто попадаю в логово зверя. Полдня она играет роль хорошей мамочки, а потом начинается ужас. Крайний раз, когда я приезжала к ним на неделю, я думала, что свихнусь. А потом уезжаешь и снова забываешь все плохое, фантазируешь себе хорошую маму, которой нет, но так надеешься, что ошиблась.

А потом я нахожу вот эту заметку, которую написала, когда была у нее в гостях, сама для себя, чтобы снова не нафантазировать. И становится страшно. “Ограничить в указаниях, создать правила, меньше общаться, не реагировать на нападки, не обижаться, не позволять критиковать меня и моего мужа, разграничить деньги и долги, ничего не рассказывать, ничем не делиться, не присылать фоток, видео, не брать денег, не брать продукты, не винить во всем себя, здраво смотреть на ситуацию без розовых очков, не верить, оценивать, плохо мне или хорошо, слышать себя, наблюдать за своим телом, не давать себе засорять мозг ненужной информацией. Не давать насмехаться, позорить и стыдить. Принять как факт то, что она не умеет любить. Она не чувствует вины, жалости. Считает меня за жертву, над которой можно поиздеваться. Нет никаких теплых чувств. Завидует и ненавидит. Обижает и обзывает. Не уважает мое мнение. Высмеивает все мои действия. Считает, что она делает одна все правильно. Она медленно меня убивает. Хочет, чтобы я выглядела хуже, чем она. Не поддерживает, когда привожу себя в порядок, хорошо выгляжу, насмехается и всем видом показывает, что я стала выглядеть хуже. Она жалеет меня для вида, только когда я выгляжу плохо или болею. Не принимает чужого мнения, считает, что только она все умеет, и очень хорошо. Как бы ты ни поступил, все равно она вырвет все по-своему и останется права. Хочет, чтобы все было только по ее и с ней согласовано. Токсична. Опасна для здоровья. Не делиться, не рассказывать о планах, общаться формально, не вестись на провокации, не делиться ничем, не рассказывать о любви, деньгах, работе. Ненавидит. Притворяется. Не любит. Не слушает, не слышит. Не хочет ничего менять. азарт в глазах от издевательства. Это самое страшное”. При живой маме чувствую, будто она у меня умерла, эмоционально ко мне так точно».

Самая большая проблема для детей токсичных матерей – это неубиваемая надежда, что мама полюбит, если попытаться заслужить ее любовь, стать лучше. Понятно, что надежда умирает последней, но чем быстрее она умрет, тем быстрее вы перестанете ждать любви матери. Вы можете дать любовь сами себе и не ждать ее от мамы, станьте мамой самой себе. Относитесь к себе с любовью и заботой, не игнорируйте свои потребности, чувства и желания. Когда вы перестанете ждать, вы сможете повернуться лицом к своей жизни, к созидательной деятельности.

Очень хорошая идея – записывать все, что чувствуете, в эпицентре событий. Именно тогда, когда вы это чувствуете. Можете записывать даже на диктофон, чтобы память ничего не исказила: мы постскриптумом начинаем интерпретировать события, достраивать их, исходя из собственной концепции «Я». Если у вас модель отношения «Я плохая, а мама хорошая», то события перезапоминаются в соответствии с этой моделью.

И не только память, но и сама токсичная мама играет с нами злую шутку. У нее два лица, и в спокойной фазе вам начинает казаться, что все хорошо, что вы ошиблись и что она вас на самом деле любит. Перед вами возникают яркие образы любящей мамы, и вы думаете: «Но были же хорошие моменты. Она меня любит или любит по-своему».

Но любящий человек не заставит страдать своего ребенка. Не надо искажать понятия любви и даже нормы морали. Если человек способен на подлость, значит, он способен на это независимо от того, сколько добрых дел он сделает в перерыве. Надо верить фактам, а не тому образу, что он создает. И не тому образу, который вы сами себе создаете.

Записывайте свои чувства или вот такие послания себе каждый раз, когда вы с мамой. И тогда у вас будет больше веры в себя и свои чувства и больше осознанности.

Подросткам, переживающим насилие, я рекомендую вести дневник. Это помогает понимать свои чувства лучше, особенно когда никто вокруг не верит. Только надо тщательно прятать дневник или держать его под паролем на компьютере.

В терапии это поможет вспомнить то, что было вытеснено. Одна моя клиентка хоть и скупо, но записывала обиды, нанесенные мамой. А когда почитала, она уже совершенно не помнит чувств. Но даже в таком случае это хорошо помогает прорабатывать негативные ситуации и удалять заряд, разрушающий вашу жизнь.

И когда читаете такие записи, не отрицайте, доверяйте себе. Не газлайте себя, не делайте с собой то, что делает мама. Вы действительно это чувствовали. Верьте себе!

Это помогает устоять в момент соблазна довериться, надеяться, раскрыться.

Как уйти от матери, от которой зависишь материально

Как уйти от матери-нарцисса, которая ломает психику и уничтожает? Пишет молодой человек, назовем его Иваном.

«МНЕ 24, и моя ЖИЗНЬ – АД. Мать старалась все сделать для других, льстила всем, а ко мне у нее только презрение. В детстве она любила, когда я плакал. Ей было очень весело. Она в моем детстве, перед отъездом друзей (просто соседи, которые пару комплиментов сказали ей), подарила мешок игрушек!

– Ванечка, посмотри, как не нарадуется Максимка игрушкам твоим!

А я медленно начал плакать. Она ухахатывалась и лыбилась… в глаза той соседке, матери! А на меня ей было глубоко плевать! Потом я под одеялом плакал, а она… не улыбалась, а ухмылялась и выпучивала от “счастья” глаза!

В первом классе говорит: “Нормальные (!!!) дети домики строят, еще что-то (подтекст “но не то что ты. Ты – ничтожно творишь!”). А ты машины какие-то. Что это?” (показывала на машину в виде болида F1, которую я из конструктора сделал!)

Под влиянием стресса у меня все из рук валится, и невозможно не то что учить что-то… Двигаться тяжело или есть нормально.

И до сих пор все через силу. У меня клиническая депрессия была, изрезанные вены, ей все равно. Она хотела меня в психушку сдать, отправила к психиатру. И мне прописали нейролептики… А ведь после нейролептиков нет больше чувств и амбиций! То, что мама и хочет получить, – овощ, без энергии! зато послушный и не плачет больше. Слезы же не текут после нейролептиков».

Для чего матери-тираны отправляют детей к психиатру, неврологу, а не к психологу? У психолога вскроется вся правда. Правда о них. А психиатр даст таблеточку, и ребенок станет послушным овощем. А еще лучше – посидит в психбольнице и осознает, что значит не слушаться маму.

«Грубые, мощные загашивания жестами презрения и смотреть постоянно с опущенными уголками губ и сжатыми зубами. Грубый алкоголизм. Она с ножом на меня 2 раза швырялась. С каждым годом брутальнее.

Я зависимый от нее материально.

Я ухаживал 10 ЛЕТ за дедом. Он военный. Майором был. Недавно только узнал про то, что все это время мать деньги присваивала себе! Деньги, которые платят за уход за пожилыми. Никогда не говорила, что положены они мне, не ей, а мне! Она говорит людям: “Платят 1200 рублей в месяц. За стариком военным ухаживаю”. Мать деньги себе кладет в карман, а потом говорит:

– Что же ты деньги просишь (вымаливаешь), если самостоятельный? Ты же ненавидишь меня! Ненавидишь… И просишь! Как так жить?

Она всю жизнь приказывала любить ее. за деньги, кстати. Больше недели, грубый игнор после этого. А вчера было бешенство с выпученными глазами за то, что я вымолил у нее 18 рублей на 3 сырка глазированных…

Мать обвинила меня в том, что я неправильным тоном ей ответил, что я хочу в синей футболке пойти!

– А почему не в этой?

– Не хочу!

А она-то хотела, чтобы в красной. И она, ухмыляясь, ждала, что я соглашусь с ней. Прождала 5 секунд и… Психанула.

– И таким тоном! (И начала с отвращением головой из стороны в сторону кивать, мол, боже мой, о-о-о-о-о.)

Все… денег не дает.

И теперь она с сжатыми зубами ходит и агрессивно ступает по полу. Как слон грубо. Бесится, что не сработала манипуляция. Вот и прививает мысль, что “либо ты мой раб, либо проваливай отсюда нищим”.

На меня орет, меня во всем обвиняет, что торт закрыл пакетом, что парикмахерше не улыбнулся, что много ем, что мало ем.

А сама чиста и невинна. Такой невинный алкаш-дебошир! Идеализирующая вплоть до бреда! Перед всеми выстелилась, вся просто ангел… даже после открытых обесцениваний ее самой…

Перед соседями, перед парикмахершей, а ко мне только ненависть и презрение.

Я хочу сбежать от нее! Найти способ снимать жилье и думать, как заработать деньги на жизнь минимальную! Пошагово что делать?»

Вот такие шаги можно сделать для сепарации:

1. Понять, что это абьюз. Вы уже поняли, что это насилие, что она нарцисс, что это не ваша вина.

2. Понять, что мама никогда не полюбит. Эта надежда долго держит в тисках родителей-тиранов. Если у вас еще есть надежда, простукивайте и говорите: «Я надеюсь, что мама изменится». Если вы все еще с ней, значит, у вас есть еще связь на внутреннем уровне. Вы думаете, что вы зависите от денег, но это более глубокая связь. И она вам не дает стать самостоятельным. Посмотрите, как выполнять простукивание. Простукивайте все чувства: страх, обиду, вину, злость, жалость.

3. У вас много гнева, и это может помочь вам оторваться от нее эмоционально.

4. Когда оторветесь и перестанете ждать от нее человеческого отношения, вы не будете так реагировать на ее взгляд. Вы просто будете смотреть на постороннего человека-алкоголика, и у вас освободится энергия, которую вы направите на свою новую жизнь.

5. Когда вы примете решение, то у вас начнется полоса удач и везений. Вы найдете и квартиру, и работу. Сможете сами себя обеспечивать и стать самостоятельным.

Что помогало мне выживать

Это рекомендации девушки, которая преодолела зависимость от матери и круто изменила свою жизнь.

«Татьяна, хочу поделиться советом, тем, что мне всегда помогало выживать в хаосе и газлайтинге, особенно эффективно в моменты депрессии и апатии и когда сил нет, слабость – это записывать и расписывать все дела и цели по пунктам, вести ежедневник.

Например, сепарация от мамы: сделать документ, откладывать все деньги на билет. Так как от общения с нарциссом часто голова как в тумане, это очень помогает, и большая цель, разделенная по пунктам, не кажется такой страшной. И из депрессии так легче выбраться. Например, расписать день: 15 минут йоге, столько-то работе, учебе и т. д.

Потом еще, когда галочки ставишь, что выполнил, чувствуешь: “какая я молодец, поднялась и осилила”. Появляется мотивация на следующий шаг. Ощущение, что раз первый шаг смогла сделать, значит, и следующий смогу. Без такого расписывания дел и планов я бы не смогла вырваться из своей семьи. Теперь учусь тому, чтобы не обесценивать все сделанное, а останавливаться и хвалить себя».

Нелюбовь к матери как защита

«Раньше думала, почему испытываю резкое отвращение и ненависть к матери. Я чувствовала вину за то, что я не люблю маму. Было мне тогда 3–4 года, когда я начала это испытывать, но поняла потом. А оказывается, что ненавидела я ее за отношение, которое она мне демонстрировала, и за двойные установки, которые ломают психику. А двойные установки выглядят так: “Здоровье – это самое главное”, а потом: “Будешь болеть, сдам тебя в больницу, а в больнице хуже, чем дома” – как бы угроза, что свои заболевания я не должна демонстрировать. И так до бесконечности. И да, для всех ты паршивая овца, а твоя мать – святая. Причем эта же мать так и выставляет.

Что вы думаете, это нормально, что ребенок в 3 года уже не любит маму? К чему это может привести в развитии?»

Мама – это первая любовь, это первый объект для модели отношений с другим. И эта модель может быть или гармоничной, или дисфункциональной. Ненависть к матери может привести к избегающей привязанности, в дальнейшем – и с другими людьми. Избегающая привязанность – это недоверие людям, привычка полагаться только на себя. Надеюсь, что были другие люди, которых можно было любить и с которыми привязанность была безопасная.

Но если бы девочка любила такую маму, то привязанность все равно была бы небезопасной – амбивалентной, тревожной, по типу «и люблю, и ненавижу», когда сильная привязанность к человеку сочетается с сильным страхом потери, сомнения и подозрения. Или привязанность могла быть тревожно-избегающей, когда избегание близости сочетается с сильным недоверием и страхом.

Обычно любовь к токсичной матери проходит в возрасте около 10 лет. Это связано с переходным возрастом. У ребенка появляется группа поддержки, он видит, что есть люди, которые его ценят и поддерживают, и он не такой плохой, как ему это внушалось всю жизнь.

По моим наблюдениям, клиенты, которые разлюбили мать в детстве, более уверенны и независимы от матери и в дальнейшем более успешны в жизни. Они поняли, что материнская жестокость – это не их вина, и тем самым себя защитили от саморазрушения, от сомнений в себе. Получается, они перешли на 3-ю стадию освобождения жертвы еще в детстве. На этой стадии приходит осознание, что происходит в семье, кто тиран, а кто жертва, поднимается гнев и протест, а любовь исчезает.

Так что тех, кто стыдится и ругает себя за то, что разлюбили токсичную мать, хочу успокоить. Вы не сделали ничего плохого. Вы защитили себя. Если вас до сих пор накрывает чувство вины, делайте простукивание, применяйте технику эмоциональной свободы. Возможно, избавившись от вины и страха, вы сможете опять полюбить маму, но уже на другом уровне, как человека, который тоже мучался и не ведал, что творит. И такая любовь вам не навредит.

Но только, пожалуйста, не переходите на этот уровень без проработки травм. Это может привести к диссоциации и депрессии, о чем я писала раньше. Будьте осторожны.

Мать изменилась

«Я считаю, если отношения с матерью токсичные и разрушают здоровье и психику, их надо прекращать. Не важно, что это родители. Сначала, конечно же, поговорить, как «с человеком» :) Объяснить, что именно не устраивает, глаза в глаза. Ну, можно и по телефону, если живете в другой стране. Прямо по полочкам разложить, на пальцах, так сказать. И прямо сказать, что, если вас не услышат, общение прекратится.

Будут обзывать бездушной тварью – плевать, они несчастные люди, и это их проблемы. У вас своя жизнь. СВОЯ. Самая главная ценность в вашей жизни – это вы сами.

Я была на грани разрыва отношений с матерью. Но подумала, поговорила, объяснила свою позицию, и мать поняла. Изменилась. Ну, как изменилась… рецидивы, конечно, случаются. Но я не молчу, как раньше (во избежание конфликта или в надежде, что все само рассосется), сразу пресекаю на корню, прямо в лоб говорю, что вижу ее манипуляции и не позволю манипулировать собой, как раньше. Успокаивается».

Есть вероятность, что мама поймет, признает свои ошибки, осознает вину, покается и изменится. Это зависит от степени патологии.

Некоторые начинают понимать, когда вы все проговорите, объясните. Другие начинают понимать, когда вы пресекаете манипуляции, выводите их на чистую воду. Третьи под воздействием ваших изменений меняются внешне, но не внутренне. Внутри у них все кипит, но из страха вас потерять прекращают манипуляции. А четвертым ничего не помогает, в них не происходят изменения. К этому надо быть готовым и не винить себя, если не получилось наладить отношения.

Как можно провести разговор с мамой?

Как пошагово поговорить с токсичной мамой, чтобы наладить с ней отношения.

Если мама не нарцисс и не психопат, то есть надежда, что с ней можно наладить разговор и установить здоровые границы. Чтобы поговорить с ней о ваших отношениях, лучше всего сначала проработать все негативные чувства, связанные с текущим конфликтом. Для этого используйте технику эмоциональной свободы. Простучите свой страх общения, обиду, злость, раздражение. Говорите все обидные слова, которые она сказала в последнем конфликте, действия. Когда вы снизите уровень эмоций, говорить можно более конструктивно.

Ограничьтесь тем конфликтом, который происходит сейчас, не переходите на другие ситуации. Если одна ситуация будет успешной, то, возможно, получится решить и другие конфликты.

Применяйте четырехшаговый метод ведения конфликта, в котором надо проговорить свои чувства, понять ее чувства и прийти к консенсусу.

Вот эти 4 шага:

1. Свои чувства. Скажите о своих переживаниях в «Я»-сообщениях, без «ты»-обвинений: «Когда ты мне сказала, что у меня не получится, мне стало обидно, даже захотелось плакать».

2. Ее чувства. Спросите маму о ее переживаниях без обвинений: «А ты что чувствовала, когда это говорила?» Если она не говорит, то можно предложить свой вариант: «Ты боялась за меня? Или боялась, что тебя осудят другие? Ты считаешь, что я к этому не способна и потом буду расстраиваться?» Когда мама отвечает, не перебивайте и постарайтесь понять ее чувства и ее мысли. В конце скажите: «Я тебя понимаю». Постарайтесь вспомнить подобную ситуацию, когда вы так себя чувствовали.

3. Общая точка. Найдите, что вас объединяет. Скажите любую фразу с местоимением «мы». Например: «Мы же с тобой родные, мы мать и дочь».

4. Принятие решения. Спросите ее, как она предлагает решить этот конфликт или конфликты в будущем: «Что можно сделать, как ты думаешь?» Если мама не предлагает, то предложите сами. Например: «Скажи мне, пожалуйста, что я способна это сделать и ты меня поддержишь» или «Давай договоримся, что в следующий раз ты мне не будешь говорить, что я не справлюсь».

Если решение не подходит, то переходим к шагу 1 и повторяем все сначала.

Главное – держитесь только текущей ситуации и не переходите на следующие.

Некоторые родители неисправимы, и этот метод не только не подойдет, но и навредит. Например, мать-нарцисс или психопат не сможет вас услышать и понять, у нее нет эмпатии, ей надо настоять на своем и добиться победы любой ценой. И если вы расскажете, как ее слова влияют на вас, она может использовать это против вас. В таком случае не надо рисковать. Не все зависит от вас – признайте это и ничего не ждите.

Мама боится умирать

«Моя мама смертельно больна, я ее дохаживаю. И мне никто не помогает. Чем ей хуже, тем сильнее она меня ест, к сожалению. Я уже сама еле жива. Утром за завтраком уже кричит на меня. Из-за всякой ерунды. Если причин нет, ищет их. Я плачу, пока она не видит. Мне ее жаль. Она очень боится умирать. Но раньше было так же. Даже когда сопровождаю ее в больницу, она кричит на меня: “не так рукав снимаешь”, “поверни меня так, а не сяк”, “да что ты творишь!” Как на бесправную прислугу. На нас все оборачиваются. За любые мои слова – часто критика и обвинения. Я вся сжата в комок.

Она просто входит в комнату, меня уже мучает чувство вины. Не знаю в чем, но понимаю, что уже виновата. Стала молчать, чтобы ее не провоцировать на ругань. В ответ на меня наорала и устроила мне истерику, что я молчу, чураюсь ее. “Ты, – говорит, – меня избегаешь”. Я оставила все, даже свою работу, ухаживаю 24/7. Личной жизни нет давно. А мне 31. И так хочется в ответ хотя бы спокойной атмосферы в доме. Но не судьба».

Это очень тяжелая ситуация в отношениях с родителями-психопатами и нарциссами. Они не хотят умирать, боятся смерти и тянут жизнь из близких всеми силами. Токсы могут жить десятилетия, даже при смертельных болезнях, только за счет того, что они тянут энергию из близких.

Вы были в рабстве все детство и полностью подчинялись ей. Когда вы уже стали взрослой, она держала вас на поводке и вмешивалась в вашу жизнь. А потом, когда вы встали на ноги, она заболевает и делает из вас слугу.

Это и есть цель таких родителей – держать вас в таком чувстве вины и в таком подчинении, чтобы вы не смели даже подумать о своей жизни, и перед концом жизни иметь сиделку. Дети не могут оставить больных родителей часто даже не потому, что те действительно не справятся, а потому, что их настолько запрограммировали на вину и страх, что это их парализует.

И верно другое. Часто, когда таким требовательным родителям дети говорят: «Управляйся одна», то они и болеть перестают. Потому что часто болезни – это манипуляции. И вторичные выгоды – получать ваше внимание, сливать на вас весь негатив и попросту вас съедать. Хотя я ничего не знаю об этой конкретной матери и ее диагнозе.

Ей плохо, и она переводит на вас свою боль, злость, обиду на судьбу. Но вы не виноваты в ее болезни, почему вы это должны принимать?

Когда мать психологически здорова, то даже при смертельной болезни, несмотря на боль, она не будет отравлять жизнь ребенку. Она будет благодарна за то, что он за ней ухаживает, рада провести последние месяцы с ним.

Когда вместо благодарности вы получаете только осуждение, то не обязаны вовлекаться эмоционально. Вы ей и так отдали свою молодость, отказались от работы, от личной жизни. Что ей еще надо? Вытрясти из вас вашу душу и унести ее с собой? Не отдавайте ей свою душу.

Она обвиняет, что вы отстраняетесь. Но отстраняться эмоционально – это единственная возможность вам самой выжить в этой ситуации. Отрывайтесь от матери эмоционально. Делайте упражнение по разрыву связи «Возьми свое, отдай мое». Эти упражнения есть на моем YouTube-канале «Кризис как подарок». Смотрите видео «Как освободиться от эмоциональных связей» и «Отдай мое, возьми свое. Как отпустить партнера».

Когда простукиваете, вспоминайте, как она вами манипулировала в детстве. В вас сидит этот детский страх, и с ним надо работать. Простукивайте те ситуации, где она вас запугивала и обвиняла. Не поддавайтесь на вину, не вовлекайтесь, выходите эмоционально из этой ситуации и просто выполняйте обязанности по уходу.

Ведите себя ассертивно (то есть вежливо и сдержанно, но в то же время настойчиво), как и с любым здоровым. И отвечайте ей: «Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь», «Я буду с тобой разговаривать, когда ты оценишь то, что я для тебя делаю, и когда перестанешь орать на меня».

Вам ее жалко, вы сочувствуете ее страху смерти. Это говорит о том, что у вас эмпатия, вы хороший человек, вы не потеряли человечность. Но если это вас разрушает, то нужно подумать о себе. Вы имеете право устанавливать свои границы, когда есть угроза вашей безопасности, здоровью и самооценке.

Эта неоднозначный ответ на вопрос «как поступить с токсичной матерью в старости или при болезни?».

Если можете нанять сиделку или социальную службу, это было бы лучшее решение. Вы при этом можете навещать, чтобы было время восстанавливаться.

Если нет такой возможности, то обязательно надо находить способ отвлекаться и какое-то время побыть отдельно от нее. Найдите группу поддержки и выходите в люди.

Как общаться с мамой, если она ничего не понимает?

Если токсичная мама вас не слышит, не желает понимать, какую боль она вам причиняет, добивается своего, манипулирует, обесценивает, то используйте метод оперантного научения. Принцип состоит в том, что вероятность поведения, которое получает наказание, имеет тенденцию к снижению или исчезновению. Как только мать оскорбила, давайте ей отпор: «Мне это не нравится, это недопустимо. Еще раз так скажешь, я ухожу». Можно предупредить перед встречей: «Если ты меня оскорбишь или будешь давать советы, манипулировать, я тут же ухожу». Ваш уход, разрыв контакта будет для нее наказанием.

В следующий раз, как только она это сделает, вставайте и уходите. Спокойно, без нервов, ничего не доказывая и ничего не обсуждая. И неважно, где вы и с кем. Каждый раз вставайте и уходите. Можно это делать и без предупреждения, эффект неожиданности может быть даже более сильным.

Конечно, такая наглость с вашей стороны может вызвать бурю гнева и еще более суровых ругательств, но в конце концов этот шторм пройдет. И мама начнет догадываться, что с вами больше так обращаться нельзя.

Результат можно ожидать на 8–16 раз применения этого метода. Сразу может не подействовать. Наберитесь терпения.

Если вас трясет от ее криков и оскорблений, то после скандала простукивайте все ее слова, свои чувства, ощущения. Освобождайтесь от этого заряда. В следующий раз вы ее остановите более уверенно и спокойно.

Много других советов, как справляться с нарциссической матерью, можно найти на моем YouTube-канале «Кризис как подарок» в плейлисте «Ассертивное поведение» и в моей книге «Опасный нарцисс. Книга третья. Нарциссические родители».

Я совершенно не общаюсь с матерью

«Я уже 2 месяца совершенно не общаюсь с матерью, а раньше по 4 часа ежедневно по телефону с ней “общались”. Представляете, какого размера разрыв? Как она однажды заявила, я должна с ней общаться, так как ей скучно. И вот я свела на нет эту свою работу по развлечению матери. И знаете что? Так хорошо мне никогда не жилось. Помню, как боялась, когда первый раз не взяла трубку, а она звонила и звонила.

Сейчас моя родня в шоке оттого, что я вычеркнула свою мать из жизни. Этого я вообще больше всего боялась, что моя родня меня отвергнет после того, что я маму бросила. И что же? те, кто меня всегда любил, не отвергли, а продолжают любить. И живется теперь без токсичной матери хорошо и счастливо. Мне всегда было страшно: что будет, если я окажусь последней дрянью и брошу свою маму? Оказалось, хорошо будет. Мать, кстати, не пропала, а завела себе “подружек” моего возраста, которые ее “спасают”, бедняжечку, ведь у нее такая жестокая бессовестная дочь».

Многие мои клиенты и слушатели, разорвав отношения с матерью-тираном, почувствовали сильное облегчение, и их жизнь улучшилась, потому что они перестали терять энергию.

Варианты отношений с токсичной матерью

Исходя из моих наблюдений, разные уровни сепарации с матерью-тираном имеют разные последствия. Здесь я вижу 5 вариантов.

1. Жертва не прекращает отношения, продолжает общаться, как и раньше, считает себя виноватой, чувствует тревогу и пытается угодить маме, добиться ее любви, исправить себя, чтобы стать достойной дочерью. Это первая стадия жертвы, осознанность 0 %, свобода 0 %. Последствия: отсутствие энергии, мотивации, болезни, проблемы в семье, насилие над своими детьми, проблемы на работе, с деньгами и самореализацией.

2. Жертва продолжает контакт, но сомневается и считает, что мать тоже виновата. Ходит к психологу с целью наладить отношения с мамой. Иногда даже прибегает к семейной терапии. Считает, что, если маме все правильно объяснить, она поймет и отношения изменятся. Это вторая стадия жертвы. Осознанность 50  %, свобода 0 %. Последствия такие же, как и в первом случае.

3. Жертва продолжает контакт, но понимает, что мама токсичная и надежды на изменения нет. Защищается, практикует ассертивное поведение, ставит маму на место, обозначает свои границы. Это третья стадия освобождения жертвы, осознанность 100 %, свобода 50 %. Последствия более благоприятные, но потери энергии все равно не избежать. Жизнь становится в целом лучше, уверенность в себе растет. Результат зависит от того, насколько мамины слова и действия все еще являются триггерами и выводят из себя. Многие люди остаются на этой стадии и не рвут полностью из чувства сопереживания и ответственности. Они ухаживают за больной матерью, несмотря на оскорбления, лишение наследства и вреда всеми другими способами. Бросить мать им не позволяют их моральные принципы. И это достойно уважения, я восхищаюсь такими людьми. В этом случае я рекомендую работать над собой, делать простукивание и другие техники самопомощи каждый день, чтобы сохранить здоровье.

4. Жертва уходит в полный «неконтакт», но испытывает чувство вины, страх, что мать навредит, жалость, стыд и пр. Это четвертая стадия освобождения жертвы, осознанность 100 %, свобода 80 %. Нет полной свободы за счет постоянных мыслей о матери.

Последствия: здоровье, отношения, финансы улучшаются, но мысли отнимают много энергии. Материнские программы продолжают действовать в виде болезней, проблем на работе или в отношениях. Жизнь меняется, но очень медленно.

5. Жертва уходит в полный «неконтакт» и не испытывает никаких негативных чувств. Считает, что все сделала правильно и защитила себя и свою семью. Это пятая стадия освобождения жертвы, осознанность 100 %, свобода 100 %.

Последствия: болезни проходят, отношения с людьми гармонизируются, появляется энергия для самореализации, работы, финансовая ситуация улучшается.

В этой схеме могут быть варианты. Например, человек на пятой стадии может, не контактируя с матерью, посылать ей деньги, нанимать сиделку, тем более финансовая ситуация улучшается. То есть контакт не до конца прерван. Но эта забота не разрушает, а, наоборот, дает чувство успокоения.

Есть случаи, когда человек полностью проработал все триггеры, все травмы, пережитые в детстве, и продолжает общаться с матерью. Он вроде бы на третьей стадии, но все равно выходит на новый уровень функционирования, выздоравливает, самореализуется, строит отношения. Но такие случаи бывают очень редко.

Если отношения с матерью ставят вас в ситуацию, когда под угрозой ваше здоровье или жизнь, я рекомендую разрывать контакт. Но всегда взвешивайте и принимайте решения сами. Я поддерживаю любое ваше решение.

Чтобы ваша семья была счастливой, чтобы ваши дети никогда не страдали так, как страдали вы, в ваших силах остановить круг насилия. И вы это сможете.

Как перестать быть токсичной матерью?

Когда вы пережили насилие в детстве, вы часто повторяете поведение матери по отношению к своим детям. Это происходит неосознанно, автоматически, против вашей воли. Вы всеми силами этого не хотели, вы обещали себе, что никогда не будете такой, как мать, не будете кричать на ребенка и бить его, но делаете то же самое. Это приводит в ужас женщин, они чувствуют себя плохими матерями, казнят себя и обвиняют. Но чувство вины еще больше вас истощает, а на фоне истощения поведение становится еще менее рациональным. Вместо самобичевания можно начинать работать на собой и избавиться от насилия.

Семинары и книги о том, как воспитывать ребенка, не дают устойчивых результатов. Вернее, это помогает тем, кто не переживал насилие в детстве. Если вы пережили насилие, результат длится лишь 2–3 недели, а потом вы скатываетесь на те же рельсы. Вы с усилием воли сдерживаете агрессию, но после нескольких недель уже сдерживаться не можете и при этом еще больше себя ругаете за это.

Я предлагаю другой путь. Это путь освобождения от того эмоционального заряда, который запускает программу агрессии и насилия. Ребенок вас раздражает, вы боитесь, стыдитесь, обижаетесь на него. Это и толкает вас на агрессивные действия так же, как это толкало когда-то вашу мать. Но мать не задумывалась о своем поведении, а винила во всем вас, а вы пытаетесь измениться. И в этом ваше огромное преимущество. Вы сможете измениться! Я в этом уверена.

Освободиться от заряда можно, прорабатывая свои чувства к ребенку, которые вас толкают на насилие. А еще лучше – если вы проработаете свои детские травмы, ситуации, когда ваша мать на вас кричала, била вас, унижала, манипулировала, посылала двойные послания.

Как это можно сделать?

1. Запишите все свои обидные слова в момент конфликта. Те слова, которые хочется сказать детям, а также все свои действия, чувства, ощущения в теле во время агрессии. Например, ребенок не хочет вам помогать, мыть посуду или не делает уроки. Что вы ему говорите, что делаете, что чувствуете? Вместо того чтобы взорваться, возьмите лист бумаги и ручку и запишите все это на бумаге. Все, что хочется сделать. Если не помните детали, спросите у ребенка, как вы на него кричите, он вам с удовольствием расскажет.

2. Оцените свои чувства в этой ситуации по 10-балльной шкале. Например, злость – 10 баллов, обида – 8 баллов. Используйте технику эмоциональной свободы, или простукивание, для проработки этих фраз.

3. Простукивайте все, что записали. Посмотрите примеры простукивания на моем канале в плейлисте «Техники самопомощи».

Например: «Он не хочет мне помогать, вот зараза, подлец, нахал. Я работаю весь день, а он весь день играл и не может даже вымыть посуду. Я чувствую обиду, злость, мне хочется его стукнуть, мне не хватает дыхания, у меня все горит в груди».

После каждого раунда оцените свои чувства по 10-балльной шкале. Сделайте несколько раундов простукивания. Каждый раз могут появляться новые фразы и чувства. Простукивайте и их, в идеале до 0 баллов, но хотя бы до 2. После этого вы уже совершенно по-другому отреагируете на немытую посуду. И вы сможете применить ваши знания по воспитанию.

4. Когда вы будете прорабатывать свое насилие по отношению к детям, вы начнете вспоминать, как вы страдали в детстве. Ваша мать делала с вами то же самое. Вас раздражает то же, что и вашу мать, вы кричите на детей ее словами и бьете их, как и она. Вспомните себя в роли ребенка, ту ситуацию, когда она орала на вас, била вас. Простукивайте свою детскую ситуацию. В этот момент вы лучше поймете своего ребенка.

Проработка детских травм изменит ваше поведение по отношению к ребенку. Эти агрессивные модели постепенно уйдут из вашей жизни, причем естественным образом. Вам даже не надо будет сдерживать себя. Все-таки на сдерживание тоже уходит много энергии. Не ожидайте от себя мгновенных изменений, это длительный процесс.

Изменения идут в 3 этапа.

1. Вы начинаете осознавать свое агрессивное поведение (раздражение, крики, оскорбления) после того, как вы это сделали. То есть не забываете ситуацию, не отключаетесь, не говорите, что этого не было, а помните и можете воспроизвести ее в памяти. Лучше всего записать эту ситуацию по свежим следам и прорабатывать при помощи простукивания. Также простукивайте чувство вины за то, что сделали.

2. Вы осознаете свое поведение во время того, как это делаете. Включается внутренний наблюдатель. Вы отслеживаете свои действия, понимаете, что это плохо, но вас несет. Вы еще не можете остановиться.

3. Вы осознаете свои чувства и желание совершить насилие до того, как начали кричать и бить. И уже можете остановиться. Это первая победа, хотя результат еще нестабильный. В тот момент, когда вы срываетесь, лучше всего уйти в туалет или ванну и там сделать простукивание.

4. Триггеры не срабатывают, то есть те слова и действия ребенка, которые раньше раздражали и приводили к агрессивным действиям, больше не вызывают реакции. Вам не надо себя сдерживать, это происходит само собой.

Конечно, при проработке своих детских травм могут появиться очень неприятные состояния, чувства, ощущения в теле, даже обострения болезней. Тут надо быть очень осторожным, особенно если в детстве вы каждый день подвергались насилию. В таком случае не занимайтесь самолечением, обратитесь к специалисту и простукивайте детские ситуации под наблюдением психолога, работающего с травмой.

Без психолога можно ограничиться первыми 3 пунктами и простукивать только свою реакцию на детей. Результат даже в этом случае обязательно будет. Обычно за 3–6 месяцев отношение меняется.

Я уверена, что у вас получится и ваш ребенок это оценит. Это будет лучшая инвестиция в его будущее развитие. Вы сбережете его психику и постепенно начнете чувствовать себя более компетентной матерью.

Глава 11

Истории успеха

Это письма от слушателей моего канала и клиентов, которые рассказывают об успешных изменениях в жизни после работы над собой и делятся лайфхаками, как справиться с токсичной матерью.

Мне можно не любить бабушку

«Здравствуйте, Татьяна!!!) Я так рада, что узнала о вас! Меня распирают эмоции благодарности и радости к вам!!! Очень давно хотелось написать вам, но ныть не хотелось, в итоге вот пишу о том, как применяю простукивание и что всплывает то, чего не ждала! Очень-очень рада. Бесконечно. Смотрю видео уже полгода и пытаюсь делать техники самопомощи.

У меня ужасно токсичная семья, холод, отстранение, стыд, критика, вина и насмешки в мой адрес всю жизнь. Сестра уехала в 18 лет из дома и прервала общение. с тех пор уже лет 16 прошло, не общается ни с мамой, ни с папой… я младшая, очень-очень тяжело отделяюсь, я “золотой” ребенок. Потому что никак не могу сама зарабатывать себе достаточно, вечно мне плохо, давно уже психологические проблемы, с 14 лет по психологам… сейчас мне 29.

Я впервые в жизни не общаюсь осознанно с мамой уже 2!!! недели. До этого была куча попыток перестать общаться, но душил страх, что мама умрет. Вот решила не общаться. Такой накал был!!! Я ПОСТОЯННО себя вытаскиваю из этого! Простукиваю установки и ограничивающие мысли сейчас второй день. До этого я в течение полугода, что смотрю вас, простукивала, когда были силы, но сил так мало и депрессия, что часто я не могу встать с кровати даже.

Простукивала установки, и неожиданно во мне развернулась картинка детства, которую я почти забыла. Лет до 10 мне было. И тогда моя бабушка люто ненавидела моего отца, непонятно почему тогда для меня было. Ругала его и ругала мою маму, что та вышла замуж за него. Мама плакала и орала на нее, мой папа тихо ненавидел бабушку. Сам он тиран, алкоголик.

А все агрессировали вокруг, и очень не хватало спокойствия. Было больно оттого, что плачет мама, что жесткий папа, и вдобавок меня ненавидела еще и сестра. К несчастью, я еще и “золотой” ребенок. И, простукивая установки и страхи из настоящего, мне пришла вот эта картинка и вспыхнуло сто-о-олько злости на это все!!! Ну запороли мне детство своими разборками!!! Злость на маму, которая рассказывала мне плохое обо всей родне, сливала свою злость так. Злость на бабушку огромная! И тут же я ощущаю запрет и страх злиться на бабушку… типа старшее поколение… нельзя злиться… я все это простукиваю второй день, и ощущение освобождения, и что-то выходит из груди и на место встает будто, но это надо делать и делать! А злость такая накатывает, что орать охота!

Но я жутко рада. Особенно что мне можно не уважать и не бояться бабушку! Мне никогда никто не разрешил бы это!!! Как бы на нее зла я ни была. А ее по умолчанию как бы все побаиваются и типа авторитет. Типа она рулит всем. Негласное распределение ролей. А я не хочу так!!!) В общем, я совсем не ожидала, что память выдаст вот этот застарелый конфликт, на который я никак не отреагировала маленькая. Я жутко вам благодарна за техники, помощь и личный пример! Я очень хочу стать психологом, с детства, душа ликует и тянется, когда вижу счастливые пары и истории успеха, я прям очень-очень-очень за вас рада и вам признательна, что вы сеете добро!!! Самой светлой энергии вам, радости и окрыленности!!! Пошла простукивать все дальше».

«Золотому» ребенку действительно труднее сепарироваться от родителей и выйти из зависимости, потому что в него много вкладываются, ему уделяют больше времени и средств. Но он тоже переживает абьюз. Родители у него такие же токсичные манипулянты, как и у нелюбимых детей.

У «золотого» ребенка больше конфликтных чувств: «мне плохо, но меня ведь любят, на что мне жаловаться». «Козлу» в этом смысле легче: он не видит ничего хорошего, его только использовали, унижали и били. У него меньше иллюзий, он с чистой совестью разрывает отношения и уходит. «Золотой» ребенок должен расплачиваться за всю доброту родителей и не имеет права уйти, не может стать самостоятельным, встать на свои ноги.

Депрессия – типичное расстройство у жертв абьюза в детстве, потому что они с раннего возраста чувствуют холод, отвержение и нелюбовь. Даже «золотой» ребенок не чувствует наполненности любовью, он всего лишь функция, он носитель родительских ожиданий, ему надо соответствовать ожиданиям. И «золотому» ребенку нельзя жаловаться, ведь он как сыр в масле катается. Так чувства подавляются и манифестируются в депрессии.

Еще одна причина депрессии – это агрессия, которая должна была быть направлена на обидчика, но направляется на себя. Вы злитесь на бабушку, а вас ругают за то, что вы злитесь, в итоге вы злитесь и обвиняете себя. И себя разрушаете, лишаетесь энергии. Низкая самооценка, чувство вины – вечные спутники депрессии.

Продолжайте работу над собой, и вы выйдете из зависимости от родителей. Радости и окрыленности всем вам!

Методики помогли справиться с нарциссической матерью

«Татьяна, ваш канал – просто находка для меня, большую часть жизни прожившей с матерью-нарциссом! Удивительно, но года 3 назад, в 37 лет, я вдруг сама приняла решение прекратить общаться с матерью. И так хорошо себя почувствовала без нее! А она еще долго прибегала поругаться каждые месяц-два, вызватьчувство вины, облить мою семью негативом. Где-то год она не могла успокоиться! А мне надоело быть плохой. И вот я нашла ваши видео, и в них – точь-в-точь описание моего детства, моих родителей! Как все верно, слово в слово! Поразительно, что я сама, без помощи психологов, вышла на пятую стадию отношений с нарциссом, но работать над собой еще надо – комплексы, установки засели прочно внутри. С вами все возможно, ведь вы дали мне понять, что я на правильном пути. Благодарю! Развития вашему каналу!»

Запись звонков

«Установила на телефоне программу по записи звонков, специально хотела с мамой отследить общение, когда психолог сказал, что моя мать нарцисс (я сама это знала, но ребенок (хоть и 30 лет) хочет всегда верить в лучшее). Так вот, я была в шоке, переслушивая разговоры с ней. Какая она гадкая, как все перекручивает и как после разговоров с ней ты чувствуешь помутнение разума… Прям туман… думаешь, что ты что-то не так подумал лишнее, но, переслушав, понимаешь – это ОНА тварь! Всем советую так себе поправлять голову, переслушивая…»

Не ковыряю кожу

«Татьяна, заканчиваю вторые 30 дней работы с техниками самопомощи. Я шла в медленном темпе. И смотрю ваш канал каждый день. Главный результат в этом месяце – не ковыряю кожу вообще. Даже не тянется рука. До техник я каждый день расковыривала, когда сильно нервничала, даже перед другими людьми. Это такое облегчение – избавиться от этого».

Я вывела мать на чистую воду

«Я заподозрила, что мать плохо себя ведет с нашим сыном. Я вроде как доверяла ей в том плане, что ребенок всегда накормлен и присмотрен. Но внутренняя тревога была. И мы с мужем решили установить прослушку на телефон, чтобы услышать, о чем она говорит с сыном, когда они одни. Ответ не заставил себя долго ждать. Буквально на второй день мы сделали запись, где она с садистичной жестокостью била ребенка, угрожая размазать его по стенке. Он бедненький плакал, защищался. А она била и орала на него. Услышав эту запись, у меня внутри все перевернулось. Это стало последней каплей! Муж в ту же секунду пошел и забрал сына. Без скандала. Я сказала: “нужно действовать с хитростью. Скажи, что вы погуляете и ты его назад ей приведешь”.

Муж так и сделал. Вечером она начала звонить, а я не брала трубку. Тогда она сразу прибежала к парадному и начала звонить в домофон. За 15 минут было около 50 звонков на телефон. Я ей ответила, чтобы шла домой и что сын сегодня будет у нас.

Она в ярости и полном безумии пробралась в парадное, поднялась на этаж и начала в припадке орать и выбивать двери. Я ей сказала: “Уходи домой. Иначе мужу придется тебя вывести силой”.

Она не слышала и продолжала названивать. В это время муж с сыном были на улице и должны были уже вернуться домой. Я дома была одна. Она орала и колотила в дверь. Я вызвала полицию. Приехала полиция. Картина следующая: я, муж и сын стоим в пороге. Мать начинает меня газлайтить перед полицией. Говорит: “А ты вспомни, ты же всегда была неадекватная! Ты же со всеми так поступаешь! А вспомни, как ты ребенка била! А вспомни, как вы с мужем ругались! А как ты на маму мужа наорала! У тебя всегда было плохо с головой!”

Поворачивается к полиции и говорит: “У нее так всегда. Она же лечится. Антидепрессанты пьет!” Я молча все это наблюдала и прозревала. С какой циничностью и подлостью она выливала всю эту грязь! Выходит странно: я неадекватная и ненормальная, но дверь в чужую квартиру выбивает она))) Полиция ее вывела. Я поступила правильно. Иначе она бы до сих пор стояла бы у нашей двери».

Первая победа

«Мать-нарцисс сегодня, как всегда, попыталась меня опять принизить, хотела было в сотый раз рассказать, какая я плохая была в детстве, и я ее перебила, не дав сказать, недовольно прервала ее. Она не ожидала этого от вечно послушной «девочки» (замечу, что я уже взрослая женщина). Это была первая моя победа над ней. Больше не дам ей обижать меня!!! Спасибо, что открыли мне глаза, я перестала ее воспринимать как мать, а понимаю, с кем имею дело».

Мы стали жить отдельно от мамы

«Мы поженились, и муж купил однокомнатную квартиру, но моя придурошная мать настояла, чтобы мы жили у нее. Я забеременела (с трудом) и всю беременность тряслась, чтобы не потерять ребенка. У меня болел живот, и теперь я понимаю отчего: мать постоянно устраивала скандалы. Вообще она меня с младенчества воспитывала в культе болезни. Я постоянно болела. У меня никогда не было сил. Никакой энергии. Я постоянно находилась в астеническом состоянии.

Мать всячески исподтишка стравливала и ссорила нас. Я была жертвой, муж агрессором, а она спасателем. Но роли, конечно же, периодически менялись. Мы начали ругаться. Срывались на ребенке. Ругали маленького беззащитного человека. При этом я думала, что это муж плохой, а он думал, что плохая я. И самое интересное, что мы оба думали, что наша семья держится на моей матери. На этой святой женщине, которая ночей не спит, готовит еду, стирает, убирает, нянчит внука. И еще она заставляла меня таскать у мужа деньги, говоря: “Ты ведь не работаешь. В случае чего у тебя ничего нет. А мужики не любят больных. Они от таких уходят”.

Вот пришел момент Х, и мы с мужем после очередной ссоры приняли решение, чтобы сохранить семью, начать жить отдельно от мамы. Я, ничего еще не зная о нарциссах и пребывая в иллюзии, что мама непогрешимая и святая, попросила ее перейти жить в однокомнатную квартиру. Она согласилась. Но вот тут-то и началось все самое интересное! На нас полился настоящий нарциссический гнев! Она рвала и метала. Заставляла нас извиняться за свинское отношение. Я все еще пыталась настроить диалог, но она была в невменяемом состоянии. Я не понимала, почему она меня не слышит. Мне было больно, что она не хочет понять. Я тогда еще не знала, что она эмоциональный инвалид, лишенный эмпатии. Пожив в таком состоянии с постоянными разборками (она приходила, выгоняла нас, перла на мужа как танк, толкала его своим пузом).

Мы с мужем принимаем решение продать однокомнатную квартиру и купить двухкомнатную и переселиться. И по божьей воле случилось так, что мы буквально в один день нашли подходящее жилье (правда, рядом с домом матери. Но я тогда еще не осознавала, что нужно, наоборот, подальше ехать. И при несепарированности и созависимости я очень хотела жить в этом же районе). Но это тоже большая победа! Мы в один день нашли себе квартиру и в тот же день нашелся покупатель на нашу. Буквально первый, кто пришел на осмотр. Вся сделка прошла как по маслу. С недвижимостью так случается очень редко. И через месяц мы переехали! Примерно в этот период я начала терапию и у меня начался этап прозрения. Я довольно быстро поняла, что мама – нарцисс. Но я еще долго искала подтверждения. Вот так, как сейчас, проанализировать всю дичь, которую она со мной творила в течение всей жизни, я тогда еще не могла. Но старт был взят!»

Я классная и современная женщина

«Добрый день, Татьяна. Мне 42 года. В течение жизни я работала с психологами по поводу отношений с мамой. Но только сейчас, в этом году, я узнала, что она нарцисс. И начала работу по вашим методикам. Она прыгала то в позицию жертвы, то в позицию преследователя, то в агрессора. Стала метаться, увидев мою железную волю и полный отказ от контактов. И тут она внезапно ломает ногу.

Во всей этой истории семьи есть еще и папа-подкаблучник. Также я работала по вашим методикам с ним, отдавая всю его гадость и жестокость обратно. И вдруг он заболевает. И все это за 2 дня – нога, и болезнь. А работу я начала 3 месяца назад. Теперь я понимаю, что я была для них эмоциональным инвалидом. И я как-то жила, находясь в хронической депрессии, в постоянных неудачах и болезнях.

А сейчас мне стало легче и понятнее, что я не такая дрянь и ничтожество. А очень классная и современная женщина, у которой своя шикарная квартира, машина, красивый талантливый ребенок, я к тому же обнаружила, что я и сама красавица, и у меня появился прекрасный, заботливый, любящий мужчина, и я тоже в него влюблена. Пусть и поздно, но я смогла найти причину ужаса своей жизни. А теперь я счастлива. Благодарю».

Открылись глаза на все

«У меня открылись глаза на все (!!!) благодаря вашим видео и видео девочек, которые пережили все это и теперь транслируют все на YouTube и помогают другим выбраться из всего этого. С матерью общаюсь очень ограниченно по телефону, отправляю деньги ей иногда. Весь этот год я была в ужасе и принятии того, что со мной было и как со мной поступали. Спасибо Господу и этой вселенной за нужных людей на пути и вовремя. Сейчас, конечно, собирать себя по кусочкам и свое здоровье непросто… но слава богу, что уже на пути восстановления и все самое страшное позади… мать была для меня целой вселенной, и мое чувство вины меня разъедало… сейчас есть это чувство, но я его осознаю, и легче… работаю над собой… всем скорейшего исцеления и благ».

Когда я стала жить отдельно

«Когда я стала жить отдельно от матери, у меня ушли страхи купаться в ванной (она не разрешала мне принимать ванную, потому что это вредно для сердца. И закрываться было нельзя. Она выламывала дверь в прямом смысле слова. В туалете тоже нельзя было спокойно посидеть. Она стучала или открывала дверь со словами: “Что, яйцо высиживаешь?” Или: “Хочешь потом лечить геморрой?” Боже! Я в свои 33 года не могла сидеть в туалете без ее контроля!!! Естественно, запоры стали моими верными спутниками).

Живя отдельно, я стала узнавать себя. Оказалось, что я могу принимать ванную с пенкой, пользоваться дезодорантом, кушать чипсы, смотреть фильмы, какие хочу, и красить волосы. Она ведь не разрешала мне краситься краской. Только хной. А я в свои 30 уже наполовину была седая! Мне не разрешалось пользоваться дезодорантом. Помню, уже работала, мне было 20–22, я прятала дезодорант в тумбочке глубоко за книгами, и у меня было буквально несколько минут утром быстро им воспользоваться и спрятать обратно, пока она была в ванной. И нужно было еще успеть проветрить в комнате. Иначе, когда она унюхивала запах, заставляла идти мыться.

Она вообще все везде нюхала. У нее глубокая паранойя. Она покупала матрас и не разрешала на нем спать. Резала его ножницами, смотрела, что внутри: нет ли чего-то опасного. Потом зашивала либо заставляла меня зашивать. Живя отдельно, у меня моментально прошли панические атаки, и я за год не выпила ни одной таблетки гидазепама. Ко мне ни разу не приезжала скорая. А, живя с ней, скорая у нас бывала регулярно. Примерно каждый месяц. Ничего не находили. Давали успокоительное и уезжали. А причина просто в том, что нарцисс доводила меня до состояния панических атак».

Начало всплывать детство

«Раньше я не помнила своего детства. Год просмотра вашего канала и простукивания (7 месяцев ушло на психопата, с которым жила, 4–5 – на мать), и наконец-то начало всплывать детство! Сегодня как посыпались фразы, угрозы, мат-перемат, исписала 10 листов! И ситуации немного тоже вспоминаются… Наконец-то все ваши методики ОТЛИЧНО работают, при одном важном условии: РЕГУЛЯРНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ!

Спасибо вам еще раз огромное за ваши видео. Они очень помогают в жизни, помогают различать нарциссов, вовремя сохранять с ними дистанцию и не заходить дальше».

У меня пелена упала с глаз

«Я смотрела видео про нарциссов целый год, но мысль, что моя мама такая же мне ни разу не пришла в голову!!! Однажды после скандала с мамой я почему-то опять открыла YouTube и посмотрела видео!!! Это был шок, у меня пелена упала с глаз, я поняла, что моя мама нарцисс! Это правда был шок, было очень страшное осознание. Я поняла, что я никогда не узнаю, как это – мамина любовь, принятие, участие.

Я стала работать над собой и освобождаться от морока. После очередного скандала меня это так опустило, что я перестала общаться с ней.

Вот прошло полгода как я не общаюсь с родителями и нарциссами вообще… Я не могу описать свою жизнь, это другая жизнь другого человека. Я похудела, похорошела, расцвела, прыщи с лица ушли, менструация стала безболезненной, у меня нет апатии и депрессии».

Я выбираю себя

«Я заблокировала мать. Она прикидывается жертвой, что ее все обидели просто ни за что! В ход идут все возможные манипуляции, эмоциональный шантаж и жесткий газлайтинг.

Она называет меня сумасшедшей. А чего можно ожидать от больного на голову человека?)))) Да чего угодно! Такой человек может заблокировать ее везде. И послать на три буквы! Да вообще невменяемая дочь может вытворить, что захочет! Ну конечно, у меня же это от отца! Это ж по его линии передался психоз. Виноват он. Виновата я. Виноваты все. А мамочка, как всегда, права!!!

Она еще к нам в парадное приходила кадить с ладаном. Бесов изгоняла)))))))))) Раньше всегда так делала. И еще любила довести меня до трясучки, а потом взять святую воду, умывать меня ею и причитать: “А Господи Боже мой! Бесы вселились в тебя! За что же мне такое наказание!”

Кстати, себя она считает очень верующей. У нее везде иконы, ходит в церковь, и там все ее считают прекрасным человеком! Она ведь все для людей! Все для людей! Альтруистка!

Мать ушла в блок и там, надеюсь, и останется. Пусть заведет себе хомячка и контролирует его день и ночь. Я устала быть тамагочи в ее руках.

За неделю, что я полностью прервала с ней контакт, у меня жизнь заиграла новыми красками! Мы были с сыном и мужем в парке динозавров. Катались с горки! Также были в зоопарке! Катались на чертовом колесе! Никогда прежде я не могла этого делать! Впервые в жизни я не ходила всю прогулку с телефоном в зубах (а вдруг мама позвонит, а я не услышу). Впервые в жизни я не отчитывалась, как я доехала и как приехала обратно. Впервые за 34 года!!! Впервые в жизни я живу сводобно и больше не собираюсь возвращаться в клетку! Да, впереди еще много работы над собой. Я не исключаю откаты. Но с этим можно справиться, и я справлюсь! Я хочу жить, и я буду жить! Потому что Господь создал человека свободным и никто не вправе нарушать это!

Я начала петь в караоке! Мать внушала, что мне слон наступил на ухо, и, если я пела, говорила: “Хватит выть!” Каким было мое удивление, когда оказалось, что я попадаю в ноты и в принципе петь могу. Да, не Селин Дион, но для себя, для удовольствия – вполне возможно!

И, прокатившись на чертовом колесе, я сказала мужу: “Наверное, моим следующим шагом будет прыжок с парашютом!”)))))))))

Я выбираю себя! Я выбираю свою семью! Я выбираю этот драгоценный подарок под названием “ЖИЗНЬ”!»

Глава 12

Типы токсичных матерей

При взаимодействии с токсичными людьми вы чувствуете токсичный стресс. Под воздействием их контроля, жалоб или манипуляций у вас начинают выделяться гормоны стресса, реальные токсичные вещества, которые вырабатываются в вашем организме и буквально отравляют вас.

После общения с ними вы теряете энергию, мотивацию, снижается ваша самооценка.

Когда вы растете с токсичной матерью, вы в постоянном стрессе с рождения, вы не можете никуда уйти, вы заложники этой ситуации. Это продолжается все 18 лет вашего взросления, а у некоторых еще дольше, и оказывает большое влияние на ваше развитие.

Токсичность матерей может быть разного типа и разной интенсивности. Неисправимо токсичные матери имеют расстройство личности.

Я использую классификацию расстройств личности в DSM-5[7]. Есть 10 расстройств личности, которые организованы в 3 кластера.

Кластер А: странные и эксцентричные.

Кластер В: непредсказуемые королевы драмы.

Кластер С: тревожные.

Уровень токсичности зависит от того, сколько присутствует признаков расстройства личности и насколько сильно они выражены. Для диагностики расстройства личности достаточно набрать больше половины симптомов. Если их 7, то должно быть 4 критерия. Если их 9, то 5 критериев. Не рекомендую самостоятельно ставить диагнозы, это задача психиатра. Цель этого описания – понимать, с кем вы имеете дело и как можете защититься. Некоторые токсоматери не дотягивают до диагноза, но те черты, которые свойственны определенному расстройству, все равно делают жизнь ребенка очень тяжелой.

Кластер А: странные и эксцентричные

Сюда входят 3 расстройства личности – параноидное, шизоидное, шизотипическое. Они имеют общие черты, похожие на некоторые симптомы, наблюдаемые при шизофрении. Однако при сильном стрессе или травме расстройство иногда может перерасти в шизофрению.

Параноидная мать

Подозрительная, обидчивая, недоверчивая, чувствительная к несправедливости. Ознакомьтесь с критериями (симптомы) параноидного расстройства личности и примерами поведения матери.

1. Безосновательное подозрение, что другие используют, обманывают или причиняют ей вред.

Мать подозревает, что невестка или зять хотят обокрасть ее детей или отравить, изменить и бросить, отобрать жилье. Она может подозревать и ребенка: «Ты спишь и видишь, как бы избавиться от меня», «Ты хочешь у меня отжать квартиру». Престарелая больная мать подозревает дочь, которая за ней ухаживает, что та дает ей не те лекарства, хочет побыстрее отправить на тот свет, чтобы заполучить наследство.

2. Бездоказательная озабоченность сомнениями в верности и преданности людей, убеждения, что ни на кого нельзя положиться.

Мать боится, что ребенок любит родственников больше, чем ее; что ее обсуждают. Боится, что ребенок вынесет сор из избы: если он расскажет о ее насилии, то он предатель. Когда дочка выходит замуж и переезжает жить к мужу, то она тоже предательница. Когда мать делит наследство между детьми, боится, что один из них обманет другого и заберет все ее имущество, поступит несправедливо.

3. Нежелание, неспособность и невозможность открыться перед другими из-за беспричинного страха, предательства, страха, что информация будет использована против нее.

Мать держит все в себе, не делится секретами. После развода старается ничего не говорить ребенку о своих планах, боится, что он передаст все отцу и отец навредит. В школе тоже не рассказывает о проблемах с ребенком из страха, что учителя вместе с отцом навредят ей.

4. Интерпретация нейтральных или безобидных слов, сказанных людьми, как угрожающих или унижающих.

Обычная шутка, даже взгляд ребенка, воспринимается как сарказм и унижение. Например, дочь не посмотрела на нее утром, а просто сказала: «Доброе утро». И мать делает выводы, что дочь ее не уважает.

5. Повышенная обидчивость, неумение прощать. Долго таят обиду, не могут забыть и простить, все время напоминают и упрекают.

Мать запоминает грехи своих детей и окружающих ее людей. Она ведет черные списки, записывает, кто и что ей сделал плохое. Но память у нее и без списков очень хорошая: ребенок в 3 года сказал ей, что уйдет из дома, она обижается и припоминает всю жизнь. Очень любит, чтобы ребенок раскаялся и страдал за свое «преступление». И хочет именно выколотить слезы раскаяния, только тогда она успокаивается.

6. Убеждение, что люди хотят испортить ее репутацию, запятнать ее честь при отсутствии объективных доказательств; желание отомстить таким же образом.

Считает, что, если сын плохо учится, это значит, он хочет навредить матери и опозорить ее перед людьми. Работает на опережение. Например, боится, что дочь опорочит мать, и для этого всех родственников и соседей настраивает против дочери.

7. Ревность и подозрительность без причины, убеждение, что романтический партнер неверен и изменяет.

Ревность к мужу ее изводит. Она подозревает в неверности и выслеживает мужа, проверяет его телефон, одежду, собирает информацию, нанимает частного детектива. От подозрений и ревности плачет, страдает, запугивает мужа, кричит. Ребенок растет в постоянном страхе скандалов на почве ревности.

Есть матери, у которых паранойя сочетается с другими расстройствами. Например, может быть психопат-параноик, нарцисс-параноик. Это очень токсичные матери.

Есть агрессивные и тихие параноики. И от этого зависит степень токсичности. Некоторые параноидные матери тихие и неагрессивные. Они могут быть теплыми и заботливыми, поддерживающими для ребенка и подозрительными к остальным. Тогда ее токсичность невысокая. Есть агрессивные, применяющие физические наказания – это высоко токсичные матери.

В старости некоторые матери становятся параноидными из-за плохого слуха или старческой деменции – им кажется, что все их обсуждают и что-то замышляют.

Последствия в развитии ребенка

У ребенка, который воспитывается параноидной матерью, тоже развивается подозрительность и недоверие, тревожность и ожидание подвоха. Он чувствует обиду за то, что мать не доверяет, и постоянно доказывает свою невиновность. Дети могут сами иметь склонность к паранойе, страдать тревожностью и депрессией, расстройствами личности, соматическими болезнями.

Что делать?

Чтобы избежать скандалов, с такой матерью надо быть предельно прозрачным, докладывать обо всем и подчеркивать свои чистые намерения. Любая секретность будет воспринята как предательство.

Слово «справедливость» – самое важное в жизни параноика, все должно быть по справедливости. Когда вы аргументируете, употребляйте это слово, оно быстро убеждает. Например, «Мама, это несправедливо, что ты меня обвиняешь в плохих намерениях, я никогда этого не делал». Если есть доказательства, то ее можно переубедить в конкретном случае. Этим параноидное расстройство отличается от шизофрении и бреда. Когда мать рассказывает о том, как к ней плохо относятся другие, она часто говорит: «Это только мне так кажется? Я параноик?» Не надо говорить, что ей кажется и она все выдумала, особенно престарелой матери. Если вы будете доказывать, что это не так, вы попадете под подозрение сами. Сочувствуйте ей и поддерживайте. Этим вы снизите ее тревожность и паранойю по поводу ее паранойи.

Шизоидная мать

Холодная, отстраненная, неэмоциональная, не нуждается в общении, предпочитает одиночество, испытывает трудности в создании привязанности, но может быть привязанность к ребенку. Привожу критерии с примерами поведения матери.

1. Нет желания или радости от близких отношений, включая семейные.

Близкие отношения, скорее, утомляют. Мать придет домой, и ей не до ребенка, она в уголке сидит, читает и предпочитает, чтобы ее не трогали.

2. Почти всегда выбирает занятия в одиночку.

Мать любит уйти в лес, на природу. Сама может пойти в кино, в театр. Ей компания не нужна: «Мне самой с собой нескучно». Она не зависит от окружающих. Ее трудно убедить пойти на праздник, мероприятие. Ей хорошо одной. Если ходит, то из чувства долга, а потом сильно утомляется.

3. Имеет низкий интерес или вообще не имеет сексуального опыта с другим человеком.

Такие женщины часто становятся матерями-одиночками, посвящают себя карьере или вовсе не заводят детей.

4. Не много (или вообще нет) занятий, которые приносят удовольствие.

Мать выполняет обязанности для семьи как робот, потому что так надо. Ей неинтересно играть с ребенком, она не вовлекается в игру, в коммуникацию. Она просто сидит рядом и смотрит, чтобы ничего не случилось.

5. Отсутствие близких друзей или людей, которым можно довериться, кроме самых близких родственников.

Шизоидная мать, как и параноидная, отличается недоверчивостью, но без фанатизма. Она не обижается, просто делает выводы: отсекает контакты, уходит в себя. Но может создать близкие отношения с мужем и ребенком и довериться им.

6. Выглядит индифферентной в ответ на похвалу или критику.

Мнение других людей не задевает, не обижает и не радует. Если кто-то говорит, что она хорошая мать или плохая, ей все равно. Она приготовила обед, все восхищаются ее блюдом, но для нее это лишнее. Если ее поругают за обед, не обидится. Ее не особо волнуют успехи или провалы детей в школе.

7. Демонстрирует эмоциональную холодность, отстраненность, безэмоциональность.

С ребенком мало говорит или вообще не говорит о чувствах. Чувства ей непонятны, она их часто не может назвать. Уделяет больше внимания интеллектуальным видам деятельности, любит философствовать. Такая безэмоциональность выглядит как отключенность от своих чувств, диссоциация. Такая мать может быть неотзывчивой, не давать эмоциональную реакцию на эмоции ребенка. Если ребенок радуется, она не радуется, он грустит – она нет, при этом не отзеркаливает ребенка.

Шизоидные матери не унижают, они не испытывают эмоции. Токсичность этого расстройства проявляется в том случае, если нет привязанности к ребенку, а есть эмоциональный неглект и отсутствие интереса к нему. Мои клиенты, жертвы домашнего насилия, нечасто говорят о таких матерях.

Но в сочетании с другими расстройствами, например, с нарциссическим или антисоциальным, токсичность сильно выражена.

Последствия в развитии ребенка

Неумение выражать и понимать эмоцию. Чувство отверженности, ненужности. Ребенок может стать таким же «человеком в футляре» или страдающим от отвержения.

Что делать

Если вы хотите общаться с матерью, то надо быть инициатором контакта и не ждать этого от нее.

Шизотипическая мать

Замкнутость, сниженная способность к близким отношениям, когнитивные и перцептивные искажения, эксцентричное поведение. Разберем примеры критериев шизотипического расстройства.

1. Идеи отношения (связи несвязуемого) (при отсутствии бреда отношения).

Ей кажется, что незнакомые люди на улице обсуждают ее или смеются над ней. Как и при параноидном расстройстве, смех людей принимает на свой счет. В более тяжелых случаях ей кажется, что о ней говорят по телевидению, радио, пишут в газетах в зашифрованном виде. Видит посты в соцсетях и считает, что это послание ей или знак свыше.

2. Странные убеждения или магическое мышление (суеверия, вера в ясновидение, телепатию, шестое чувство).

Такие матери бегают по всяким эзотерическим курсам, группам или начинают заниматься астрологией, биоэнергетикой, вступают в секты и потом навязывают это своим детям. Они верят, что это их спасет от всех жизненных проблем.

Но если во всей культуре принято верить в порчи, сглазы, бабку-целительницу, совершать ритуалы, то это сюда не относится.

3. Необычные перцептивные переживания, включая телесные иллюзии.

У таких матерей может быть ощущение присутствия: они могут услышать голос, получить сообщение от высших сил, увидеть сущность, привидение. Могут чувствовать, как будто кто-то ползет под кожей. Это похоже на галлюцинации, но они не постоянные, как при шизофрении, а случаются иногда.

4. Странные модели мышления и речи (неясные и туманные, непрямые, метафорические, детализированные или стереотипные).

Мать говорит загадками, двойными посланиями, метафорами. В ее словах нет логики, предложения составляются без связи друг с другом, просто набор слов. Она переходит с одной темы на другую по ассоциациям. Другим кажется, будто бы в сообщении есть скрытый смысл, который невозможно понять.

5. Подозрительные и параноидальные мысли.

Подозрения основаны на неправильно интерпретируемых сигналах от людей. Человек говорит доброжелательно, а она видит угрозу. Хотя люди иногда, действительно, смеются над ними из-за странного поведения, и это вызывает подозрения. Параноидальные мысли появляются также из-за ощущения присутствия или иллюзий.

6. Неадекватный и ограниченный аффект (эмоции).

Может засмеяться, когда у человека горе, или плакать, когда люди радуются. Лицо безэмоциональное, обездвижено, движения скованные, как у робота.

7. Странное, необычное и эксцентричное поведение или внешность.

Мать с магическим мышлением проводит ритуалы, выполняет стереотипные движения, разговаривает сама с собой, часто гордится своей неординарностью и творческим подходом. Одежда может быть не по возрасту или вычурная – это тоже часть ритуалов.

8. Отсутствие близких друзей, доверительных лиц, кроме самых близких родственников.

Она сторонится людей, а люди ее. Ей кажется, что никто ее не понимает, однако если на 100 % уверена в муже и ребенке, то может с ними создать теплые и доверительные отношения.

9. Повышенная социальная тревожность.

Эта тревожность не снижается ни дома, ни на работе, ни в компании знакомых людей, она связана больше с параноидным страхом, чем с негативными суждениями о себе.

Шизотипическая мать в чистом виде при условии безопасной привязанности к ребенку не очень токсична. Но шизотипическое расстройство в сочетании с нарциссическим расстройством – это как раз вариант фанатичной матери, которая верит в потустороннюю силу, слепо и без анализа обращается к религии. Она заставляет исповедовать религию, которая ей понравилась, всех в семье и манипулирует, угрожая божьим наказанием. Некоторые матери сами себя причисляют к лику святых, пророков и даже ангелов.

Последствия для развития

У шизотипической матери много творческих идей, она может воспитать в ребенке креативность, способность высказывать свое мнение, может быть отзывчивой и поддерживающей. Но дети могут иметь задержку в когнитивном развитии, потому что мама сама на уровне развития ребенка до 6 лет – с магическим мышлением и отсутствием логики. Ее тревожность передается ребенку, и он тоже может стать тревожным, неуверенным и подозрительным. Кроме того, странное поведение матери вызывает у ребенка чувство стыда перед друзьями.

Как справляться

Переубеждать маму в неправильности ее странных идей не надо. Сами работайте над собой, освобождайтесь от тревожности, страхов. Выстраивайте четкие границы и не дайте ей запугать себя карой божьей.

Кластер B: непредсказуемые королевы драмы

Склонность к драматизации, повышенная эмоциональность и непредсказуемость. В этот кластер входят 4 расстройства личности – антисоциальное, нарциссическое, пограничное и истерическое. Матери из этого кластера наиболее токсичные тираны, и последствия воспитания для детей наиболее тяжелые.

Антисоциальная мать

Неуважение и нарушение прав других, нарушение закона и норм морали, садизм, манипуляции. Если для всех других расстройств требуется больше половины критериев, то в данном случае для диагноза достаточно 3 симптомов из 7. Другое название этого типа – мать-психопат.

1. Неспособность соответствовать социальным нормам, уважать законы, их систематическое нарушение и аресты.

Мать может украсть что-нибудь в магазине, угнать чужую машину, даже вовлечь детей в преступление. Мать издевается над ребенком или позволяет издеваться над ребенком сожителю, насилует своих детей, продает их. Некоторых матерей даже сажают в тюрьму за это, но далеко не всех, потому что они запугивают детей.

2. Лицемерие, проявляющееся в частой лжи или обмане окружающих с целью извлечения выгоды.

Для других мать – само очарование, все дети вам завидуют. Она яркая, броская, вызывает восхищение. Она создает обманчивый образ и лжет, постоянно совершает манипуляции и махинации. Даже у собственного ребенка может попросить денег, пообещает отдать, но не выполнит обещание. У взрослых детей мать обманным путем отбирает квартиру, сбережения. Чтобы получить выгоду, она прибегает к манипуляциям. Например, дочка покинула родительский дом, который был для нее настоящим адом, а мать вдруг превращается в любящую и заботливую. И девочка-студентка устраивается на дополнительную работу, чтобы обеспечивать вполне здоровую и молодую мать. Везет ей деньги и подарки, отказывая себе во всем.

3. Импульсивность или неспособность планировать заранее.

Мать страдает от скуки, и ей хочется развлечений. Она может потратить много денег из семейного бюджета, пойти в казино и устроить вечеринку. Когда ее упрекают, говорит: «Что вы такие скучные? не можете жить в моменте и радоваться жизни». Мать может под влиянием настроения напиться и не подумать, что ребенок голодный.

4. Раздражительность и агрессивность, проявляющиеся в частых драках или других физических столкновениях.

Мать часто впадает в неконтролируемую ярость, вступает в рукопашную с мужем или с окружающими, кричит на ребенка и бьет его из-за любой мелочи. Некоторые бьют ребенка каждый день и считают, что это хорошее воспитание – «дурь выбивают».

5. Рискованное поведение без учета безопасности для себя и окружающих.

Может водить машину на огромной скорости, у нее нет чувства опасности и страха за детей, нет заботы об их здоровье и жизни. Например, во время коронавируса мать пришла в дом к дочке и внукам зараженная, зная, что болеет. Все заболели, а она не считает себя виноватой.

6. Последовательная безответственность, неспособность выдерживать определенный режим работы или выполнять финансовые обязательства.

Часто меняет работу и место жительства, охота к перемене мест очень сильна, а однообразие вызывает скуку. Ей быстро надоедает быть матерью. Не покормить детей, не прийти в садик за ребенком – это обычное дело. Она не способна ежедневно постоянно заботиться о детях. Может спокойно развестись и уйти, бросить детей на отца, не платить алименты.

7. Отсутствие сожаления или раскаяния за причинение вреда другим.

Когда она причиняет боль ребенку, например, бьет, то во всем обвиняет ребенка: «Ты сам виноват, полез туда». Хотя это она сама не досмотрела. Всегда умудряется переложить ответственность на кого-то другого. Причиняет боль специально, так как наслаждается страданиями детей. Когда дети вырастают и предъявляют претензии, она все отрицает или говорит, что это было для их же блага.

Последствия для развития ребенка

Ребенок первые годы живет в совершенно небезопасной среде. Он может вырасти антисоциальным или потенциальной жертвой, которую всегда используют и обманывают. Тяжелые проблемы со здоровьем, тревожность, депрессия, расстройства личности, диссоциация, расстройства пищевого поведения, проблемы в отношениях, на работе, финансовые трудности.

Что делать

Работать над собой, своими травмами, делать техники самопомощи. Записывайте все, что делает и говорит мать. Анализируйте, чтобы не поддаваться ее гипнозу и газлайтингу, удерживайте связь с реальностью. По возможности нужно прекращать контакт с матерью или общаться очень ограниченно и формально. В конце концов ей от вас не надо ничего, кроме денег, услуг и других ресурсов.

Пограничная мать

Нестабильность в межличностных отношениях и образ себя, перепады эмоций, выраженная импульсивность, страх отвержения. Критерии пограничного расстройства личности с примерами:

1. Чрезмерные усилия, чтобы избежать реального или воображаемого отвержения.

Мать очень боится, что ребенок перестанет ее любить. В непослушании видит отвержение: «Ты не помыл полы, ты меня не любишь», «Ты не сходил в магазин, тебе на меня наплевать», «Я работала весь день, а ты даже не позаботишься обо мне. Я тебе не нужна». При разводе боится, что ребенок уйдет к отцу, и начинает задабривать ребенка.

2. Нестабильные и интенсивные межличностные отношения. Идеализация и развенчание.

Мать постоянно колеблется в оценках детей. Если он получил хорошую оценку или помог по дому, то ребенок идеальный. Но если забыл что-то сделать, то тут же он становится ужасный, подлый негодяй. Мать чувствует глобальный стыд за «это чудовище».

3. Нарушение идентичности: очевидная и устойчивая нестабильность в образе «Я» и чувствах по отношению к себе.

Образ «Я» как матери постоянно меняется под воздействием ситуаций: «я отличная мать» – «я ужасная мать». Когда она накричит на ребенка, то она плохая мать, и эта мысль ей невыносима. Она казнит себя, сильно раскаивается, извиняется перед ребенком. Мнение о себе очень зависит от оценок других. Если кто-то ее похвалит: «Какая ты хорошая мать», то сразу образ «Я» поднимается. Если кто-то упрекнет, то самооценка тут же падает.

4. Импульсивность по крайней мере в двух областях – употребление психоактивных веществ, переедание, нарушение правил дорожного движения.

Эти импульсивные действия помогают ей избежать боли отвержения и чувства пустоты, забыть свое глобальное одиночество и ненужность.

5. Повторяющееся суицидальное поведение: попытки суицида, демонстративные угрозы суицида или членовредительство.

Угрожает ребенку, что покончит с собой, если тот не послушается и не докажет, что любит ее. Иногда не угрожает, а делает попытки суицида или занимается членовредительством. Например, маленький ребенок не может заснуть и плачет, и это ее бесит, она ругает себя: «Я ужасная мать, не могу уложить ребенка». И начинает бить себя, чтобы не навредить ребенку. Если все-таки навредит, может думать о суициде: «Я такая ужасная мать, что детям лучше без меня».

6. Эмоциональная нестабильность и резкая смена настроения, что проявляется в интенсивных эпизодах страдания, раздражительности, тревожности, которые обычно длятся несколько часов, редко – несколько дней.

Когда все идет хорошо, никто ее не отвергает, муж не изменяет, дети слушаются, она входит в приподнятое состояние, самооценка растет. Но при малейшем намеке на отвержение или на осуждение, она скатывается в гнев или обиду, страдания, депрессию. После взрыва гнева, вылитого на ребенка, гнев сменяется раскаянием. Она пытается загладить вину и становится очень теплой и любящей матерью. Но долго в стабильном состоянии она оставаться не может, все повторяется по кругу.

7. Хроническое ощущение внутренней пустоты.

Мать хочет, чтобы ребенок заполнил ее пустоту. Некоторые женщины с пограничным расстройством личности рожают ребенка для того, чтобы был кто-то, кто ее полюбит безусловно. Иначе нет смысла вообще жить, потому что все остальные не любят. Но когда ребенок начинает проявлять самостоятельность, то опять наступает пустота.

8. Неадекватный интенсивный гнев или трудности контроля гнева (например, частые приступы ярости, постоянный гнев или повторяющиеся драки).

Приступы гнева провоцируются моментами разочарования в себе или других. Кажется, что ребенок отвергает, предпочитает отца, других родственников, не нуждается в ней. Она этого не выдерживает, срывается на ребенке, может бить, говорить ужасно обидные слова. При этом быть как будто не в себе.

9. Кратковременные параноидальные идеи или диссоциативные симптомы.

Подозревает и мужа в измене, и детей в отсутствии любви: «Тебе же на меня наплевать!» И в момент отверженности появляется ощущение нереальности пространства или выход из тела, будто она выпадает из реальности. Приступы ярости часто бывают именно в этом состоянии. Она не слышит, что кричит. Быстро забывает, что произошло, потому что диссоциируется, а затем не может вспомнить.

Пограничная мать бывает агрессивная или пассивная. Агрессивная кричит и бьет детей. Или направляет агрессию на себя и бьет себя, например, стучит кулаком в грудь или головой об стену. А есть пассивная мать, которая вместо криков уходит в себя, погружается в депрессию, отстраняется, становится холодной и недоступной, игнорирует ребенка. Бывает, что эти типы поведения чередуются.

Последствия для развития ребенка

Ребенок с такой матерью переживает травму. Он живет как на пороховой бочке, не знает в каком сегодня настроении мама или как скоро оно изменится. В итоге становится либо таким же человеком с неустойчивой психикой, либо уходит в себя и отстраняется. Признания в любви и ненависти матери могут следовать друг за другом, и ребенок не понимает, его любят или нет. Двойные послания вводят в состояние ступора и диссоциациям. Последствия бывают такие же серьезные, как в случае с матерями-психопатами: физические болезни, психологические расстройства разного спектра, проблемы в отношениях, самореализации, финансах.

Что делать

Пограничные матери могут осознать и раскаяться в том, что они сделали в детстве. Можно с ними проговорить ваши детские травмы. Когда вы уже живете отдельно, можно встречаться изредка и продолжать общение. Осознавайте манипуляции, устанавливайте границы: «Мама, если я тебе не отвечаю немедленно, это не значит, что я тебя не люблю, это значит, что у меня срочные дела».

Когда встречаетесь с мамой в позитивной фазе – общаться можно, когда начинаются взрывы гнева, обвинения, манипуляции, быстро заканчивайте разговор и уходите: «Когда остынешь, поговорим». Но если поведение не меняется и у вас тяжелое состояние (депрессия, заболевания), лучше прекратить общение, хотя бы временно, и восстановить свое здоровье. Работайте над своими травмами.

Истерическая мать

Это актриса на сцене. Преувеличенная эмоциональность и желание привлечь к себе внимание.

1. Дискомфорт в ситуациях, где она не является центром внимания.

На семейных праздниках ей надо быть звездой и поражать своими нарядами, кулинарными способностями или рассказами о своих чудесных снах, подвигах или страданиях. Если внимания нет, то она перебивает и тянет его на себя; если не помогает, то уходит. Ради внимания может наговорить на ребенка отцу или бабушке, лишь бы получить сочувствие, сострадание и помощь.

Использует ребенка как жилетку, рассказывает подробности романтических отношений и проблем.

2. Провоцирующее, сексуально соблазняющее поведение, не адекватное ситуации.

Мать может сексуализировать своих детей, ходить перед ними голой, рассказывать о своих сексуальных победах, может соблазнять молодого человека дочери. Для нее сексуальное поведение – это хороший способ быть в центре внимания. Например, парень приходит в дом знакомиться с мамой, а она его уводит в другую комнату, показывает «Камасутру» и обсуждает содержание.

3. Быстро меняющиеся, поверхностные эмоции.

От радости до грусти – один шаг. Она может рыдать оттого, что ребенок ее не ценит, плохо учится. Все делается на показ, как в спектакле, чтобы произвести впечатление. А через 2 минуты совершенно счастливая разговаривает с подружкой, заводит романы, чтобы получить внимание, ребенок при этом уходит на второй план.

4. Постоянное использование внешности для привлечения к себе внимания.

Приходит на родительское собрание в откровенных нарядах, чтобы соблазнять других отцов. Потом не понимает: «А что я могу сделать, если я такая хорошенькая?» Одна мать купила своей дочке красивый костюм. Но когда увидела в нем дочку, ее задушила зависть и постепенно костюм перекочевал к ней. Она считает, что костюм ей поможет привлечь внимание.

5. Импрессионистский стиль речи с недостатком внимания к деталям.

Она выражает обиду на мужа или ребенка без деталей, с громкими эпитетами: «Он надо мной так издевается. Это не передать! ужасное чудовище!», «Моя дочь поступила бесчеловечно, жестоко, меня опустила». Потом выясняется, что ребенок не вынес мусор.

6. Демонстративная драматизация, театральное поведение, преувеличенное выражение эмоций.

Она может выражать бурную радость и неестественный подъем или изображает сердечные приступы. Манипулирует при помощи собственных страданий и болезней, потому что ждет внимания и сострадания. В некоторых случаях может в действительности заболеть от самовнушения.

Когда ребенок уже работает, рассказывает ужасные истории о своей бедности, манипулирует на чувствах, чтобы ее содержали. Деньги – это эквивалент внимания.

7. Внушаемость (легко может поддаваться влиянию других или обстоятельств).

Вступает в кампании по распространению биодобавок, маркетинговые пирамиды, секты, духовные группы, верит всем обещаниям. Верит всему, что говорят в телевизоре, впитывает всю информацию как губка. Особенно поддается влиянию богатых людей.

8. Преувеличение оценки близости отношений.

Посторонний человек сразу становится близким, если он только улыбнулся. Склонна сразу выворачиваться наизнанку перед незнакомыми. Например, детям соседей может отдать игрушки ребенка, чтобы получить внимание и одобрение. Быстро заводит новые контакты и считает, что новый знакомый – ее лучший друг. Если он уделил пару минут внимания и сделал комплимент, может быстро довериться и отдать все деньги семьи. Но также быстро теряет интерес, если нет подкрепления, и при этом не расстраивается.

Истерическая мать может быть теплой и душевной. Она хочет помочь своему ребенку, но часто ее потребность во внимании вступает в конфликт с потребностями ребенка. Тогда она игнорирует ребенка. Артисты, страдающие истерическим расстройством, растворяются на сцене в аплодисментах и готовы пойти на все, чтобы это не прекращалось.

Последствия для развития ребенка

Дети матерей с этим расстройством могут сами стать такими же истериками или травматиками, обучаясь искусству манипуляций.

Истерическая мать обычно не унижает и не оскорбляет ребенка. Когда она предпочитает новый роман или сцену, то ребенок не может понять, любит его мама и нет. Он чувствует предательство и неглект, небезопасность близких отношений, боится вступать в отношения и доверять.

Ребенок в детстве становится психологом и родителем матери. Выслушивает все ее проблемы и успокаивает, защищает от тирана-отца. У него нет детства. Когда ребенок вырастает, она продолжает жаловаться, что у нее нет денег, и назначает его на роль снабженца. В итоге сын или дочь истощаются и энергетически, и финансово, не могут построить свою жизнь, купить себе жилье. Появляется чувство незначимости и использованности.

Другие последствия такие же, как и у предыдущих типов кластера В: физические болезни и психологические расстройства, проблемы в самооценке, самореализации, отношениях.

Что делать

Убирать сцену. Когда мать привлекает к себе внимание, манипулирует болезнями, относитесь спокойнее и не бегите ее лечить. Так она будет здоровее, потому что ваше повышенное внимание заставляет ее думать, что она действительно больная и может продолжать концерты. То же самое с деньгами. Если вы не будете ее содержать, то она сама начнет работать и это пойдет ей на пользу. Не поощряйте паразитизм.

Нарциссическая мать

Чувство грандиозности, потребности в восхищении, отсутствие эмпатии. У матери-нарцисса 2 типа детей: «золотой ребенок» и «козел отпущения». В «золотого ребенка» вкладываются все средства и на него возлагаются большие надежды. С «козлом отпущения» не считаются, его унижают, оскорбляют и используют как рабочую силу. Иногда роли могут меняться и даже совмещаться.

1. Грандиозное чувство собственной важности. Преувеличивает достижения и таланты, ожидает, чтобы за ним признавали более высокий статус, несмотря на отсутствие соответствующих достижений.

Мать себя несет как святую и безупречную. Гордится своим воспитанием. Все достижения детей – это ее заслуга: «Ты получила медаль, потому что я с тобой занималась (дурь выбивала), у тебя мои гены». В соцсетях постит фотки счастливой семьи, богатой жизни, путешествий, покупок, достижений.

Скрытый и уязвимый нарцисс, наоборот, все время жалуется и страдает. Но страдания ее великие и ужасные! Это делается для того, чтобы ее переубеждали и поддерживали самооценку.

2. Озабочена фантазиями о беспредельном успехе, власти, мудрости, красоте и идеальной любви.

Заставляет заниматься детей тем, что принесет славу, деньги, успех, статус. Например, водит на занятия в кружок по шахматам или языкам. Мечтает, что ее «золотой ребенок» станет великим, будет содержать мать до конца жизни, а она будет гордиться и всем рассказывать, как она его воспитывала. «Козел отпущения» интересует ее как прислуга и сиделка. Мечтает иметь полную власть над детьми до конца жизни и даже после жизни.

3. Верит, что она настолько особенная и уникальная, что может быть понята только особыми людьми или высокостатусными организациями.

Жалуется на школу и учителей, которые не понимают ее особых и уникальных детей. Школа плохая, образование ужасное. Все учителя – «идиоты или тираны бесчувственные». Дети из плохих семей и не знают манер. Постоянно предъявляет претензии – никто не соответствует ее уровню ожиданий.

Она устраивает детей в элитную школу, где ей дадут возможность общаться со знаменитыми людьми, быть частью высшего общества. Перед этими людьми пресмыкается и всем рассказывает о том, что она с ними на короткой ноге, чтобы поднять свой статус.

4. Требует преувеличенного восхищения.

Ожидает восхищения и бесконечной благодарности от детей. Они ее должны восхвалять всегда, за все и до конца жизни. Дети пишут дифирамбы своим мамочкам в соцсетях. Например: «Мне сегодня исполнилось 25 лет, и я такая успешная. И все это благодаря моей мамочке». Если дочка так не напишет, то мама обидится.

5. Нереалистичные ожидания особого отношения и/или автоматического согласия с его или ее ожиданиями.

Все лучшее в семье должно быть для нее – лучший кусок, лучшее место. И все с этим соглашаются. От обязанностей она себя освобождает: «Ну я же не могу себя полностью посвятить ребенку, ведь должно быть время на меня. Я не хочу быть поглощенной бытом и не развиваться». В итоге поглощен бытом отец и ребенок, а она королева. Считает, что все должны приспосабливаться к ней, подчиняться ее правилам и соответствовать ее ожиданиям.

6. Эксплуатирует межличностные отношения (т. е. использует других, чтобы достичь собственных целей).

Выходит замуж за статусного мужчину, который ее будет содержать и повысит ее рейтинг в соцсетях. Манипуляциями на чувстве вины заставляет мужа и ребенка – «козла отпущения» – выполнять все ее обязанности. Дети для нее или рабы, или причина гордости. Ребенок должен убрать свои потребности подальше и обслуживать мать. По-разному относится к детям, сравнивает, чтобы они боролись за ее любовь и больше старались.

7. Отсутствие эмпатии: нежелание признать или идентифицировать чувства и потребности других.

Если ребенку больно и плохо, она не хочет слушать, перебивает, упрекает: «Что ты все ноешь? Можешь что-нибудь позитивное рассказать?» Если она сытая, а ребенок голодный, то «сытый голодного не разумеет». Ребенок хочет в туалет – «перехочешь», если понравилось что-то из одежды: «Ты не хочешь это пальто. Я лучше знаю, что ты хочешь!»

8. Завидует другим, но думает, что другие завидуют ей.

Завидует своей дочке, что та молодая, красивая, что на нее заглядываются мужчины. Зависть не белая, а черная – она хочет убрать конкурентку. Говорит дочке: «Вот ты какая толстая корова». Когда дочь похудела: «Посмотри, какая ты, у тебя кожа и кости. Надо есть лучше». Делает все, чтобы дочь не гордилась, не поверила, что она лучше ее. Как колдунья в сказке говорила: «Свет мой зеркальце, скажи, я ль на свете всех милее?» Ядовитая зависть отравляет дочку. Мать завидует радости детей: «Не смейся, потом плакать будешь».

9. Показывает презрение, надменность и высокомерие.

Морализирует. Все для нее недостойные, все хуже ее: и муж, и ребенок. Внушает ребенку – «козлу отпущения», – какой он негодяй, и использует как мальчика для битья, оскорбляет и унижает, высмеивает: «У тебя все через одно место», «У тебя ничего никогда не получится».

Последствия для развития ребенка

Для «козла отпущения» – низкая самооценка, риск попасть в отношения с абьюзерами. Некоторые продолжают всю жизнь надеяться, что мама полюбит, и стараются ее задобрить, а другие уходят обиженные, рассчитывают сами на себя и не доверяют жизни и людям.

«Золотой ребенок» входит во взрослую жизнь с хорошо сформированным синдромом самозванца. В нем живет страх не соответствовать сначала маминым ожиданиям, а потом ожиданиям других, сильный страх совершить ошибку. Он попадает в зависимость и симбиотические отношения с матерью, не может порвать отношения и становится заложником, ведь мама принесла столько жертв ради него.

И у тех и у других наблюдаются психологические расстройства и соматические болезни. Часто вовлекаются в отношения либо как жертва, либо как абьюзер, что зависит от генетической предрасположенности, а не от роли в семье.

Что делать

При тяжелых состояниях (депрессия, диссоциация) лучше всего прервать отношения, хотя бы временно и пройти курс терапии, работать над собой, чтобы восстановиться после многолетнего абьюза.

Если нет возможности сепарации, обозначайте свои границы, не давайте матери себя разрушать, практикуйте ассертивное поведение. Осознавайте ее манипуляции и не поддавайтесь на них, выходите из эмоциональной созависимости с матерью.

Кластер С: Тревожные

Высокий уровень тревожности и неуверенности. Сюда входят тревожно-избегающее расстройство, зависимое расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство личности. Поскольку о таких матерях мои клиенты, жертвы насилия, мало говорят, примеров поведения не очень много. Такие матери наименее токсичны в сравнении с остальными.

Но в сочетании с нарциссическим расстройством эти матери могут быть очень токсичными.

Тревожно-избегающая мать

1. Избегание профессиональной деятельности, которая предполагает значительные межличностные контакты из-за страха критики, неодобрения или отвержения.

Из-за повышенной тревожности и низкой самооценки ей трудно устраиваться на работу. Если есть возможность, она сидит дома с детьми. А чем больше она не работает и зависит от мужа, тем ниже ее самооценка и тем страшнее идти работать.

Если она работает, то часто становится жертвой тирана-начальника. Дома она подавленная, депрессивная, не может полноценно вовлекаться в общение с детьми.

2. Нежелание вовлекаться в общение с людьми, если только не уверена, что она им нравится.

Мать старается избегать общения, потому что боится, что ее осудят. Манипуляторы ее истощают, она не может им ответить. Учит дочку: «Надо идти с гордо поднятой головой и не прогибаться». Гордо поднятая голова защищает ее от критики и непринятия, но люди могут воспринимать ее как заносчивую.

3. Ограничения внутри близких отношений из-за страха быть опозоренной или высмеянной.

Не может полностью открыться даже в семье, поэтому производит впечатление холодной и неприступной. Хотя в отличие от шизоидной матери ей очень хочется общения и близости. И она раскрывается в ситуации безусловного принятия.

4. Боится критики или отвержения в социальных ситуациях.

Мать может ограничивать детей в посещении кружков, чтобы не услышать от других критику, не увидеть осуждающие взгляды. Она не ходит на родительские собрания, и это отражается на воспитании.

5. Застенчивое поведение в новых межличностных ситуациях из-за чувства неадекватности.

Боится знакомиться с другими родителями в классе ребенка, решать бытовые проблемы – сходить в магазин, купить билеты в кассе, просит мужа или детей выполнить эти обязанности.

6. Образ себя как социально некомпетентной, непривлекательной личности, посредственности, ниже других.

Мать считает себя плохой. Когда ее критикуют, она уверена, что это так и есть. Сожалеет, что навредила детям, раскаивается.

7. Необычно сопротивляется тому, чтобы рискнуть или вовлечься в любую новую деятельность, потому что это может привести к позору.

Терпит насилие от мужа-тирана, не уходит от него, думает, что ее никто никогда не полюбит, потому что она плохая, и живет с ним до конца дней, даже после того как дети выросли.

Последствия для развития ребенка

Тревожно-избегающая мать обладает эмпатией, она заботится о детях, переживает за них. Но поскольку она не может порвать отношения с мужем-тираном, то подвергает детей риску. Ее повышенная тревожность, избегание обвинений, низкая самооценка могут передаться и детям. И они, вырастая, становятся потенциальными жертвами, не умеющими защищаться.

Что делать

Осознавайте в себе модели жертвенности и избегания. Работайте над этим.

Если у матери есть нарциссические черты, то это скрытый нарцисс, и общаться с нею нужно как с нарциссами.

Зависимая мать

Преувеличенная потребность в заботе, которая ведет к подчинению и привязчивости из-за страха расставания. Из-за страха остаться одной она тоже может стать жертвой нарцисса или психопата. Не может принять решение и уйти от тирана.

1. Трудности в принятии ежедневных решений, потребность в советах и подбадривании со стороны других.

Постоянно сомневается в себе. Покупая продукты, долго раздумывает, что купить. Иногда ребенок нужен как советчик, помощник. Она сама ведет себя как ребенок.

2. Нуждается в том, чтобы другие брали на себя ответственность за большинство важных областей ее жизни.

Пытается переложить ответственность с себя на ребенка: «Ну, ты хочешь, чтобы я с ним развелась?»

3. Имеет трудности в выражении несогласия с другими из-за страха потерять поддержку или одобрение.

Очень душевная, принимающая. Дети ею манипулируют, а она хочет всем угодить. Не может держать дисциплину и остановить ребенка, наказать за плохой поступок. Дети такой матери обладают патологической вседозволенностью. Например, дочка в 18 лет хочет машину, хотя очень неуравновешенная и бесконтрольная, и мать покупает ей машину. Подстраивается под мужа вплоть до привычек и предпочтений.

4. Трудности начинать проекты или дела самостоятельно (не из-за отсутствия мотивации или энергии, а из-за отсутствия уверенности в собственных суждениях или способностях).

Такие события, как ремонт, переезд или поиск работы по душе, – это выше ее сил, потому что она постоянно сомневается в выборе. Если начинает, то растягивает надолго.

5. Идет на все, чтобы получить поддержку и одобрение со стороны других вплоть до того, что добровольно делает неприятные вещи.

Это спасательница для всех, она отдает себя всю служению семье и детям, помогает всем соседям вокруг, даже в ущерб себе и семье. Сливается с ребенком, ухаживает за всеми, даже если валится от усталости. Взрослым детям привозит еду, стирает, убирает. Взваливает на себя кучу обязанностей, помогает взрослым детям, а потом страдает, что никто ее не ценит. Это гиперопекающая мать.

6. Сильный страх остаться одной, потому что не сможет позаботиться о себе самостоятельно, чувство беспомощности.

Боится покинуть тирана, потому что не выживет одна. Боится возразить, даже когда он плохо относится к ребенку. В результате становится соучастницей насилия из-за страха остаться одной с ребенком, без поддержки.

7. После развода срочно ищет другие отношения как источник заботы и поддержки.

Если она разводится, то ей нужен другой мужчина. Иногда вступает в отношения с уголовниками, чтобы ее содержали или помогали решать ее жизненные проблемы.

8. Нереалистично-настойчивый страх, что останется одна и должна будет заботиться о себе самостоятельно.

Боится отпускать детей во взрослую жизнь, заботится и опекает. На самом деле, наоборот, взрослые дети поддерживают ее, решают все проблемы.

Последствия для развития ребенка

Зависимое расстройство в чистом виде не всегда токсично, но могут быть негативные последствия такого воспитания. В результате вседозволенности и отсутствия правил при определенной генетической предрасположенности из ребенка может вырасти нарцисс. Ребенок не знает ограничений и не умеет взаимодействовать с людьми, потому что ему все можно. Возникают проблемы в садике, в школе, в общении с друзьями. Другой вариант: окруженный гиперопекой ребенок ничего не может делать самостоятельно и тоже становится зависимым от матери. Третий вариант: ребенок становится родителем своей матери и решает ее проблемы, потому что мать сама ничего не может.

Что делать

Выходить из созависимости, дать возможность матери самой решать свои задачи.

Обсессивно-компульсивная мать

Эта мать может быть токсичной, особенно в сочетании с нарциссизмом. Она заточена на порядок, перфекционизм и контроль, негибкая и ригидная. Все должно быть сделано по ее плану. Гиперопекающая мать. Контролирует всех, чтобы снизить тревожность.

1. Озабоченность деталями, правилами, списками дел, порядком, организацией или расписанием до такой степени, что основная цель этих действий теряется.

Например, она составляет план, куда пойти с ребенком на каникулах, и все пункты должны быть выполнены. Даже если ребенок не хочет или устал, ее план важнее состояния ребенка. Если она сегодня постирала, то завтра надо будет погладить. Если случится что-то неожиданное и нет возможности погладить, то весь день будет переживать тревогу, что не выполнила план.

2. Демонстрирует перфекционизм, который не дает завершить задачу.

Мать сама старается сделать все идеально и заставляет ребенка быть совершенным. Домашнее задание должно быть идеально написано: «Сделал ошибку, все переписывай сначала». В попытке достичь совершенства ребенка может наткнуться на жесткое сопротивление, и работа не будет сделана вообще. Если ребенок шьет и строчка сделана на 1 мм ниже, то мама заставляет перешивать. И лицевая, и изнанка – все должно быть идеально, чтобы «комар носа не подточил».

3. Слишком много времени посвящает работе и продуктивности. До такой степени, что отдых и дружба исключаются.

Мать сама не умеет отдыхать и детям не дает: «Отдых – это смена вида деятельности», «Нечего шляться по улице с друзьями, надо делами заниматься», «Телевизор смотришь – штопай, распускай, подшивай, нарезай. Нечего простаивать», «Сделал математику – делай русский».

4. Сверхдобросовестность, надежность и негибкость в вопросах морали, этики или ценностях (не включать в случаях культурной или религиозной идентичности).

Очень строгие моральные правила: надо ходить в церковь каждое воскресенье, нельзя обманывать, все должно быть поровну между детьми. Если нарезает колбасу, то отмеряет по линейке, чтобы было поровну и никто не был обижен.

5. Неспособность выкинуть использованные или ненужные вещи, даже когда они не имеют ценности.

Это синдром Плюшкина. Вещи копятся, но «они все очень ценные». Уже 4 шкафа наполнены одеждой, и надо еще больше. Ничего не дает выкидывать: «Вдруг понадобится», «Вдруг денег не будет», «Вдруг старая мода вернется», «Вот только выкину, сразу пригодится».

6. Сопротивление в делегировании ответственности или работе с другими, если только они не выполняют задачи в точности ее способом.

Страх, что ребенок сделает плохо, и надо контролировать каждый шаг: «Смотри, плинтус не помыла», «Дай-ка я все сделаю, ты делаешь не так».

7. Очень экономные траты по отношению к себе или другим. Деньги накапливаются на черный день или для будущего.

Испытывает любовь к деньгам, потому что они снимают страх бедности. Деньги копит, не дает тратить: «Вы еще меня поблагодарите». Хочет обеспечить детей деньгами в будущем.

8. Ригидность и упрямство.

Только ее мнение правильное, и другого мнения никак не принимает. То, что работает для нее, должно работать для других: «Надо есть мясо, без мяса умрешь», «Для супа картошку надо настрогать кубиками, а не кусками», «Отрывать цветки от стебельков надо вверх, а не в сторону», «На столе все должно лежать параллельно и перпендикулярно», «Чемодан должен быть собран за месяц до поездки».

Последствия для развития ребенка

Обсессивно-компульсивная мать не обижает и не обесценивает детей, но жестко контролирует. В отличие от нарцисса и психопата, это контроль из-за повышенной тревожности: «Что если все пойдет не по плану, может случиться что-то плохое». Однако это не уменьшает негативных последствий тотального контроля.

Дети могут вырасти перфекционистами, боящимися совершить ошибку, неуверенными, сомневающимися в себе, не доверяющими своим чувствам, предпочтениям, потому что мама решала, как для них лучше. Ребенок может взбунтоваться и восстать против матери, а может, наоборот, стать зависимым и послушным орудием ее тревожного контроля.

Вырастая, дети часто становятся жертвами насилия и манипуляций. Или сами могут стать ригидными контролерами.

Что делать

Когда мама начинает навязывать, что вам надо сделать, например, что купить, что отремонтировать, как лечиться, не надо сопротивляться и тратить энергию на борьбу и кричать: «Как мне это надоело», «Я уже взрослая! сколько можно меня учить?» Можно менять тему на что-то приятное и снижающее ее тревожность: «Мама, расскажи, а как у тебя было в детстве?», «Какой твой любимый фильм?» Или просто выходить из контакта: «Мне в туалет надо», «Мне начальник звонит».

Если вы ей скажете, что своим контролем она вам вредит и приведете авторитетные источники, то она будет стараться не делать этого, хотя сдерживаться ей очень трудно.

Заключение

Я вам очень сочувствую – в детстве вы пережили ад. Вы не виноваты в том, что над вами издевались, вас унижали. Вы не делали ничего плохого, вы были маленьким ребенком, который хотел тепла, принятия, безопасности и любви. Над вами совершали насилие, и это недопустимо. Вы не можете повернуть время вспять, не можете добиться любви от холодной матери.

Очень важно понять, что не все мамы могут любить. Не надо от мамы ждать того, что она не может дать.

Вы же не ждете от козла молока, тут тот же самый случай. Если вы примете эту идею, вы перестанете зависеть от матери и ее настроения. Просто честно посмотрите себе в глаза и скажите себе: «Этого никогда не случится. Мама меня не полюбит, потому что она просто не может это сделать». Это будет моментом освобождения. И больше не надо стараться и угождать. Не надо доказывать и убеждать. Не надо стоять на паузе и ждать перемен в ее настроении.

Можно жить свою собственную жизнь без оглядки. Можно направлять свою энергию на тех, кто вас любит и ценит. Можно прямо сейчас стать своим собственным родителем и дать себе ту любовь, которую не дала вам мать. Вы достойны любви и хорошего к себе отношения. Но это должны сделать в первую очередь вы сами и по отношению к себе.

Вы можете изменить свою жизнь сейчас. Вы можете исцелиться и возродиться. Вы можете по-другому относиться к своим детям и стать им таким родителем, какого вы хотели иметь в своем детстве. Только вы можете изменить себя и остановить круг насилия.

И я верю, что у вас это получится, потому что у многих людей уже получилось.

Список литературы

Дьяченко Т.М. Зависть нарциссической матери с точки зрения эволюционной теории // Актуальные проблемы психологии в образовании: сборник научных статей / науч. ред. А.В. Прялухина. Мурманск: МАГУ, 2017. C. 118–124.

Дьяченко Т.М. Метод многократного проигрывания в работе с жертвами насилия: исследование эффективности // Актуальные проблемы психологии: материалы международной научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава и аспирантов. Белгород: Изд-во Белгородского университета кооперации, экономики и права, 2018. С. 122–139.

Дьяченко Т.М. Опасный нарцисс. Книга третья. Нарциссические родители. Ridero, 2018.

Дьяченко Т.М. Пять стадий, которые проходит жертва домашнего насилия // Актуальные проблемы психологии: материалы международной научно-практической конференции. Белгород: Изд-во Белгородского университета кооперации, экономики и права, 2019. с. 121–134.

Дьяченко Т.М. Психологические проблемы взрослых детей родителей-психопатов // Социология и психология в современной научной картине мира: материалы международной научно-практической конференции. Белгород: Изд-во Белгородского университета кооперации, экономики и права, 2020. С. 288–300.

Дьяченко Т.М. Стокгольмский синдром как механизм выживания детей – жертв домашнего насилия // Сборник научных статей по материалам Всероссийской научно-практической конференции с международным участием 16–18 марта 2020 года. C. 118–124.

Дьяченко Т.М. Влияние насилия в детстве на физическое здоровье взрослых. Домашнее насилие: предупреждение и ответственность: сб. статей / ред. В.А. Уткин, С.В. Ведяшкин, Д.В. Сенникова. Томск: Издательство Томского государственного университета, 2022. с. 62–68.

Форвард С., Бак К. Токсичные родители. Как вернуть себе нормальную жизнь. СПб.: Питер, 2022.

Ван дер Колк Б. Тело помнит все: какую роль психологическая травма играет в жизни человека и какие техники помогают. М.: Бомбора, 2020.

Примечания

1

«Мама – первое слово» – песня из кинофильма «Мама» (1976), автор слов Ю. Энтин. (Прим. ред.)

2

Там же.

3

Стихотворение «А что у вас?» С. Михалкова. Цит. по: Михалков С. Мамы разные нужны! [стихи]. – м.: Издательство АСТ, 2017. – С. 9.

4

Стихотворение Эммы Мошковской. Цит. по: https://www.culture.ru/poems/48818/ya-mamu-moyu-obidel

5

Это форма психологического насилия, при которой человек систематически игнорирует жизненно важные потребности зависящего от него человека, например, члена семьи. – Прим. ред.

6

Hare R. D. (2021). The PCL-R assessment of Psychopathy // A. R. Felthous & H. Saß (Eds.). The Wiley International Handbook on Psychopathic Disorders and the Law: Diagnosis and Treatment. Wiley Blackwell. P. 63–106.

7

Диагностический статистический мануал психологических расстройств, 5-е изд. American Psychiatric Association, DSM-5 Task Force. (2013). Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders: DSM-5™ (5th ed.). American Psychiatric Publishing.